Артем Сластин – Провинциальный остеопат. Том 4 (страница 25)
Я заставил себя перестать разглядывать цифры и вернулся к тому, что действительно имело значение. Грудная клетка поднималась симметрично, насколько это вообще можно было определить по ощущениям. Выраженного кровотечения не видел, в отличие от моего лба, а на виске имелась ссадина, но кровь уже почти не шла.
Включил фонарик на телефоне и аккуратно проверил реакцию зрачков. Реагировали, что уже само по себе было хорошей новостью. Однако после потери сознания это всё равно ничего не отменяло. Сотрясение, ушиб мозга, внутренняя травма… Можно было воспользоваться Системой, но сюда всё равно уже едет скорая, так что пускай девушку нормально обследуют в больнице.
Вдруг губы девушки медленно задвигались, а брови нахмурились, будто она пыталась проснуться после глубокого сна.
— Что… — прошептала незнакомка, открывая глаза.
— Тихо, тихо… Не двигайтесь, всё хорошо.
Она посмотрела на меня, пытаясь понять, кто был перед ней, и сглотнула.
— Где… Кто ты?
— Меня зовут Алексей. Так уж вышло, что мы вместе попали в ДТП.
— Мотоцикл, — прошептала она.
— Мотоциклу конец, — ответил я, смахивая со лба кровь. — А вот вы жить будете. Скорая уже едет.
Девушка ещё какое-то время смотрела меня, пытаясь осознать произошедшее, а потом неожиданно улыбнулась и произнесла:
— Вика. А ты симпатичный.
Я улыбнулся в ответ.
— Лёша.
— Я знаю, ты уже говорил. Ничего не помню, помоги мне встать. Блин, шлем мешается.
В принципе, интерфейс показал, что травм позвоночника и головы нет, можно и снять. Я помог ей стащить его с головы, но подняться не позволил, мягко положив ладонь возле её здорового плеча, и надавил обратно.
— Шлем сняли, но вставать не надо. В таком состоянии лучше не двигаться, поверь на слово.
Она подчинилась и вновь легла на мою ладонь.
— Ты что, врач какой-то?
— Не совсем, но немного в биомеханике и человеческом организме разбираюсь. Скорая уже в пути.
— И это ты тоже говорил, — растянулась в улыбке та. — Ты любишь повторяться?
Вдруг выражение лица девушки внезапно изменилось, и в её глазах откровенно поселился страх.
— Что случилось?
— Рука… — произнесла она с ужасом. — Не могу ею пошевелить. Вообще не чувствую!
— Какую? Правую? — удивлённо спросил я, так как при первичном осмотре ничего такого не обнаружил.
Вика коротко кивнула, но страх с лица никуда не делся, что неудивительно. Для обычного человека внезапно переставшая слушаться рука — просто страшно, а для спортсмена такого уровня — вообще готовый билет в персональный ад.
— Пальцами пошевели, — сказал я, попутно сражаясь с лёгким головокружением.
Кончики едва заметно дрогнули.
— Ещё раз, сожми мою руку.
Получилось, но настолько слабо, что я едва ощутил давление.
Пульс на запястье был, чувствительность тоже сохранялась, да и грубой деформации плеча не заметил. Значит, будем пользоваться Системой.
Перед глазами вспыхнул интерфейс и появилось трёхмерное изображение её плеча.
«Острая посттравматическая нейромышечная дисфункция правого плечевого пояса.»
«Компрессионная нейропраксия: лёгкая степень.»
«Проводимость двигательных волокон: 34%.»
«Защитное мышечное торможение: выраженное.»
Я нахмурился, но следом появилось ещё одно сообщение.
«Доступна экстренная локальная коррекция.»
«Восстановление нервно-мышечной проводимости.»
«Снижение локального посттравматического отёка.»
«Нормализация активации дельтовидной мышцы и ротаторной манжеты.»
«Стоимость: 10 очков.»
Всего лишь? Хотя и процедура, в сравнении с тем, что делал обычно, плёвая.
— Ты как-то странно молчишь, Лёша, — вдруг заговорила девушка с отчётливой дрожью в голосе. — Ты себя нормально чувствуешь?
Я смахнул со лба кровь и молча кивнул. Голова уже начинала немного кружиться, но организм пока ещё держался. Мысленно применил списание очков, и под моей ладонью начало растекаться тепло. Вика всё это время смотрела на меня, будто я один во всей вселенной мог вернуть ей контроль над рукой, а затем неожиданно ойкнула.
— Что? — спросил я, не убирая руки.
— Чувствительность появляется, в кончиках пальцев покалывает.
Секунд через двадцать вот такой вот «терапии» она сама несколько раз согнула пальцы, а потом осторожно взяла меня за руку и сжала. На этот раз значительно сильнее, а перед глазами сразу высветилось сообщение.
«Экстренная коррекция выполнена.»
«Функциональная проводимость: 71%.»
«Полное восстановление требует покоя и медицинского наблюдения.»
«Награда: 20 очков.»
Ещё и заработал. Красота же.
— Как ты это сделал? — спросила она с таким трепетом в голосе, будто только что стала свидетелем чуда.
— Я же говорил, что немного разбираюсь в работе человеческого организма. Просто оказал первую помощь, а в больничке сделают снимки и долечат до конца.
Она подняла руку, посмотрела на кончики собственных пальцев, а затем провела ими по моему лбу.
— Лёша, у тебя кровь идёт.
Я отвёл голову.
— Пойдёт да пройдёт. Тебе сильнее досталось, постарайся не двигаться, — ответил и вновь активировал интерфейс.
— Лёша…
— Я смотрю, ты тоже любишь повторяться, — произнёс я и взял девушку за запястье правой руки.
— Что ты делаешь?
— Раз уж мы тут сидим посреди улицы и ждём скорую, дай я кое-что проверю.
Вика немного удивилась, но послушно положила ладонь поверх моей. Я провёл пальцами вдоль запястья, осторожно сжал большой, указательный и средний. После только что проведённой коррекции сила возвращалась, но реакция всё равно казалась какой-то ватной. И именно в этот момент у меня проскользнула мысль, что изначальная проблема, вызвавшая аварию, лежала глубже.
Несколько капель крови сорвались с моего лба и капнули на щёку байкерши, но она даже не шевельнулась, пристально изучая моё лицо.