Артем Сластин – Первый пользователь. Книга 8 (страница 20)

Ситуация накалилась, и человеку пришлось в срочном порядке менять стратегию. Ему повезло, что он прокачивал ловкость, поэтому увернутся от удара получилось, совершив перекат прямо между расставленных ног. Не поднимаясь на ноги, Дикобраз метнул иглы в заднюю часть коленей и лодыжки, логически предполагая, что раз у людей там тонкая и нежная кожа, то и у ящера может быть точно также. Но и здесь его ждала неудача. Враг вовремя пригнулся, смещаясь, и иглы пролетели мимо. Противник, чуть не задев его хвостом, злобно щелкнул зубами и попытался схватить верткую цель, валяющуюся на полу.

Человек успел вскочить, сделал шаг назад, но ящер внезапно совершил быстрый рывок и ударил его, зацепив плечо. Боль обожгла тело, Дикобраза отбросило на пару метров назад, он врезался спиной в стену, но быстро поднялся на ноги, понимая, что промедление смерти подобно. Хорошо хоть, что не манкировал прокачкой живучести, да и навык делал кости крепче, не позволяя им ломаться, иначе бой бы уже закончился.

Боль в плечах и спине напоминала о себе с каждым движением, но человек не позволил себе отступить и сдаться. Было ясно, что одному из них придётся умереть, и Дикобраз бы очень не хотел быть тем, кто помрёт в ближайшие мгновения. Оценив ситуацию, понял, что иглы ему сейчас не помогут, и использовал способность для отращивания толстых и острых костей из кулаков, формируя кастеты. Его единственный шанс был в скоростной атаке на ближней дистанции. Если вложиться в удар всем телом, то вполне может получиться проткнуть эту твёрдую кожу. Да и всегда остаются уязвимые места. Та же паховая область с гениталиями, и, если ему удастся сбить ящера с толку, возможно, получится атаковать её.

Стараясь двигаться как можно быстрее, он ринулся в ближний бой, уклоняясь от атак врага и целясь в его менее защищенные области. Только проблемой было то, что ящер более чем в два раза превосходил ростом довольно низкорослого парня и бить получалось в основном по бёдрам, где чешуя была крепкой и не поддавалась атакам. Но, с другой стороны, это спасало и его тоже. Ящеру приходилось низко наклоняться в попытке схватить верткую добычу, и он пока уходил от атак. Раз за разом он наносил безрезультативные удары, уже начав выдыхаться, но затем всё же удачно подловил момент и в прыжке ткнул куда-то вверх, наконец попав в уязвимое место.

Ящер отреагировал болезненным шипением, взревел и уже не обращая внимания на булавочные уколы рухнул вниз, прижимая человека к палубе и занося лапы для удара.

Дикобраза охватила паника и он решил использовать последний шанс, приберегаемый на чёрный день, за применение которого его собственно так и назвали. Стиснув зубы, активировал навык и сотни игл вырвались из его тела. Они, со всполохами желтовато поблескивающей энергии на концах начали разлетаться вокруг, пробивая тело ящера насквозь. Чешуйчатый гигант протяжно заревел, ослепленный болью, его хватка ослабла, и парень тут же вырвался.

Затем собрал последние силы, и прыгнул на врага, молотя кулаками с так и торчащими из них шипами, в область шеи, глаз и ушных отверстий.

Враг издох, и Дикобраз огляделся вокруг, осматривая залитое кровью помещение. Осталось убить ещё девятнадцать противников и задание будет выполнено.

В момент, когда лазерные лучи пробили силовой щит, показалось, что дело практически сделано. Вот оно, беззащитное брюхо звездолета. Режь! Пили его лазером, нарезая отсеки на куски. Молодые пилоты уже начали предвкушать победу, обмениваясь шуточками.

— Ну что Димка! Сверли дырки на груди. А лучше десяток! Ордена будем вешать.

— Не говори гоп, пока не перепрыгнешь. — Прервал его товарищ. — Сначала сделаем дело, потом будем праздновать.

— Так… Отставить разговоры в эфире. — Скомандовал японец. — Держитесь за мной.

Головной истребитель отвернул и начал заходить снизу, стреляя из двух орудий, расположенных на крыльях. Вспыхнувшие разрывы на корпусе только уверили людей в том, что они способны доставить фатальные неприятности противнику, поэтому, когда по ним начали стрелять в ответ автоматические турели, они среагировали с небольшим запозданием.

— Чёрт. Мне сбили тридцать процентов щита!

— Уходи! Прячься за меня! — Ответил товарищу Дроздов.

— Рассредоточиться! Быстро! — Скомандовал Саято. — Главная цель — турели! — Обозначил он приоритеты. — Атакуем их по такому же принципу, как учились в астероидном поясе, сбивая мелкие камни и не забываем про защиту.

Доселе неактивные, не работающие из-за активного силового щита, турели наконец получили цель для атаки. Не такие сильные, как главные орудия, имеющие возможность стрелять через специально формируемые для этого окна в защите, но специально предназначенные против таких вот вредителей, каким-то чудом прорвавшихся внутрь, к уязвимым местам.

— Дима нет! — Раздался в эфире крик младшего лейтенанта.

Истребитель его товарища совершил неудачный маневр, не успел уклониться от сразу десятка попаданий и ему отстрелили крыло, сбив щит. Он закувыркался, ушёл от ещё пяти выстрелов, но лишённый возможности маневрировать, подставился под сдвоенный лазерный луч турелей, расположенных неподалеку. Корабль вспух облаком разрыва, и Силы Космической обороны Земли понесли первую потерю.

— Держи себя в руках! — Скомандовал Саято. — Ему уже ничем не помочь!

Японцу было чертовски жаль молодого парня и будь его воля, он бы с радостью поменялся с ним местом, ведь он же ещё даже не жил. Скорее всего, даже не влюблялся. После школы сразу поступил в военный институт и даже не успел закончить его, как предложили место пилота космического корабля. Ну и конечно же, какой мальчишка откажется от такого? Этим парням только на днях стукнуло восемнадцать, они даже в свои первые порталы ещё не ходили, поглощённые тренировками, и возможно в этом и заключалась проблема. Просто не хватало ловкости для скорости реакции, и она ограничивалась человеческим пределом.

Капитан выжимал из своего тела и корабля всё возможное, но всё равно с болью в сердце замечал, как по истребителю подчинённого, нет нет, да хлестнёт лазерный луч. Эфир молчал, но и так было понятно, что силовое поле юноши доживает последние секунды.

— Дроздов! Уходи! — Наконец не выдержал японец.

— Куда товарищ капитан? — Обречённо произнес юноша. — Двух истребителей не хватит на то, чтобы пробить дорогу на выход.

Он на секунду замолчал, словил ещё одно касательное попадание и силовой щит, моргнув на прощание, исчез.

— Передайте моим родителям. — Начал младший лейтенант. — Что я очень их…

Окончание его речи потонуло в треске и истребитель пилота загорелся от очередного попадания.

— Нет! Твари! — В бешенстве закричал Саято.

Перед глазами у него мелькнули воспоминания о знакомстве с ребятами. Он смотрел в их горящие глаза, мечтающие о космосе, и видел себя, прошедшего через неимоверные сложности и наконец достигшего цели. Они были такие же как он, горящие звёздами. И он не сумел уберечь их. Не смог заставить вернуться домой, не настоял, когда они снова прилетели. И теперь их больше нет, а он всё ещё жив, продолжая сопротивляться.

Капитан на автомате уклонялся от выстрелов турелей, каждым ответным выстрелом срезал по одной, но всё это было бесполезно. На месте уничтоженных появлялись новые, автоматика экстренно производила замену и даже атака по корпусу, не давала желаемых результатов. Просто не хватало атакующей силы. Прорези от лазеров прямо на глазах заполнялись материалом похожим на пену и казалось, что всё зря. Всё, что сделали три истребителя, это попортили обшивку кораблю. Они, конечно, задержали армаду на тридцать минут, но хотелось большего. Дать шанс Земле и если получиться, прикончить хоть кого-то.

Внутренне решившись, ткнул пальцем в меню коммуникатора.

— Отец… — Начал он записывать голосовое. — Прости за то, что так и не успел завести для вас с матерью внуков. Ты, как никто другой понимаешь меня и понимаешь мою любовь к небу. С самого детства я стремился к звездам и когда наконец моя мечта осуществилась, в наш дом пришли враги. Я знаю, что ты не одобрил бы мой выбор. Сказал бы, что семья важнее, что нужно всегда возвращаться домой, как это делал ты после работы, но я не могу поступить иначе. Если я сейчас сдамся, то все погибнут. И ты, и мама, и даже наш дурной пёс Флоки. — Он на секунду замер, но потом будто решился и продолжил. — И даже Мияко… Пап. Пообещай, что сходишь к Мияко и скажешь, что я всегда любил её, но боялся признаться. Только теперь, перед лицом смерти я набрался храбрости сказать это и то, не ей лично. Но, к сожалению, у меня уже нет времени на это…

Капитан бросил взгляд на индикатор заряда щита, у которого осталось тридцать процентов заряда и продолжил.

— И ещё… У меня в комнате, в тумбочке, лежит дневник. Передай его ей пожалуйста.

Корпус истребителя дёрнуло от ещё одного попадания, и он решил заканчивать разговор.

— Поцелуй от меня маму и спасибо. Спасибо, что всегда поддерживал меня и мою мечту. Посадите вишню в мою честь у дома, чтобы я с неба всегда видел алое цветение лепестков. Люблю вас.

Капитан Такеши Саято отправил сообщение и вцепившись в штурвал, направил корабль прямо на звездолет, полосуя пространство перед собой крест-накрест. Он бросил взгляд назад, на закрепленную в отсеке ядерную бомбу, выданную десятке лучших пилотов, активировал её через интерфейс коммуникатора и за несколько секунд до столкновения произнес.