Артем Сластин – Долг человечества. Том 5 (страница 27)

— А что бурлит-то? — Кивнул я на кастрюльку.

— Отвар из могильника, заготавливаю впрок, это та самая коричневая жижа, которая тебя бодрит. — Улыбнулась она.

— Добавь, пожалуйста, в нее сахара, а то на вкус так же, как и называется. — Шутливо скривился я.

— О, кстати. Ты еще собираешься делать алкоголь, или тот вечер был одноразовой акцией? — Вдруг спросила меня Женя.

— Вообще-то мне тоже нужен этанол, и то, что в тот вечер народ расслабился, стал просто побочным эффектом. — Объяснил я. — Там цистерна стоит, в дальнем углу, я постепенно настаиваю ягоды, чтобы посильнее перебродили, но спирта там получится из пятидесяти литров не больше двух. Плюс перегонка, будут большие потери, у нас тут все-таки не винокурня. Но литр будет. А тебе на что?

— В форте Барона одно из первых открытий стало изготовление алкоголя. Бухали они там, признаюсь, как черти, — усмехнулась она, — отчего у меня иногда в лазарете появлялись перепившие и отравившиеся. Но суть в том, что некоторые рецепты лекарств и укрепляющих отваров основываются на спирте, и пока у меня его нет, я не могу дальше изучать свое ремесло.

— Какого у тебя вообще уровня уже алхимия?.. — Уточнил я.

— Третьего, скоро четвертый. Я все чаще ловлю себя на мысли, что знаю, что и с чем смешивать для получения требуемых результатов, но ингредиенты становятся все экстравагантнее. — Протянула она.

— Это например? — Переспросил я.

— Тебе что-нибудь говорит название «поджелудочная Карсинакса»? — Негромко рассмеялась Женя, прикрыв рот ладошкой.

— Поджелудочная да, но что такое Карсинакс — ума не приложу. — Пожал я плечами.

— Вот и я о том же. Я знаю, что мне это нужно, но понятия не имею, где искать, и кто этот самый Карсинакс. — Объяснила мне Женя.

— Ладно, коль нужен спирт — будет. И поджелудочную этого загадочного зверя поищем, если это зверь вообще. Что тебе нужно, чтобы проверить здоровье Кары? — Вернулся я к изначально обсуждаемой теме.

— Да ничего, в сущности. Время и хороший источник света. — Пояснила она. — Все это у меня есть, мне ссылаться на тебя, как того, кто назначил внеплановый медосмотр?

— Да. — Кивнул я. — Пока что займусь другим делом, но буду в скором времени ждать от тебя результатов.

— Поняла, сделаю. Где я тебя найду? — Уточнила целительница, обернувшись в пол оборота обратно к кастрюльке.

— Там, в мастерской, — вскинул я руку в дальний конец пещер, — не потеряемся.

Глава 15

В мастерскую я отправлялся, признаться откровенно, без конкретного плана, но родился он уже по пути. Дело в том, что нужда в спирте рано или поздно заставит нас усложнить способы его получения. Не в том плане, что именно жизнь себе усложнить, напротив, мне нужен был стабильный выход этой ценности в больших объемах при наименьшем затраченном времени.

И выход у меня был. Можно было добывать этанол дедовским способом, ровно так, как я делаю сейчас вино, а затем пропустить его через перегонный куб, используя для охлаждения медную трубку, она же еще называется змеевиком.

Но есть проблема — итоговая крепость сырья выходит около сорока, сорока пяти градусов, можно и больше, но для этого нужны и качественные материалы, а мне нужно чище. Гораздо чище. Ведь чем меньше примесей в спирте, тем качественнее будут последующие изделия.

Потому, было принято решение сделать ректификационную колонну. Пусть название и пугающее, но в сущности это просто прокаченная дистилляция, а ее-то уж все знают. Выход быстрее, глубина очистки сродни медицинскому спирту, а он-то мне и нужен, да и работать с этим как-то проще. Я, вроде как, инженер, а не самогонщик.

Та брага, что сейчас плескалась в цистерне, вырезанной в камне, никуда не годилась. Ну, в питье по крайней мере. Поглядел я на мутную, пузырящуюся жижу, унюхал запахи кислятины и сивухи, и крышку закрыл. Зато там долго и активно происходил процесс брожения, и спиртозность высокая. Только отделить надо нужное от ненужного.

Что ж, мне стоит признаться, что мое кустарное виноделие провалилось с треском. Тогда, в тот вечер, думаю мне просто никто этого не сказал, но напиток был ужасным. Так что дадим бой алкоголизму, а полезные остатки пустим в дело.

Что же такое ректификационная колонна? Объяснить, наверное, будет нелегко, ведь я никогда не делал ничего подобного, но насмотренность и знания делают меня готовым к такому вызову. А подспорьем выходит мой второй уровень мастерового, который, как я сейчас бегло проверил, до третьего доползет в лучшем случае к концу двухмесячного срока пребывания на полигоне. Итак.

Нержавейки у нас нет и не предвидится. Меди тоже. Титан вообще из области фантастики, как и тантал, и алюминий. Есть только камни, глина, дерево, кожа и обсидиан. Ну и немного кислот, которые я синтезировал. Но есть магия, а значит, все становится реальным.

Начал я с того, что организовал себе рабочую зону. Подвесил светильники на маслёнках, прикатил большой камень и срезал с него верхушку до гладкости, получился эдакий верстак. Даже стул принес, из тех, что еще Микаэл делал, задолго до сего дня. Далее отправился на сбор материалов.

Придирчиво осмотрел каждый валун, каждый слой породы. Нужен был материал, который выдержит циклический нагрев и не треснет при этом. Гранит слишком зернистый, да и со временем его микротрещины забьются примесями, которые естественно окажутся в продукте. Базальт плотнее, но гораздо тяжелее, да и найти увесистый кусок было трудно. Обсидиан даст идеально гладкую поверхность. За ним и отправился.

Заготовленный мной кусок, по ощущениям, шел килограммов на сто пятьдесят. Полутораметровой длины штуковина, вырезанная за водопадиком, удерживать я ее мог только с помощью импульса. Сгодится — теперь нужно немного эту дубину обработать.

Вытащив будущую колонну к верстаку, примерился, и разложением убрал всю серединку, сформировав гигантскую кучу обсидиановой пыли как побочный продукт, но она мне еще пригодится. Вполне вероятно, что сегодня.

Толщина стенок не превышала пяти миллиметров. Ювелирная работа! Для того, чтобы случайно не разрушить заготовку, пришлось ее упрочнять, и именно что пришлось — если с небольшими предметами я фиксирую это состояние в инвентаре, то вот в таком виде колонна туда помещаться отказывалась, а это означало, что один из трех доступных мне слотов магии укрепления будет непременно занят этой штукой.

Дальше нужна была глина. Потребуется емкость, которая не боится открытого огня, а лучше глины в этом вопросе сложно что-то придумать. Проведя несколько циклов очищения через разрушение и вымачивание, я получил пластичную, мягкую глину, из которой слепил структуру будущего котла. Поставил запекаться, придав нужную форму.

Конечно же, в работах мне помогал лягушонок. Хотя он теперь не совсем живой, а всего-лишь фантом, созданный моей силой, это по прежнему не мешало мне применять его в кропотливых мелких работах. А к тому, что выглядит он, как лягушонок, я просто уже привык, и не желал изменений. Можно же было магией создать автоматический ткацкий станок? Можно. Но так привычнее. Поручив мелкому зеленокожему плести тонкие жгутики из паучьего мешка, который Лиза недавно пополнила до конца, оставил его один на один со своим монотонным занятием.

Прокалив глину, я получил первую часть инструмента, а именно куб-испаритель. Там будет кипеть брага, отпуская летучие горючие пары этанола наверх. Стенки толстые, внутренний объем, если на глазок, вышел литров на двадцать. Внешнюю сторону оставил шершавой, для лучшего теплообмена, в то время как внутреннюю отполировал разложением до зеркального блеска.

Окончательно высушил и упрочнил. Этот объем подходил для инвентаря, так что беспокоиться за занятый слот не было нужды. Вышла почти корундовая керамика — если пренебречь терминологиями и методиками производств, то это она, по крайней мере по прочности, а остальное не слишком важно. Термостойкая, тугоплавкая и крепкая, миссия выполнена.

Конечно, кубу нужна была крышка, и тот же материал, та же технология, все делалось параллельно, но важен технический нюанс этой крышки. Она не монолитная, а с бортиком и тремя отверстиями, в которые вставил обсидиановые стержни, которые будут служить осями для прижимных рычагов. В качестве герметизации использовал кожаные полоски, вымоченные в смоле и упрочненные до состояния пластику. Они лягут между кубом и крышкой, сомнутся под давлением и не пропустят ни единой лишней молекулы пара.

Дальше я нуждался в еще одной детали — в штуцере, и тут без помощи Лизы никак было не обойтись. Мне нужен был пустотелый цилиндр из куска обсидиана, но такую я и сам мог сделать, а вот на создание резьбы, которая не пропускала бы лишнего, убил бы слишком много времени. Благо, девочка не спала и оказалась готова помочь. В качестве уплотнителя в резьбе использовал тонкую паучью нить, соединив крышку и штуцер на манер сантехнического соединения. Теперь куб готов. Что дальше?

Дальше, непосредственно, сама труба. Она же Царга, вся магия происходит в ней. Принцип тут состоит в том, что горячий пар поднимается наверх, по пути на колонне остывает, выпадая конденсатом на стенки, стекает вниз, и этот процесс повторяется, повторяется, повторяется… Пока до самой верхней камеры не доберется этанол. Называется эта жижа, создающая бесконечный цикл конденсирования и пара — флегмой. Чем ее больше, тем проще отбирать моли спирта. Вот он, внебрачный ребенок физики и химии.