Артем Рудик – Тихий лес (страница 8)

Благо, обычно они проводили большую часть времени в спячке и почти никогда не приближались к самим поселениям, терроризируя земли вокруг. Может из этого правила и были исключения, но выживших после набега подобного хищника на деревню, вряд ли было много. Скорее всего их вообще не было.

Конечно, награда была неплохой. Может, Тропа праведников действительно приведёт меня к центру леса, а может и выведет из него прочь. Вряд ли сами рогатые точно знают, что лежит на другом её конце. Но рисковать жизнью подобным образом…

Я не просто так решил взять время на подготовку. Мне думалось, что я успею разузнать местоположение дороги до того, как мне придётся в одиночку бороться со столь свирепым противником. И удача мне действительно улыбнулась.

Когда наступила ночь, мне постелили в одной из небольших хижин. Моим соседом был очень уж разговорчивый зверь, который видимо не знал о награде, что мне предложили. И потому, рогатый вывалил, как на духу, когда я начал расспрашивать его о Тропе:

— Ты говоришь о Тропе праведников, что начинается у Витых терний, рядом с Великим колодцем? У нас о ней множество слухов ходит. Старейшины порой шепчут, будто Тропа шла прямиком из колодца и раньше по ней постоянно ползали Стальные Черви.

— То есть Червь был не один?

— Может быть. У нас принято считать, что из колодца вылезет лишь один всесоздатель, однако, как существо обладающее безграничной силой, он вполне может разделяться и копировать себя множество раз. Да и слухам о множестве червей верить не стоит. Старейшины и сами не застали времена, когда Червь являлся к нам. Их вообще никто не застал из ныне живущих.

— Откуда вы тогда знаете, что он придёт?

— Об этом шепчутся, и листья, и корни. Мы просто внимаем их заветам и ждём. Если потребуется, мы будем ждать и целую вечность, ибо такова судьба нашей небольшой общины.

— А что будет, когда вы дождётесь?

— Настанет конец света. Тот кто создавал мир, разрушит его и Тихий лес перестанет существовать.

— И мы… не освободимся?

— А ты хочешь свободы?

— Я хочу сбежать, чтобы перестать каждый день жить в страхе за свою шкуру. Это место всех рано или поздно сводит с ума. А кого не сводит, тех просто убивает. У меня нет ни малейшего желания делить это долю со всеми прочими обитателями леса, ибо я жажду более никогда не слышать шёпота корней.

— Что ж, чужак, ты имеешь право желать подобного и верить, что из леса есть выход. Пусть эта вера и кажется мне наивной…

Мы ещё долго говорили. Вскоре, мой визави уснул и я тайком выбрался из хижины. Я уже знал на что ориентироваться, чтобы отыскать Тропу, а потому смысла оставаться в поселении не было. Однако, я решил обезопасить себя от любой погони и потому достал из своей суммы свой набор приманок.

Он состоял из нескольких видов трав, плодов и листьев, а также разного рода пахучего мяса. Смешав их в необходимом количестве, чтобы приманить медведя, я оставил приманку слегка под порогом одного из домов, а сам, в это время, ретировался прочь.

Пусть меня и гложило чувство вины, но иначе было никак. Я пренебрёг добротой козлоголовых селян, и предал своё обещание убить пугавшего их зверя. Они мне этого не простят и наверняка скинут в Колодец, при первой же возможности. А вдруг я встречу их снова? Или лесные тропинки будут снова и снова выводить меня к их поселению?

Нет, чтобы выжить в чаще, иногда необходимо принимать тяжёлые решения. Даже если поводом для них была обычная трусость. Не желая оставлять рогатых совсем уж беззащитными, я дождался появления медведя за пределами поселения и, стоило громовой поступи сотрясти землю, поднял тревогу громким криком.

Вскоре община зашевелилась и стала судорожно готовится к обороне. Из-за деревьев к ним неумолимо приближался громадный ком шерсти на шести мускулистых лапах. Один его коготь был всё равно, что меч. А огромная пасть, располагавшаяся на животе, казалось могла перекусить даже ствол дерева.

Я не стал наблюдать за расправой и поспешил быстрее убраться. Пока я бежал в сторону Колодца, до меня доносились крики, адский рык и треск ломающихся зданий. Не то чтобы у козломордых много шансов… но мои симпатии на их стороне.

Охотник — По Тропе Праведников

В Тихом лесу смиряешься со многими странностями. Когда вокруг аномально всё, начиная с мелких камушков и заканчивая самими обитателями чащобы, не остаётся почти ничего, что могло бы вызвать удивление.

Даже страх неизвестного куда-то улетучивается, уступая место тотальному безразличию к окружающему безумию. Впрочем, деревья могут удивлять и порой приводить в такие места, в которых начинаешь сомневаться: а так ли ты устойчив к безумию, как считал ранее?

Я оказался как раз в таком месте, когда забрёл на Тропу праведников. Выглядела она крайне отлично от всех прочих лесных тропинок. Ибо это была не изрядно затоптанная почва, не мощённая камнем дорога и даже не легендарный путь из светящегося мха. Две стальных линии, тянущихся параллельно друг другу бесконечно далеко вперёд, сложно вообще принять за дорогу. Можно даже подумать, что это что-то совсем несвойственное лесу, будто оказавшееся в нём по ошибке.

Металл — вещь крайне редкая под сводами крон. Его почти невозможно достать, если не повезёт наткнуться на случайно попавшего в лес бесшёрстного, у которого при себе будет что-то железное. Ну или придётся соваться в волчьилогова, и выковыривать самородки из стенок их пещер, что можно назвать ещё более невероятным способом. Конечно, обладание сталью стоит всех затрат, ибо она крошит и дерево, и кость, и камень. Но большинству лесных зверей всё же приходится искать другие способы для самозащиты.

Мой клинок как раз из тех редких экземпляров металлического оружия, которые почти не найти в пределах Тихого леса. Меня даже пару раз чуть не убили из-за обладания таким оружием. А в этих двух параллельных линиях железа на тысячи подобных мечей и они лежат себе бесхозные. Будь моих физических данных чуть больше или имей я сообщников, смог бы утащить хотя бы одну подобную балку и переплавить в оружие. А может и просто продать за огромные деньги.

Впервые жалею, что не имею друзей… Да, эта тропа явно нехорошее место, но она должна привести меня к чему-то ещё более нехорошему. А где неприятности, там, зачастую, и сокрыты ответы на все интересующие вопросы. Так что я смело направился вдоль линий, стараясь то и дело поглядывать под ноги.

Путь по Тропе был долгим, а сама она казалась бесконечной. В какой-то момент я начал видеть их… Полупрозрачные тени поглядывали на меня из-за деревьев. Они держались на почтительном расстоянии и старались не попадаться мне на глаза, но я то и дело видел странные фигуры, краем глаза. Они будто следовали за мной, терпеливо сопровождая и чего-то ожидая. Я, конечно, не стал придавать этому преследованию слишком много внимания, но на всякий случай держал кисть на рукояти клинка. Может ли металл справиться с кем-то незримым? Вряд ли, но это лучше, чем ничего не сделать.

Я так зациклился на преследователях, что даже не заметил, как спустился туман. Сначала лёгкая дымка, а затем и тяжёлые свинцовые облака, из-за которых не было видно ничего в радиусе пары шагов. Чтобы не потерять Тропу, я старался идти прямо по стальной линии, надеясь, что в какой-то момент два стальных пути не разойдутся в разные стороны.

В тумане тени стали наглее, они сновали в серой пелене, танцевали, резвились и их силуэты всё чаще попадались на глаза. Они были и спереди, и сзади, и со всех сторон. Это чертовски сильно давило на мою голову, но я упорно продолжал путь, пока из тумана вдруг не вынырнула башня.

Огромное строение, сложенное из тёсаного кирпича также не было похоже на что-то, что происходило из пучин леса. Она скорее являлась частью какого-то иного, не столь парадоксального мира. И это пугало в ней больше всего. Я сам не заметил, как ноги привели меня к единственной двери внутрь. Чутьё подсказывало мне, что необходимо проникнуть внутрь.

Будто бы кто-то подсказал мне ранее неизвестное правило Тропы, согласно которому просто необходимо повстречаться со всеми её духами, прежде чем найти искомое. Может сам лес подсказал мне, а может я и вовсе выдумал это правило. Но факт оставался фактом — мне необходимо зайти внутрь.

Я осторожно приоткрыл дверь и очутился в тёмном помещении, едва освещаемом светом исходившим с самого верха башни. Наверх вела винтовая лестница с очень низкими и широкими ступенями, обещавшими долгий подъём. Кроме самой лестницы свет почти ничего и не выхватывал из непроглядной тьмы. Да и моё острое ночное зрение, за неимением естественного света ничуть не помогало. Я стал осторожно ступать по ступенькам, стараясь не издавать лишнего шума и смотря под ноги: местами ступени просто отсутствовали и можно было ненароком свалится вниз.

Когда я наконец достиг верхнего этажа, то прежде аккуратно заглянул в, освещённое множеством лучин, помещение. В нём лежало множество трупов. Некоторые были покрыты шерстью и имели следы мутаций, другие же были бесшёрстными и выглядели как обычные люди. Ха! Люди… какое нелепое слово пришло мне на ум.

Впрочем, долго подумать о нелепости этого слова, у меня не получилось, ибо когда мой нос наконец немного отпустил нахлынувший зловонный запах мертвечины, я наконец заметил единственного живого обитателя этой комнаты. Огромная чёрная старая паучиха громоздилась на горе тел и вырывала волосы из головы мертвецов, а затем что-то шила из полученных таким образом «ниток».