Артем Рудик – Тихий лес (страница 19)

— Понятия не имею… — сказал помощник, пятясь назад.

Когда сын наконец приблизился на расстояние удара, он неожиданно замахнулся бутылкой и разбил её об голову второй марионетки. Та упала, разметав бумаги. Нападавший собрал их в кучу, бегло посмотрел и сказал:

— Я пожалею об этом, когда всё выветриться из моего тела. Но сейчас я страдаю невыносимым желанием разрушать. — после этих слов, сын порвал бумаги. Сцена завершилась.

Театральная обстановка исчезла вместе с ней. Мне больше нечего было вспомнить. Точнее больше ничего вспоминать и не хотелось. Мы, с таинственным незнакомцем, теперь стояли на небольшой деревянной пристани, рядом с которой прибилась крошечная лодочка. Вокруг был практически сплошной туман и только силуэт замка, на острове, к которому примыкал пирс, был ясно виден. Лис сказал мне:

— Что ж, получается в том, что здесь случилось, есть и твоя вина?

— Получается, что так. Мы могли бы что-то сделать до того, как ситуация вышла из-под контроля и лес превратился в то, во что он превратился. Но мои усилия были направлены лишь для затягивания решения. Когда же я наконец осознала, что творю, было уже поздно что-то делать. И вот, я оказалась здесь. У меня нет того чувства надежды и инстинкта самосохранения, которые движут Трикстером. Только вина за былые свершения и груз прошлого. Так что я пожертвовала собой, понимая, что сама я вряд ли могла бы остановить Охотника или Короля Волков. А теперь скажи мне, когда я сяду в эту лодку и поплыву на ту сторону, я увижу свою семью?

— Откуда мне знать? Я ТАМ никогда не был. Но знаешь, если вдруг ТАМ у тебя попросят плату за проход, то вот тебе монетка от меня. — он ловким движением пальцев пульнул в мою сторону небольшой золотой кругляшок.

Я, силой мысли, задержала его в воздухе, на уровне своих "глаз". На одной стороне монеты был изображён скелет лиса в балахоне и с косой, а на другой красовалась надпись: "Вот дверь, за которой всё тайное становиться явным. Стоит войти в неё, и откроется не то что кажется, но то что есть".

Охотник — В королевские палаты

Вот я пытаюсь пробраться через массивные ворота с помощью своей бездонной сумки, аккуратно проползая по кишке на другую сторону. Меня сразу же ловят и убивают на месте, как нарушителя, стоит мне показать свою голову из мешка. У волков слишком хорошее обоняние, чтобы я мог пролезть незаметно.

Вот я прошу своих пернатых сообщник закинуть меня на "крышу" скальной крепости. Пытаясь найти расщелину, через которую можно было бы попасть внутрь, я застреваю ногой в камнях. Чтобы не остаться там навечно, пришлось отпилить ногу. Затем, не справившись с равновесием без одной ноги, я падаю вниз с огромной высоты и мгновенно умираю, так и не найдя пути внутрь.

Попросив оставить меня не на вершине громадного камня, а у одного из окон, я всё также не удерживаюсь на карнизе, в попытках протиснуться через очень узкую раму. В итоге я также падаю и разбиваю себе череп.

Попытавшись прорыть длинную нору под крепостью, я сталкиваюсь с одной большой проблемой: камень уходит вниз слишком глубоко. Более того, даже если я вдруг достигну его "дна", то не факт, что я смогу найти там лаз, через который можно было бы проникнуть внутрь. В итоге меня просто может завалить землёй или камнями, мгновенно убив.

Прикинув все возможные варианты действий с помощью своей куклы, я решил, что лучшим выходом будет добровольно сдаться волкам. А уж внутри, на месте, решить как бы убить Короля Волков. Я легко могу замаскироваться под одного из кроликов-рабов, надеть на себя кандалы и так они сами впустят меня внутрь. Уже там, я смогу снять с себя колодки, которые сам же заранее ослаблю, и, в итоге, убить владыку крепости, тихонько подкравшись к нему по тёмным коридорам.

Кукла настойчиво отказывалась показывать мне исход этого плана что могло означать только то, что я, по крайней мере, переживу сей путь внутрь. Ну или мне просто очень хотелось в это верить. Ибо я в любом случае точно не представлял, что происходит внутри таких крепостей и зачем волкам рабы. Может, они заставляют их копать тоннели в скалах. Может устраивают гладиаторские бои. А может и для чего-то, о чём в приличном обществе едва ли позволено говорить.

И, при любом раскладе, я явно смогу применить свои таланты, чтобы приспособиться к ситуации и выйти сухим из воды. По крайней мере, я точно смогу найти способ в итоге освободиться, так что я едва ли испытывал хоть какой-то страх, в момент когда подбирался к небольшому волчьему конвою.

Они собрали в нём десяток с чем-то зайцев со всех окрестных деревень. Их должны были конвоировать в крепость Короля, так что всех за колодки сцепили одной цепью. Я заранее подготовил похожие на волчьи оковы, которые позволили бы мне, если что, сразу же дать дёру, освободившись от ослабленных пут. Надев их, я принял облик кролика и, когда парочка стражей отвлеклись, вклинился в строй, зацепив цепь на своей колодке.

Никто из пленников даже не обратил внимания на мой поступок. Скорее всего, все они просто дрожали от страха, чувствуя, что ничего хорошего их впереди не ждёт. А вот один из конвоиров, при пересчёте, обратил вниманье на пополнение и сказал своему напарнику:

— Тут, кажется, затесался лишний. В прошлый раз, когда я считал, их было всего двенадцать. А теперь стало тринадцать.

— Глупости! Кому может понадобиться присоединяться к пленникам? — спросил его второй.

— Понятия не имею, но в своих расчётах я уверен, поскольку загибал пальцы. Одного мне не хватило, значит урожая стало на одного больше!

— Имеет смысл. Что же, если кто-то добровольно решил присоединиться к пленникам, можем ли мы быть против? Поведём его вместе с остальными.

— А Король не будет злиться на нас? Он предпочитает, чтобы мы всегда чётко следовали плану.

— Никто не будет кричать на нас из-за того, что мы сделали больше, чем надо. Это просто иррационально.

— Вклиниваться в ряд рабов тоже иррационально, тем не менее это случилось. Давай отпустим чужака.

— А как ты поймёшь, кто из них чужак? Всё это мясо на одно лицо!

— Ну тогда давай отпустим кого-нибудь случайного. Так, на всякий случай.

И они действительно отпустили одного зайца, того что должен был идти впереди. Волки сказали ему:

— Сегодня твой счастливый день!

И это действительно был его счастливый день. Настолько счастливый, что он так и не смог совладать со своим счастьем и в безумстве побежал в сторону чащи. Что его ждало там, мне не известно, однако я сомневаюсь, что он добрался до своего дома, так как, насколько мне известно, ближайшие кроличьи поселения были в другой стороне.

Серые хищники едва ли обратили внимание на это странное поведение и буднично пошли проверять крепления колодок. На мне страж остановился, подметив, что оковы были ослаблены. Он лёгким движением затянул путы, что теперь больно впились мне в кожу. Затем он зачем-то похлопал меня по плечу и пошёл дальше, перепроверить крепление тех пленников, что стояли передо мной.

Теперь, сбежать было гораздо сложнее чем раньше, однако мои пленители всё же поверили в мою маскировку и в итоге пропустят меня в свою крепость. А уж дальше — дело техники. Оружие было заранее припрятано в мой невидимый мешок и только ждало своего часа, когда я наконец обращу его против своего брата.

Может, используя силы Короля я смогу победить Трикстера и спасти лес. Мне очень хотелось верить, что в следующей битве я смогу его перехитрить и бой будет проходить на моих условиях. Но, учитывая то, каким оружием он сейчас обладает, сделать это всё равно будет не просто. Особенно, если он что-то предпримет до нашей следующей встречи. Но именно поэтому, мне и нужно торопиться и торопить весь строй.

Шли они, понятное дело, не очень охотно. Однако, стоит признать, уверенно. В них явно боролись страх скорой смерти в крепости и страх ещё более скорой смерти от лап надзирателей. Благо, мне удавалось подгонять их, ускоряя темп и вынуждая всех впереди идущих плестись чуть быстрее.

Когда мы наконец дошли до громадной скалы, представлявшей собой крепость Короля, я и сам вдруг поймал себя на ужасе. Он накатывал без особой причины, будто плохое предчувствие. Страх обжигал мою грудь, выплясывая на солнечном сплетении и смешиваясь в нём с душевным благоговением перед мрачной громадой. Сам замок не казался мне страшным, ибо я наблюдал его много раз до сего момента. И много раз я видел как умирал внутри…

Дело тут было в другом. Само по себе это чувство было абсолютно иррационально, но я знал что его вызывает. Моя личная позиция: бежать. До сего момента я обходил все проблемы стороной, стараясь не вмешиваться понапрасну в дела, которые меня не касались. А сейчас сам шёл опасности в пасть. Причём, сам же придумал именно такой план, чтобы наиболее глубоко погрузиться в омут неприятностей. Это была странная внутренняя метаморфоза. И именно она пугала меня.

Очевидно, что я делал всё это, только для того, чтобы в итоге сбежать из самого леса и освободиться от постоянного ощущения опасности. Но разве стоит это того, чтобы залезть в пасть к чему-то безусловно демоническому? Разве стоит это того, чтобы биться за жизнь с кем-то столь похожим на тебя самого?

Не то чтобы я не был готов идти на жертвы, однако сбежать, как то было раньше, больше не получится. И у меня не будет никакого второго шанса. Так что в качестве ставки теперь — моя жизнь. И она же будет мне главным призом.