Артем Рудик – Тихий лес (страница 15)
Галлер выкрикивал изощрённые ругательства, призывая меня "показаться". Я же залез внутрь своей бесконечной суммы, всем телом подавшись вправо и забравшись в мерзкие, но тёплые внутренности своего странного хранилища. Я ориентировался в пространстве по крикам своего соперника, аккуратно ползя по тёмному склизкому пространству. Выход всё время находился по левую руку от меня, так что я был способен выйти в любой момент.
Когда гневные возгласы оказались прямо слева, я взял клинок и нанёс точечный колющий удар. Предсмертные хрипы стали чётким подтверждением того, что я попал. Выйдя из своего укрытия, я оказался прямо над мёртвым телом моего товарища. Сзади послышался едкий смешок. Развернувшись, я увидел другого Охотника, то есть себя самого.
— А ты умеешь преподносить сюрпризы, верно? Мне думалось, что он сможет убить тебя своей жутковатой пушкой. — сказал он.
— Его винтовка не смогла пробить мой панцирь. — я постучал по броне, всё ещё спрятанной под плащом.
— Это была не его винтовка.
Охотник поднял свой балахон, обнажив рёберную клетку, а затем слегка надавил рукой себе на грудь, достав одно из своих рёбер так просто, будто доставал меч из ножен. Подбросив его в воздух, поймал он уже точную копию оружия Галлера:
— Едва ли моя точная копия обладает такой же убойной мощью, что и его оружие. Так, может разве что с сильно ударить.
— Ты целился мне в солнечное сплетение, надеясь вывести из равновесия?
— Да, выигрывал время.
— Чтобы было больше времени нас стравить?
— Именно. Но, видимо придётся разбираться со всем самолично. Всё же даже первый мой план предстать перед тобой в виде убиенной по твоей вине девочки, чтобы затем тебя убили "последствия твоих решений", не удался. Хотя на мой вкус, он был самым ироничным.
Я сразу догадался, зачем мой враг показался прямо передо мной и сейчас рассказывал свой план. Клинок всё ещё был у меня в руках, так что я не задумываясь с разворота нанёс удар тому, кто приближался сзади, вооружившись костяным ножом. Это был ещё один мой клон. Вернее сказать, это была копия моего клона. Да, всё действительно становилось запутанно.
— А теперь ты пытался меня заговорить, чтобы получить возможность нанести удар сзади. Ей богу, если бы я не задумался о том, что ты не мог одновременно быть в двух местах, стравливая и меня, и Галлера, я бы уже был мёртв.
Другой Охотник проронил хриплый смешок, держась за шею в том месте, в котором я уколол его клона:
— Я и не рассчитывал на меньшее упорство. В конце концов, мы с тобой схожи в своей хитрости. Мы много в чём схожи и это мне крайне неприятно. Так что скажи, схожи ли мы в решительности? — он слегка отряхнулся и достал из-за пазухи костяной клинок, подобный моему.
— Более чем. — я также приготовился к атаке, понимая что кость перед металлом не устоит.
Хватит всего одного удара, чтобы его меч треснул. И я был готов его нанести. Сначала мой оппонент начал было просто сближаться со мной, сохраняя визуальный контакт и будто испытывая мои нервы. Однако затем он внезапно бросил на земь два гриба волчьего табака. Они взорвались, выпустив огромное облако спор, закрывших мне обзор.
Я отскочил, не желая получить удар из этой дурно пахнущей завесы. Моему же сопернику только это было и нужно. Он кинул в мою сторону своё костяное оружие, вылетел из дыма и поднял лежавшую на трупе бесшёрстного пушку. Когда я переломил жалкий костяной клинок отразив его в полёте, на меня уже смотрело тёмное тонкое дуло. Этот гад опять меня перехитрил…
Я снова рванул всем телом вправо, однако несколько разгорячённых стальных зубов были многим быстрее и успели вонзиться мне в руку и ногу, прежде, чем я спрятался в своей безопасной сумке. Оказавшись в укрытии, я порвал рукав своего плаща на пару бинтов. Затем, припрятанным ножом, я аккуратно выковырял застрявшие зубы из своей плоти и туго перевязал раны, чтобы они не кровоточили. На лисах быстро всё заживает, но эти раны ещё знатно поболят…
Гораздо хуже, что у этого моего "брата" было теперь столь разрушительное оружие. Учитывая, как просто он меня сделал, мне думается, что добраться до него теперь будет не так уж и просто. Особенно зная, что он умеет ходить по лисьим тропам и столь быстро и точно менять свою внешность. Вероятно, ещё он может плодить клонов. Это пока всё, что я знаю о его силах. Но это не значит, что все они заключены лишь в этом.
Я уверен, что у него ещё достаточно сюрпризов и секретов, с которыми будет не так уж и просто совладать. А совладать с ними надо, ибо его мне необходимо убить также, как и Короля Волков. Учитывая, какую прыть он проявил, боюсь представить что мне ждать от повелителя Волков… А если третий мой клон, о котором я пока ещё ничего не знаю, сильнее их обоих вместе взятых?
Вероятно, я и вовсе самый слабый из всех четверых. Но это вовсе не значит, что у меня нет шансов. Просто они ничтожно малы. А ещё, перед новой встречей с этим… Как бы его назвать? Пусть будет Трикстером. Это имя ему подходит.
И перед следующей встречей с ним, я тоже заготовлю парочку приёмов. Уровняю наши шансы и нанесу решающий удар в тот момент, когда он не ожидает. Или, по крайней мере, заставлю его спуститься на мой уровень и принять "честный" бой. В конце-концов, если я хочу сбежать из леса, то мне просто необходимо победить их всех, а затем пожрать их силы и воспоминания. Только так я докопаюсь до сути. Только так можно выжить в этом месте.
Трикстер — Агнец
Жить полной жизнью можно лишь ценой своего «я». Герман Гессе, "Степной волк"
Прочие звери мало что помнят о своём прошлом. Лес проникает в их сознание и стирает все воспоминания. Однако, я не такой. У меня кое-что осталось из прошлого. У меня осталась моя память. Да, это скорее обрывочные образы из прошлого, но с ними у меня вполне получается создать более-менее полную картину о том, что происходит.
Так, я всегда знал, что в лесу живут иные версии меня. Теперь я ещё знаю то, что одна из версий начала выслеживать другие. Очевидно, что он собирается убить нас и остаться один в этом лесу. Но зачем? Почему вдруг мы не даём ему покоя? К чему убивать тех, с кем можно было бы сотрудничать?
Даже проследив за ним долгое время, я так и не смог найти чёткого ответа. Временами он просто пропадал из моего поля зрения. А потом, кроме всего прочего, ещё и стал якшаться с птицами! Интересно, как он смог так легко заполучить таких сильных союзников?
Очевидно, что они придут к нему на помощь, в случае чего. Кто-кто, а вот птицы своих не бросают и старых обид не забывают. А это значит, что даже заполучив в свои руки оружие чужака и имея возможность замаскироваться, я всё равно в положении жертвы. Особенно учитывая то, что мой соперник откуда-то получил способность исчезать из видимого мира. И ладно бы этот Охотник использовал бы её лишь для трусливого побега. Но нет! Он может и атаковать из ниоткуда, что при его хитрости может плохо для меня закончится. Кроме того, может я видел ещё и не все его способности…
В общем, я его, конечно, победил, но только временно. Он вернётся и при следующей встрече убьёт меня. Разве я могу это допустить? Позволить ему нарастить силы? Разумеется нет. Инстинкты и здравый смысл едва ли позволят мне просто так сдаться, даже при виде столь значительной угрозы.
У него есть оружие? У меня тоже есть и даже многим более опасное. У него есть способности? Я тоже кое в чём хорош и, верно, многим хитрее своего врага. Он обладает сильными союзниками? А вот тут, как раз, у меня есть определённая недоработка. Мне тоже нужны сильные друзья, которые могли бы прикрыть спину. Нужно выставить что-то равноценное птицам. И тут вариантов у меня немного.
Я пришёл к лесному колоссу. Он, мрачный, четырёхрукий, дородный, сидел в своём обычном месте, среди погнутых, исписанных рунами, деревьев. Моя охота не так давно завершилась, а потому нет ничего удивительного, что я так легко нашёл его. Кроме того, у меня как раз была более чем щедрая жертва лесу.
Когда одна из огромных лап протянулась ко мне, я сразу же водрузил на неё отрубленную голову бесшёрстного. Рука, вместе с даром, быстро поднялась куда-то вверх. Затем, ко мне обратился громогласный голос, раздававшийся прямо у меня в голове. Он сказал:
— Это очень щедрый дар лесу. Ты хочешь что-то за него получить?
— Я хочу найти одного Охотника, похожего на меня.
— Чтобы найти кого-то в лесу, надо обратиться к птицам и их богу. А ты, кажется, у него не в почёте. Едва ли одной головы бесшёрстного хватит для того, чтобы они были обязаны тебе помочь.
Другая лапа гигантского существа раскрылась передо мной, требуя иного дара. Я без сомнений достал костяной нож, взялся за своё ухо и резким движением отделил его. Было чертовски больно, но я аккуратно перевязал кровоточащую рану повязкой, а затем положил обрубок на ладонь. Голос вновь прозвучал в моей голове:
— Жертвуя свою плоть, ты жертвуешь своим врагам кусочек своей души, обязывая тем самым помочь тебе. Смелый ход. Кроме того, твоя решимость вдохновляет лесных богов. Так что птицы помогут тебе. Скажут где тебе искать собрата. Но кого из троих ты хочешь найти?
Я задумался. Пусть соблазн и был велик, мне явно не стоило встречаться с тем, кто нас убивает. Он, может, и ранен, но явно уже ожидает моего нападения, да и силы в этот раз могут оказаться неравны. Затем я подумал о Короле Волков. Пусть он злобный и сам себе на уме, но даже с ним можно было бы объединится перед лицом общей угрозы. Правда, для этого с ним надо поговорить, а после прошлых наших встреч, он едва ли подпустит меня к себе. Так что у меня был всего один возможный вариант.