Дивизия на 18.10.41 имеет боеприпасов:
Винт. патронов — 312 тыс.
пист. патронов — 92.160
ручных гранат — 1.000
мин к 107 мм — 624
снарядов на ДОПе
85 мм — 248
76 мм — 300
122 мм — 300
Кроме того, непосредственно в артбатареях имеется по 1 1/2 боекомплекта.
Дивизия на 18.10.41 совершенно не обеспечена горючим. Машины стоят как транспортные, так и трактора. Передвижение артиллерии невозможно.
Распоряжением Штарма 33 затребовано от дивизии 100 автомашин для выполнения работ последней, из-за отсутствия горючего машины вытти не могли. 16.10.41 10:00 послано 9 автомашин за получением горючего по наряду г. Москва. Прибытия ожидаю.
Части дивизии выходят на свой рубеж согласно приказа.
Прошу командующего 43 армии подчинение 17 сд подтвердить приказом».[253]
Дивизия на 17 октября также имела некомплект батальонов и рот[254]. 18 октября 1941 г. в сводках Западного фронта 17 сд обозначена в составе 43-й армии. К исходу дня дивизия занимала оборонительный рубеж на фронте Спас-Загорье, Высокиничи[255], а по данным журнала боевых действий Западного фронта — от Белоусово до Высокиничей[256].
По данным сводки Западного фронта на 20.00 18 октября 1941 г. полки дивизии были выстроены следующим образом.
1312-й стрелковый полк (1312 сп) оборонялся на фронте Новая Слободка, Высокиничи, Лыково.
1314-й стрелковый полк (1314 сп) оборонялся на фронте Дубровка, Стрелковка, Бол. Росляковка.
1316-й стрелковый полк (1316 сп) оборонялся на фронте Оболенск, Дубровка, Кривошеино[257].
На 23 октября 1941 г. новый командующий 17 сд комбриг Любарский сообщал о том, что в 17 сд числилось в 1312 сп — 350 человек, в 1314 сп — 250 человек (пять минометов, 12 станковых пулеметов, 51 ручной пулемет), 1316 сп — 200 человек, в батальоне связи — 60 человек (3 км кабеля, две радиостанции, одна из них, работающая на большое расстояние, неисправна). Штаб и тылы дивизии полностью сохранились[258]. Потери дивизии за период боев 18–23 октября составили около 4000 (около 80 %) человек убитыми и пропавшими без вести от численности на 18 октября 1941 г.
О том, что многие военнослужащие 17 сд после боев на Протве не погибли, а находились с оружием в окружении на вражеской территории в лесном массиве между р. Нарой и р. Протвой можно судить по Докладной записке комиссара партизанского отряда Угодско-Заводского района.
«Докладная записка комиссара партизанского отряда Уланова начальнику УНКВД по г. Москве и Московской области ст. майору госбезопасности М.И. Журавлеву о красноармейцах-дизертирах
3 ноября 1941 г.
Совершенно секретно.
Доношу, что находясь в партизанском отряде и бывая ежедневно в деревнях, не занятых противником, нами установлено, что в деревнях большое количество красноармейцев, ушедших из своих частей, свое пребывание в деревнях мотивируют тем, что отстали от части: «выходим из окружения» и т. д.
В большинстве это люди 17-й стрелковой дивизии. Все они сознательно бегут с фронта небольшими группами, часть из них несет с собой оружие — винтовки, а часть бросают их. И действительно, проходя по лесу, можно найти большое количество винтовок, противогазов и гранат. Нами неоднократно эти беглецы задерживались и направлялись в пункты расположения войск, но их до того много, что в каждом колхозном доме встретишь этих беглецов-ночлежников, они совершенно безразличны. Когда их встретишь, будучи сам одет в штатскую одежду, и начнешь отбирать винтовки, а затем направляешь в часть, то никто из них не спросит, кто мы, а покорно идут, куда им скажут, и не случайно, что в д. Комарово один немецкий фельдфебель взял в плен 8 красноармейцев, сам ехал на лошади, а они за ним шли пешком, потом, видя, что уже вечер, отпустил их, и они опять пошли бродить по деревням. Для задержки и привидения в порядок этих беглецов необходимо иметь отряд хотя бы из 10 человек.
Обо всем этом мы ставили в известность командование 17-й стрелковой дивизии, но до настоящего времени такая дезорганизация продолжается.
Комиссар партизанского отряда Уланов»[259].
49-й караульный батальон охраны штаба Резервного фронта (49 обо) в период обороны на Протве был в составе войсковой группы П.С. Козлова. 10 октября 1941 г. в 22 ч 30 мин вышла директива Ставки ВГК, которая предписывала пустить кадры Резервного фронта на формирование Западного и Московского резервного фронтов. Батальон охраны штаба Резервного фронта был направлен на укомплектование Московского резервного фронта Можайской линии обороны[260].
11 октября 1941 г. батальон охраны штаба Резервного фронта был запрошен бывшим начальником штаба Резервного фронта генерал-майором А.Ф. Анисовым для формирования 43-й армии. Тот просил разрешения Ставки на то, чтобы 49-й батальон стал батальоном охраны 43-й армии, поскольку войска Московского резервного фронта напрямую подчинялись Ставке ВГК.[261] Сил на фронте 43-й армии было мало и батальон был послан на усиление обороны по р. Протве.
14 октября 1941 г. 49-й батальон всё еще подчинялся А.Ф. Анисову, поскольку первое донесение с боевых позиций у р. Протвы командир батальона капитан М.А. Семененок отправил на его имя:
«Донесение.
Генерал-майору тов. Анисову.
Время: 12.00 14.10.41 г.
Место: опушка леса, что южнее дер. Черная Грязь в 1 км.
Карта: 1 км. — 1 см.
Занял оборону — левый берег р. Протва, справа дер. Новая Слободка включительно, слева — дер. Грибовка исключительно. В районе обороны противника не обнаружено. Приступили к рытью окопов стоя. Правее расположения батальона 200 м строительные батальоны производят отрывку противотанковых препятствий. Мною выслана пешая разведка с целью разведать противника и установить связь с 9-й танковой бригадой в направлении дер. Недельное-Казариново: Жду бутылок «КС» и автомашину принадлежащую батальону.
Приложение: схема обороны батальона.
Командир батальона охраны.
Штаба фронта.
Капитан /Семененок/»[262].
На схеме, прилагавшейся к донесению, обозначены все подразделения батальона — 2 стрелковые роты, пулеметная рота, взвод ПТО[263]. Можно сделать вывод, что батальон был укомплектован ротами по штату, имел средства ПТО, автотранспорт и пулеметную роту.
15 октября 1941 г. командир батальона охраны прислал А.Ф. Анисову второе донесение:
«Донесение № 2.
Генерал-майору т. Анисову.
Место: дер. Черная Грязь.
Время: 13.00.
15.10.41 г.
В районе обороны противник не обнаружен. Разведкой установил связь с 9-й танк. бригадой, которая продолжала вести наступление в 16.00 14.10.41 г. в районе дер. Прудки. По сведениям полученным в дер. Кобылино у к-ра роты управления штаба танк. бригады тов. Стружченко.
В районе обороны батальона расположена батарея 85 мм орудий (3 орудия) 17 с.д.
Установлена связь с 1316 с.п., который расположен в районе дер. Величково.
Произвожу дальнейшее отрытие окопов и землянок. Батальон в летних пилотках и без перчаток, прошу указать, где получить теплое обмундирование.
Испытываю затруднения в средствах связи.
Ком. Б-на охраны.
Штаба фронта.
(Семененок)»[264].
49-й батальон охраны 18 октября 1941 г. был подчинен командиру 17 сд, что следует из приказа командующего 43-й армией Голубева:
«…1. В связи с изменившейся обстановкой войска 43 армии переходят к обороне реки Протва. 2. 17 стрелковой дивизии занять рубеж (исключая) Спас-Загорье, Высокиничи. 17 дивизии подчинить 49 батальон охраны, находящийся в районе Черная Грязь и сводный батальон 148 танковой бригады»[265].
Судя по карте положения войск фронта на 11.10.1941 ― 19.10.1941 г., батальон дислоцировался вдоль р. Протвы на участке от с. Высокиничи (исключая) до с. Черная Грязь (включительно)[266].
Об оборонительных позициях батальона на Протве можно судить и по схеме сохранившихся земляных сооружений, выявленных автором у Черной Грязи в 2018 году.
Боевые действия в полосе обороны батальона отчасти описывают документы 17 сд, в части, которая касается 1312 сп, а также в документации противника — 34-й пехотной дивизии вермахта (34 пд), в описании боевых действий 19 октября у Ильинского и Новой Слободки (см. ниже).
Караульный батальон упомянут в переговорах полковника Боголюбова (43-я армия) и полковника Маландина (штаб Западного фронта) 21 октября 1941 г. В частности, Маландин спрашивал у Боголюбова, о судьбе караульного батальона бывшего штаба фронта, который дислоцировался в Высокиничах, но о его судьбе сведений не было[267]. После боев на рубеже реки Протва об этом батальоне несколько дней ничего не было известно, лишь 27 октября 1941 г. батальон приказом В.Д. Соколовского был включен в состав 17 сд[268].
Мотобатальон 148-й отдельной танковой бригады (148 тбр)[269] также был придан командиру 17 сд П.С. Козлову во время обороны на р. Протве. В боях на левом крыле обороны 43-й армии 14 октября 1941 г находилось подразделение 148 тбр — мотобатальон без танков. Командиром бригады в то время являлся подполковник Александр Иванович Потапов, комиссаром — полковой комиссар Антон Алексеевич Сурин. В историческом обобщении, посвященном участию 148 тбр в Великой Отечественной войне, есть следующая информация:
«…из состава бригады был сформирован сводный батальон в количестве 450 человек под командованием командира батальона капитана Харитонова (командир танкового батальона) и комиссара батальона батальонного комиссара Короткий (комиссар штаба бригады).
