Артем Новиков – Эффект наблюдателя: Хроники космического беспризорника (страница 9)

Сержант замер. Его лицо прошло через три стадии: гнев, недоумение, принятие.

– Так, – он выдохнул. – И конечно, я, как ответственный за стрельбище, отвертеться не могу? То есть мне это учить? – потом горестно добавил: – С нуля…

Он подошел вплотную, его дыхание пахло кофе.

– Во-первых, – его руки грубо поправили мою стойку, – стойка.

Он постучал по моему локтю:

– твои руки дрожат, как у алкаша в запое.

Я хотел огрызнуться, но тут Дип неожиданно вставил:

– Учитывая хроническое недоедание и мышечную дистрофию, дрожь вполне объяснима.

– Спасибо, доктор, – процедил я.

Сержант проигнорировал нашу перепалку:

– Будем ставить технику. Десять выстрелов. Медленно. Между выстрелами – дыхание.

Он встал за моей спиной, его руки легли на мои, поправляя хват.

– Прицеливаешься… задерживаешь дыхание… плавный спуск…

Выстрел.

На этот раз дыра в наружном круге мишени.

– Ура, – пробормотал я.

– Ура?, – рявкнул сержант. – Это позор. Но… начало.

Он отошел к панели управления:

– Дип, зафиксируй: курс молодого бойца для союзника AA7. Два часа ежедневно. Основы стрельбы, техника безопасности, уход за оружием.

– Вношу в расписание, – отозвался ИИ.

Я открыл рот, чтобы возразить, но сержант перебил:

– Следующий выстрел. И если опять в молоко – будешь чистить весь тир. Зубной щеткой.

И сержант достал из кармана настоящую зубную щетку и положил ее на стойку. Понял, шутки кончились.

Я вздохнул и снова поднял пистолет.

– Прицеливайся, новобранец, – прорычал сержант. – И запомни: пока ты на моей территории, ты либо стреляешь правильно, либо убираешь.

Сержант за спиной сверлит мне спину. Выстрел.

Еще одна дыра. Уже ближе к центру.

– Лучше, – кивнул сержант.

– Следующий патрон, и не дыши на спусковой крючок!

Дип тихо хихикнул.

Следующий час я стрелял под тяжелым взглядом сержанта и с его легкими комментариями.

После очередного выстрела я обрадованно закричал:

– Восьмерка!

– И это с 10 метров, – сержант горько вздохнул, выхватил у меня пистолет и разрядил одним ловким движением.

– На сегодня достаточно. Завтра в это же время. Без опозданий.

– А если я…

– Если не придешь, – сержант показал зубную щетку, – я найду тебя сам. И мы будем чистить не только тир.

Я поспешно кивнул.

Дорога назад в каюту показалась короче. Я расстегивал комбинезон, когда Дип вдруг сказал:

– По расписанию у тебя остается два часа свободного времени.

– Отлично! – я плюхнулся на койку. – Значит, можно поспать.

– Ошибка. Следующий пункт – образовательная программа.

Я замер:

– Чего?

Вместо пейзажа на стене замерцала надпись: «Основы математики. Урок 1».

– Дип, ты издеваешься?

– Приказ сержанта. Он счел личным оскорблением, что ты не смог сразу назвать количество патронов в коробке.

– Да пошел ты! – я швырнул подушку в слово «математика», но промахнулся.

– Промах, время занятия увеличено на тридцать минут, —

ехидно прокомментировал Дип.

Я застонал, плюхнувшись обратно на койку.

– Ладно. Давай свою дурацкую математику.

Экран ожил. Мигающая цифра «1» плясала перед глазами.

– Сегодня мы изучим основы сложения…

Голос Дипа звучал все настойчивее, а в глубине сознания мелькнула мысль, что жить на космическом корабле может оказаться не так-то и весело.

Глава 8

Шесть дней. Целых шесть дней я жил по этому чертовому расписанию. Занимался дурацкой математикой и вовремя приходил на стрельбище.

Стрельбище. Вместо тира я и тут поимел нудную учебу. Хотя в какой-то момент… почти начал получать удовольствие. Сержант Кроу оказался не таким уж упырем, как думалось в первый день. Да, орал. Да, называл «сопливым новобранцем». Но когда на третий день я один раз попал в «девятку» с десяти метров, он хмыкнул:

– Неплохо для уличного отброса.

После стрельб – госпиталь. Там меня пичкали какими-то коктейлями, облучали лампой и заставляли дышать странным газом. «Восстановительные процедуры», – говорил медик. Я называл это «пыточной камерой для мазохистов».

В свободное время я изучал корабль. Сходил в спортзал, где обнаружил кучу тренажеров, которые выглядели, как орудия пыток, и быстренько оттуда смотался, пока Дип не надумал записать мне еще и физкультуру в расписание. Гулял по коридорам. И однажды обнаружил парк. Практически кусочек леса, зеленая трава, пара укромных уголков и аллеи со скамейками, где гуляли редкие посетители. Настоящий оазис среди металлических коридоров. Особенно мне нравилось одно место – под раскидистым деревом с фиолетовыми листьями. Там я мог сидеть часами, наблюдая, как мимо проходят другие обитатели корабля.

В один из дней я обнаружил в дальнем углу парка открытый технический тоннель, в который не преминул залезть. Трубы и провода вдоль стен, а метров через 20 он упирался в люк, который легко открылся и выпустил меня в обычный коридор недалеко от спортзала. Вход в тоннель в коридоре был за одной из боковых панелей и легко открывался. Эдакий тайный проход.

На шестой день занятие с Дипом меня особенно выбесило, и я решил, что ни на какое стрельбище не пойду, а просто сбегу в парк. Добравшись лифтом до спортзала, дошел до секретного лаза, без проблем открыл люк и вскоре оказался в парке.

Растянувшись на скамейке, я закинул руки за голову. Фиолетовые листья шелестели над головой, а голографические птички заливались какой-то нереальной трелью. «Как будто и не на корабле вовсе», – подумал я, закрывая глаза.

Редкие посетители бродили по парку, невдалеке шелестел ручеек.