Артем Каменистый – Уровни сложности (страница 46)

И схлопотал еще одну пулю.

Туда, куда надо.

Машину повело вбок сильнее и сильнее. Она начала крутиться, одновременно снижаясь. Скорость вращения быстро росла, как и снижения. Не прошло и десяти секунд, как на землю рухнул вращающийся волчок. И тут же взорвался с огнем и дымом.

Клоун, внимательно наблюдая за зрелищем, задумчиво протянул:

— Машину поджигать теперь не надо. И без нее дыма хватает. Благодарю, Читер. Порадовал мои глаза. Красивая картинка… приятная…

— А еще прибеднялся, говорил, что сложно, — довольно скалясь, выдал Толстый. — На винтовку жаловался. Три выстрела — и готово. Да ты реальный читер. Слушай. — Тон спутника стал вкрадчивым. — А из лука вот так вертолет приземлить сможешь?

Глава 24

Жизнь девятая. Красиво ушел

За спиной протарахтела очередь. Узнаваемый всеми игроками звук — работает крупнокалиберный пулемет. Читер обернулся, шагнул в одну сторону, затем в другую. Поймал наконец картинку меж порослей кактусов.

Боты появились. На этот раз — по земле пожаловали. Одна, две, три… одиннадцать машин. Получается — те самые, которых обогнали столь нагло, еще и обстреляв при этом. Увы, Дворник ничего не подбил.

Два тяжелых бронетранспортера остановились на горочке, при выезде из ущелья. Оба постреливают куда-то в сторону дымного столба, исторгающегося из пламени, что пожирает обломки вертолета. Неужели Таракан все еще жив и они его засекли? Скорее всего, так и есть — ведь вон иконка его не почерневшая.

А что это оставшиеся девять машин делают? Зачем спускаются к пропасти, да еще и на таких скоростях?

Клоун, тоже изучая картинку, покачал головой:

— По-моему, я сейчас второй раз интересное кино посмотрю. Полгода назад такое видел.

— Что за кино? — спросил Толстый.

— Боты летали на своих дерьмовых гробах через пропасть. Там, правда, не совсем пропасть была, а просто мост на автобане взорванный. Пожиже высота, но тоже неприятно падать. У них в голове программа убийства, за себя они вообще не боятся. Если видят цель, на любой риск готовы пойти, лишь бы это не верная смерть. Тут у них шансы есть, им ведь на такой технике можно разгоняться прямо по пустыне.

Клоун оказался прав. Юркие внедорожники один за другим на высокой скорости скатывались к мосту и дальше ныряли вниз — в пропасть. Эти машины ни капли не подходят для гонок, потому Читер не удивился, когда до ушей донесся грохот, а из провала взметнулся новый столб дыма. Не такой солидный, как от вертолета, но тоже заметный.

Когда грохот разбившейся техники послышался второй раз — тоже не удивился.

А вот когда первая машина выскочила с моста уже на этой стороне — удивился сильно.

И неприятно.

— Ну, блин! Ну, акробаты чертовы! — поразился Клоун. — Или у них тоже большой везунчик сидит, или машинки не самые простые.

— Похоже на элиту ботов, — предположил Толстый и выругался: — Черт! Еще одна! Две! Три! Да это реально непростая элита.

Из девяти машин через пропасть перебралось пять. Бронетранспортеры не стали спускаться, их экипажи, может, настолько же отмороженны, но понимают, что тяжелой технике такое циркачество недоступно. Так и продолжали постреливать куда-то в сторону сбитого вертолета. Но если понадобится, быстро переведут прицелы на новые цели. Им с горки удобно работать, местность дальше ровная и низменная, без укрытий, способных защитить от огня малокалиберной артиллерии.

Да и без пальбы издали спокойно обойдутся. Пять машин — это около трех десятков увешанных стволами ботов плюс тяжелое вооружение в открытых или частично прикрытых гнездах: крупнокалиберные пулеметы и автоматические гранатометы. И это против всего лишь нескольких игроков, у которых проблемы с боеприпасами, да и состояние здоровья у нескольких не ахти.

Легкая добыча.

Толстый, просчитав нехитрый расклад, покачал головой:

— Мы здесь и минуты не продержимся. Камней нормальных почти нет, а кактусами не прикрыться. Гривка прикрывает наших, но как только из-за нее покажутся, их моментом срисуют боты в тех двух коробочках, что сверху палят. Без толку наше прикрытие. Надо или поодиночке пытаться до границы добежать, или прям здесь помирать всей толпой.

Читер, наблюдая за ботами, сказал:

— Они к Таракану поехали. Чуток времени у нас есть.

Толстый скривился:

— Таракан — ни о чем. Они этого петуха с ходу сольют, а потом за нами махнут. Да и вон одна машина осталась, головами вертят. У меня ловкость приличная и скорость. Но если побегу, мало шансов, что успею. Три километра по этим камням многовато. Тут и бегать не везде можно, ноги сломаю. Да и с Кнопкой что делать? Ее только бросать, с ней не побегаешь.

— У них и свои сенсы могут найтись, — напомнил Клоун. — Читер, а ты как? Сможешь с машиной такой разобраться, как с вертолетом?

Покачав головой, Читер ответил:

— Машина не упадет, как вертолет.

— Ну благодарствую, глаза нам раскрыл. Не надо, чтобы падала. Надо чтобы остановилась и дальше не ехала. Если пешком станут гнаться, это уже чуток полегче. Нам много не надо, нам бы только до границы добраться, а там уже и сливаться можно.

Читер обернулся. За порослью кактусов не смог разглядеть удаляющихся Марта, Киску и Кнопку, но прекрасно понимал, что они недалеко. Еще до появления ботов он, забравшись на самый большой камень, сумел разглядеть местность, которую им придется преодолеть. Она ему очень не понравилась. Дальше зелень, и без того никакая, исчезает почти полностью. Каменная пустыня с развалами булыжников, крупнейший из которых не больше полуметра в диаметре. Устроить там защищенную позицию даже против скверно вооруженного противника — сложная задача.

А против тех, кто может и из пушек в лоб навалять, и гранат осколочных сверху накидать, задача становится фантастической.

Боты покончат с Тараканом очень быстро. Затем преодолеют эту едва выделяющуюся в рельефе гряду, поросшую кактусами и засыпанную крупными камнями. С нее разглядят улепетывающих людей во всей красе.

И сольют их за несколько секунд.

Если уж стоять насмерть, так только здесь, ведь дальше ни камней нормальных нет, ни пусть скудных, но зарослей. Глядишь, пару машин повредить получится, а остальные научатся скромности, не станут переть напролом. Пусть не получится самим отсюда вырваться, но хоть Март с Киской и Кнопкой доберутся до второй границы.

Это лучше, чем никто.

Только было хотел огласить свои нерадостные выводы, как Клоун, пристально всматриваясь вдаль, удивленно протянул:

— Там происходит какое-то непонятное дерьмо. Я только что видел, как мертвяк забрался в бронетранспортер. Шустро пробрался, как профессиональный механик-водитель.

Читер поразился остроте зрения спутника. До пары машин, так и оставшихся на горочке, по прямой минимум метров восемьсот. С такого расстояния различать такие подробности — неплохо.

Но тут Толстый неожиданно сказал:

— Да вы в чат посмотрите. Гляньте, кто у нас воскрес.

В чате красовались два сообщения. Первое от Таракана: короткое, эмоциональное и сплошь из слов, не принятых в приличном обществе. Он туманно обвинял оставленных спутников в некой подлейшей подставе, высказывал твердое убеждение в нестандартности их сексуальной ориентации, обвинял в коллективном извращенном распутстве и грозил страшной местью за то, что его где-то зажали и вот-вот сольют.

Второе сообщение написал Дворник. Тоже короткое, но без лишней экспрессии. Всего лишь шесть слов: «Ну что, нубы, соскучились без папки?»

Читер было хотел объяснить, что, получается, по позициям ботовской техники шастает вовсе не мертвяк. Но затем прикусил язык, осознав, что все и без его слов это поняли.

Ну а дальше стало не до болтовни, потому что Дворник начал действовать.

Неизвестно, что происходило в бронетранспортере, выбранном первой целью, но стрелять тот перестал и несколько секунд стоял смирно.

Затем его башня повернулась вправо и выдала длинную очередь из автоматической пушки по соседней машине. Россыпь снарядов, заработанная почти в упор, вмиг наделала дел. Даже издали прекрасно получилось рассмотреть дым, поваливший из всех щелей, и печально задравшийся к небесам ствол. Стрельба, которая вяло велась по позиции, на которой прижали Таракана, моментально прекратилась.

Но не умолкла, ее теперь по новым целям открыли.

По четырем машинам, отправившимся решать вопрос с Тараканом. Через скопление кактусов разглядеть подробности не получалось, но судя по тому, что в небо потянулось два новых дымовых столба, Дворник не в молоко снаряды выпускал.

Клоун хлопнул Читера по плечу:

— Не спи, товарищ снайпер. Помогай Дворнику.

Кивнув, Читер уточнил:

— Попробую ушатать оставшуюся машину.

— Да хрен с ней, пускай стоит, — заявил Клоун. — Ты прикрывай самого Дворника, там вокруг него дерьмо какое-то начинается.

Читер сместился чуть влево, поставил винтовку на удобный камень, присел. Поморщился, увидев, что сектор обзора захламлен кактусовой порослью. Лишь в отдельных точках просветы остались, так что, если дело дойдет до пальбы, винтовку придется туда-сюда двигать. Да и позицию легче заметить, если вместе с пороховыми газами ошметки зелени станут разлетаться.

Увы, чистить некогда.

Навел прицел на бронетранспортер, продолжавший выдавать короткие очереди все в том же направлении. Сперва не понял, что имеет в виду Клоун, но, обшаривая взглядом ближайшие подступы к машине, заметил пару ботов, кравшихся среди камней. Из вооружения видны только автоматы, но и гранаты тоже должны быть. Всего-то и надо — подобраться к машине с той стороны, куда Дворник не заглядывает, да набросать в бойницы и люки нехороших предметов.