Артем Каменистый – Цвет ее глаз (страница 96)

– Хутор, что там?

Солдат ухитрился покачать головой, ни на миг не оторвавшись от окуляра, и ответил:

– Никого кроме вас за все время. Вижу дым, просачивается из закрытого люка на левом перекрестке.

– Похоже, эти бараны решили меня выкурить, – предположил господин Лазарь.

– И как ты себе это представляешь? – кваз сумел вложить в свои слова насмешливый оттенок, что при его нечеловеческом голосе почти невозможно.

– Пару зажигательных гранат кинули и ждали, что метан пыхнет.

– Откуда тут метан?

– В канализации должен быть.

– Там чисто уже не один год.

– Чисто? Ты бы сходил вниз, вдруг узнаешь что-то новое. Посмотри на азовскую, даже она вымазалась как хрюшка, а это, я тебе, скажу, ох как непросто.

Один из пришедших с нами солдат закончил непонятную возню с натягиванием проволоки, раскрыл рюкзак, обнажив панель неизвестного мне прибора, воткнул в него конец провода, вытащил гарнитуру. Только тут я поняла, что он принес рацию. Никогда не видела таких громоздких.

– Вспышка, я Луч, как слышите, – произнес связист.

Выслушав лишь одному ему понятный ответ, обернулся к господину Дзену и доложил:

– Скрипач на связи.

– Спроси о готовности, – ответил кваз.

– Вспышка, доложите о времени готовности.

Ответ последовал практически сразу, радист и трех секунд не прислушивался к наушникам:

– Около двух минут.

Господин Дзен, подойдя к бетонному бортику, оперся на него одной рукой, второй начал поглаживать висевшую на плече винтовку. Все, кто пришли с нами, молча смотрели на генерала, ничего не предпринимая.

Выждав неприлично долгую паузу, кваз приказал:

– Разойтись по этой стороне. Клоп, присмотри за тылом, у нас там народ неудобно расставлен, без перекрытия. Лазарь, Элли ни на шаг не отпускай и никуда не лезь. Через минуту Скрипач заиграет, готовьтесь.

Полковник бесцеремонно ухватил меня за руку и повел в обход пулеметной позиции на ходу с нервозной веселостью поясняя:

– Раз лезть никуда не разрешают, просто побудем зрителями. Ты ведь не возражаешь? Нет? Вот и прекрасно. Как тебе вон тот уголок? Дальше всего от пулемета и видимость оттуда отличная. Становись сюда, держись за бортик и смотри вниз. Если что-то не так, сразу пригибайся, а лучше падай плашмя. Не думаю, что до такого дойдет, не та у них позиция, чтобы красиво сыграть в ответ, но в жизни всегда есть место чуду, всякое может случиться, а Дзен за тебя голову оторвет.

Меня бы такой поступок кваза порадовал, но умирать только ради того, чтобы следом убили полковника, не хотелось. И потому, прежде чем заглянуть за бортик, изучила обстановку под ногами, поняла, что при падении запачкаюсь не так уж и сильно, и к тому же здесь не валяются кости.

Меньше всего на свете хочется лежать среди человеческих останков, ну а грязь после подземных приключений уже не вызывает ужас. Ничего хорошего в ней нет, но готова и не такое стерпеть.

Взглянув, наконец, за бортик, не увидела ничего примечательного. Заметно посветлело, я легко могла разглядеть обветшалые здания на другой стороне улицы, но дальние объекты пока что выдавали себя лишь смутными силуэтами. Приближающийся рассвет быстро берет свое, уже через несколько минут я смогу заглянуть гораздо дальше, но вряд ли и после этого на глаза попадется что-то оригинальное.

Мертвый город не понравился мне с первого взгляда, любоваться здесь нечем.

Господин Лазарь, посматривая вдоль протягивающейся под стеной улицы, задумчиво произнес:

– Ты, должно быть, вообще ничего не понимаешь, так ведь?

– Вы собрали в одном месте своих врагов и теперь хотите уничтожить их всех сразу, – высказала я очевидный по моему мнению факт.

– Эх, если бы всех и в одно место… Ну да ладно, главное ты уловила. Верно Элли, эти люди сами себя подставили. Мы давили на них со всех сторон, провоцировали разными способами, ничего не стеснялись. В сравнении с нами они далеко не умники, поэтому начали ошибаться по-глупому. Ты, кстати – часть этого давления. Крохотная, не сыгравшая так, как могла бы сыграть, но часть. Готовься, сейчас здесь станет шумновато, но не бойся, паркинг строили с расчетом на вес автомобилей, он и не такое выдержит. Просто смотри вон в ту сторону. Видишь здание со стеклами во всю стену?

– Плохо. Стекла не вижу.

– Ты его уже видела, просто с другой стороны. Прямо за ним начинается площадь, где мы вечером остановились, а перед ней улица забитая гнилыми машинами. Помнишь такое?

– Помню.

Мрачную реку из ржавых автомобилей, по которой так и не удалось убежать от этих людей, я пока что не забыла.

– Сейчас Скрипач покажет этим неудачникам, что у нас теперь имеется кое-что получше самодельных минометов. Наслаждайся зрелищем, после такого даже ни в чем не виноватым станет совестно. Им придется сваливать оттуда, и вот тут начнется самое главное, ведь бежать некуда, все щели перекрыты. Я бы на их месте поднял лапки, это хоть какой-то шанс. Но они не такие, как я, они побегут, будто нашкодившие детишки. Каждый из них знает, в чем замазался, и знает, как Дзен поступает с теми, кто не туда сворачивают. Это запад, Элли, а на западе с ублюдками церемониться не принято. Понимают, что их ждет, это знание заставит их ноги работать как следует. Глядя на такое даже те, которые вообще ни при чем, рванут без оглядки. Случайных, конечно, жаль, но жизнь – несправедливая штука, она не всегда позволяет отделять мух от котлет. К тому же самые умные останутся и будут ждать на площади, на то они и умные. В некоторых из них мы не уверены до конца, это что-то вроде теста для них. Тут все просто – кто побежит в первых рядах, тот и виноват. С остальными, конечно, потом придется поработать, но вряд ли среди них останется крупная рыба. А вот мелочевка запросто – два-три наивных дурачка, такие годятся лишь для того, чтобы стать наглядным уроком. Смотри Элли, внимательно смотри. Сейчас ты увидишь, как те, которые считали себя без пяти минут важными господами, не хуже твоих земляков, начнут разбегаться будто курицы от лисьей норы. Тут запад, а не азовские стабы, тут подобные номера плохо заканчиваются. Они пришли с кастетами на дискотеку, куда без «нагана» вход заказан. Какая наивность.

Воздух наполнился стремительно нарастающим ревом, затем в стороне площади вспыхнуло так, что я отчетливо разглядела каждое стеклышко того самого дома, на который указывал полковник Лазарь. С учетом того, что источник света находился где-то позади него – очень даже впечатляюще.

Ярко вспыхнув, свет начал стремительно тускнеть, и до ушей, наконец, донесся грохот взрыва. Был он громким и странно затяжным, будто взорвался не один снаряд, а много десятков или даже сотен, и запоздавшие гремели спустя почти неуловимый миг после самых первых. Хотя, наверное, все дело в многократном эхе – звук причудливо отражался от множества высоких зданий.

– Это что-то вроде предупредительного выстрела, – пояснил полковник. – Мы недавно удачно сгоняли на запад, притащили чуток техники от нолдов. Знаешь, кто такие нолды? Значит, понимаешь, какая у них техника. Все, кто сейчас на площади, теперь в курсе, что Скрипач сейчас пальцем шевельнет, и ни их, ни самой площади не останется. Эта штука сейчас подняла в воздух пару зданий, засыпав всю улицу. По ней теперь никто не проскочит, мы двух зайцев одним выстрелом завалили. Интересная машинка, даже у твоих азовских такого нет.

– Они не мои.

– Твои Элли, твои. Для наших ты была и остаешься азовской, смирись уже. И кстати, это не самая крутая штука, которая нам досталась. Есть кое-что куда круче. Но такие козыри мы прибережем на потом, для серьезных целей, а не для этой грязи.

Несмотря на все обещания и намеки полковника, взрыв, прогремевший где-то за площадью, некоторое время оставался главным и по сути единственным событием. Больше ничего не происходило, преданные генералу Дзену конфедераты, собравшиеся на краю паркинга, смотрели вниз и вдаль по улице, держа оружие наготове, но никто ни разу не выстрелил.

Не в кого было стрелять.

Пальба началась спустя несколько минут недалеко отсюда, но не было видно ни вспышек, ни движения. Тесно стоявшие здания мешают рассмотреть, видимость в городе отвратительная. Судя по звукам, работали десятки пулеметов и автоматов. Патронов не жалели, временами очереди из разного оружия сливались в переливчатый гул. То и дело что-то несильно взрывалось, скорее всего – бросали ручные гранаты или применяли подствольные гранатометы.

Не скажу, что слушать было очень интересно, но то что безопасно – несомненно. Что бы ни говорил господин Лазарь, но при такой плотности стрельбы нельзя быть уверенной, что пули не полетят в том числе и в тебя, хотя бы потому, что западники тоже люди, а, значит, тоже промахиваются.

Затем я заметила, что солдаты зашевелились, в их действиях просматривалась дружная целеустремленность. Должно быть не расслышала издали, как они получили известие о близости противника. Уж не знаю, каково соотношение сил между заговорщиками и окружившими их верными командованию людьми, но уверена, что кольцо вокруг площади плотное, незаметно через него проскользнуть не получится.

Не зря ведь эту операцию готовили так долго и так тщательно. Пусть я не знаю подробности, но достаточно кусочков информации, чтобы понять – речь идет как минимум о нескольких месяцах сбора информации, хитроумных интриг и провокаций.