Артем Каменистый – Территория везучих (страница 87)

Нехитрая уловка рейдеров, Карат с подобными сталкивался неоднократно. Для начала берется компактное звуковоспроизводящее устройство, на которое записаны «кошачьи песни». Эти животные мертвяков почему-то интересуют до крайности, несмотря на то, что добычей зараженных становятся крайне редко – очень уж проворные и острожные. Но те все равно проявляют к ним повышенный интерес, не расстаются с мечтой изловить. Бросив крохотную коробочку в нужный момент в правильное место, можно привлечь внимание всех ближайших тварей, что иногда не только позволит пробраться мимо них незамеченным, а и жизнь спасти. Более-менее эффективно работает лишь против мелочи, развитые особи, как правило, фальшь различают влет.

Карату доводилось видеть, как рейдеры хвастаются друг перед другом такими игрушками или демонстрируют их возможности в надежде выгодно продать. Надо признать, что из всех подобных поделок, та, которую сейчас применил Пастор, – самая никудышная в плане исполнения. Фальшивит безбожно, это явно не запись и не синтезатор, это просто свистулька пиротехническая. Но нельзя не оценить неоспоримый жирный плюс – такую можно таскать через мертвые кластеры, не опасаясь по поводу потери работоспособности.

Не блещущие интеллектом мертвяки, уставившиеся в направлении урчащего лотерейщика и пытающиеся понять, что же такое вкусное он здесь заметил, начали в массовом порядке терять интерес к его интригующему урчанию. Они получили возбудитель посильнее – мяукающая и испускающая искрящийся дым штуковина не оставила их равнодушными.

Пастор, вновь выхватывая пистолет, коротко приказал:

– Стоп!

Карату пришлось жестко ухватить Сашку, то есть уже Ловкача, за плечо – пацан даже не подумал притормозить. А сектант, вскинув пистолет, подпустил мчащегося лотерейщика шагов на двадцать, после чего вновь выстрелил дважды.

К удивлению Карата, он бил не в голову. Обе пули пришлись по нижним конечностям: первая – в колено левой, вторая – в нижнюю часть бедра правой. Уже прилично разогнавшаяся тварь не удержалась на ногах, покатилась, а Пастор, подловив момент, потянул за спуск третий раз, попав в пятку, причем снизу, с таким расчетом, чтобы пуля, явно не из простых, хорошенько прошлась по косточкам.

После этого последовала столь же короткая команда:

– Бегом!

Ну, бегом так бегом. Похоже, сектант разуверился в маскировке, потому как решил отказаться от плавности движений.

Выполняя приказ Пастора, Карат, несмотря на сложность момента, сумел проанализировать последние действия сектанта и понял, что такая тактика имеет право на жизнь, ее следует взять на вооружение.

Стреляет килдинг, как бог, но при этом даже не попытался пальнуть в затылок, хотя возможность была – мертвяк, пока катился, подставился. Но зачем убивать тварь, если можно превратить ее в такой же раздражающий фактор, как уже начавшую затихать «акустическую гранату»? Лотерейщик, обездвиженный тройкой метко выпущенных пуль, не успокоился, продолжает урчать. Только вот погоню продолжать в приличном темпе не способен и своими призывами лишь сбивает с толку остальных тварей. Сейчас сбегутся к нему все до единой, ну, или почти все, и будут переминаться с ноги на ногу, не понимая, что это за банкет такой, где закуску не предлагают.

– Не отставать! – приглушенно рявкнул Пастор. – Карат, присматривай за девкой!

До сих пор он к Лиде так не обращался, всегда был подчеркнуто вежлив. Похоже, всерьез занервничал. С чего бы это?

Ответ поджидал впереди – из-за обвитой диким виноградом изгороди, которая с этой стороны огораживала спортплощадку, выскочила тройка зараженных. Два бегуна, еще не успевших растерять гардероб, но уже хорошенько измаравших его остатки, и младший сородич твари, оставшейся позади с подраненными ножками.

Пастор, ни на миг не замедлившись, выстрелил четыре раза, уронив пару мелких мертвяков и дважды попав в голову старшему. Лотерейщик, только взявший разбег на замеченную добычу, покатился по земле и отчаянно затряс башкой. Не прикончило, утолщенная кость выдержала, лишь оглушило ударами. Его бы добить, обычно они очухиваются быстро, но на это нет времени, округа стремительно превращается в разворошенный муравейник.

Причем некоторые муравьи очень даже интересуются приглушенными выстрелами, тучи над группой опасно сгущаются.

Дальше побежали вдоль той самой изгороди. И сотни метров не преодолели, как Пастор добил до конца один магазин и прилично облегчил второй. Практически во всех случаях на одну цель ему хватало одной пули, бил точно в голову, лишь в тех случаях, когда она казалась слишком крепкой, нажимал на спусковой крючок дважды, а в одном случае, обездвиживая очередного развитого лотерейщика, трижды. Оружие не из рядовых, если дистанция позволяет, можно поражать слабо защищенные точки с высокой вероятностью успокоить даже прилично изменившегося зараженного.

С продуманным уничтожением опасных тварей не все так просто, там есть специфическая проблема – паразит, который переделывает их тела, в основных деталях обычно педантичен, а вот в мелочах – тот еще затейник. Там, где у одной ты удачно попал в стык пластин обычной мягкой картечиной, у другой может оказаться щиток, против которого даже приличные винтовки играют плохо. Так что, если хочешь стать рейдером долгожителем, придется научиться не только стрелять, а еще и смотреть, во что ты, собственно, стреляешь. Невозможно сосчитать, сколько жизней спас грамотный и оперативный анализ защиты серьезных тварей.

Сектант анализировать умеет.

Когда наконец миновали изгородь и повернули к воде, Карат понял – время пистолета закончилось. От того самого лесочка, о котором Пастор не раз высказывался, что он замусоренный, неслись мертвяки. Не два и не три – десятки. В основном мелочь, некоторые едва ноги передвигали, совсем уж никакие, но в толпе выделялись и опасные цели – не по-человечески быстрые, движения характерно дерганые, с одеждой расстались полностью или большей частью. Крайние формы бегунов или начинающие лотерейщики – провести между ними четкую границу невозможно. Что те, что другие уязвимы даже для пуль из не самого лучшего оружия, вот только живучесть и презрение к боли у них уже на таком уровне, что желательно тщательно выбирать места, куда стрелять.

Пастор выбирать не стал. Вместо этого он вбросил пистолет в кобуру, тяжело выдохнув, рывком вскинул пулемет и раздал приказы:

– Карат справа от меня, Архей слева. Работаете по флангам и недобитым. Ловкач и Лида держатся сзади, работают только по тем, которые со спины выскакивают. Всем стоп! Ловкач, тебе было сказано сзади держаться! Начинаем!

Говоря это, Пастор затормозил так, что взрыхлил песок на тропинке, его пулемет оглушительно-гулко выдал первую очередь и продолжил работать в быстром темпе, но не больше чем по три-четыре выстрела в самых серьезных случаях. Карат с бывшим Архипом в дополнительных пояснениях не нуждались, вскинули автоматы, и понеслось – не слишком метко, дыхание все же сбитое, зато быстро и не жалея патронов.

Спасибо затерявшейся среди черноты деревне – неплохо приложились к ее запасам.

Пожалуй, одного пулемета более чем достаточно для такого расстрела. Но пара автоматов лишней не была – сэкономила драгоценное время. На то, чтобы бегущая орава бодрых зараженных превратилась в ораву неподвижных или корчащихся окровавленных тел, вряд ли ушло больше тридцати секунд. Но этого хватило, чтобы из-за изгороди выскочил самый шустрый преследователь – очень даже мощный лотерейщик, успевший очухаться после пистолетных пуль, выпущенных в его голову Пастором.

Надо отдать должное Ловкачу – мальчишка на этот раз не струсил, начал стрелять, да и девушка присоединилась к нему пусть и не мгновенно, но оперативно.

Вот только по таким целям они работать не привыкли. С ног сбить – сбили, но говорить о смертельных ранах нельзя.

Пастор, обернувшись, выпустил в бьющегося на песке мертвяка скупую очередь и приказал:

– За мной! Бегом!

Архей на этих словах пульнул за изгородь из подствольника, с той стороны урчало такое количество глоток, что не хотелось задумываться о точных цифрах. По мнению Карата, напрасный расход боеприпасов, осколки там слишком несерьезные, убойность у них никакая, разве что против совсем уж слабеньких тварей работает на минимальной дистанции, всем остальным они только шкуру царапают. Но и сам не удержался, кинул туда же ручную гранату. Глядишь, пара взрывов своей силой затмят случившуюся перестрелку, озадачат тварей, хоть на несколько секунд привяжут их внимание к другому месту.

Очень хочется, чтобы Пастор и на этот раз говорил правду, потому как, если за леском не найдется лодочной станции, ситуация, и без того нехорошая, станет совсем уж паршивой. Группу пока что выручает только то, что при всем изобилии зараженных серьезных тварей среди них не видать. Можно, конечно, отнести к ним лотерейщиков, но хорошо вооруженным людям на них грех жаловаться, таким недоделанные топтуны опасны разве что стаей.

Но если прямо сейчас не скрыться на воде, группа начнет замедляться, ведь человек не может вечно носиться сломя голову, тем более с грузом. Так что в итоге беглецы окажутся в окружении той еще оравы.

Как бы не пришлось спасаться вплавь, но без лодки.