Артем Каменистый – Шесть дней свободы (страница 27)
– Я его за насосом отправил, там в баке маленько соляры осталось.
– Заверни его, не нужен насос.
– Чего это?
– Того, что дебилы вы оба. Те, кто емкость успел раскачать, спецом оставили, что-то не так с этой солярой. Там, по ходу, нифиля с мутью и ржавчиной, а может, и подсыпали чего, всякое бывает, на такой моче пусть лохи вроде Круглого катаются. А заправка и правда отстой, «Нарзана» хочу, а нет его.
– Кулак, глянь, бутылка какая-то грязная стоит. И вон, пустая валяется от водички.
– Где?
– Да вон же. Заходил кто-то до нас, намусорил. Похоже, недавно.
«Ой-ей-ей – наткнулись на следы моего пребывания. Вот дура набитая, ведь могла все прихватить с собой, и ничего бы они не заметили».
– Да те же кадры могли зайти, которые шайтанку обнесли.
«Спасибо тебе, Кулак, продолжай рассуждать в этом направлении. И даже не пытайся заподозрить, что за прилавком прячется перепуганная девушка, в пистолете которой всего лишь один патрон».
– Слышь, Кулак, может засядем у дороги и посмотрим, кто по ней катается? Помнишь, как мы тех бодрых бакланов на пикапе за вымя взяли?
– Ага, четко прищучили.
– А ведь недалеко отсюда подфартило, богатые края. Вон, чуть в сторонке лесок подходящий начинается, прям знак нам дает. Машину в нем поставим, заправка как на ладони оттуда. Каждый, кто едет, будет останавливаться, чтобы шайтанку посмотреть, она ведь не сгорела, хабар мог остаться, такое дело всем интересно. Поставить мину и караулить жирных клиентов, по всему видать, что народ тут начал кататься активно. Вон, глянь на бутылку, там даже капли воды не просохли, а ведь пробки нет.
– Валить отсюда надо, и подальше, а не рассиживаться.
– Чего так?
– А сам не понял еще? Совсем тугим стал? Новости ушами слушать надо, а не седалищем, муры только что схлестнулись с азовскими по-взрослому. Там сейчас такое месилово пошло, что чем дальше от него, тем шкура целее. Да и кластер этот скоро перезагрузится, может, день остался, может, два, но уж точно не четыре. Он вечно с рассинхроном грузится, неудобный, точно хрен скажешь.
– Так даже лучше будет, ведь мертвяки смену кластера чуют и заранее от нее сваливают. Это не город, до последнего торчать не станут, да и в городах не всегда до упора держатся, по-разному бывает. Не будут они под ногами путаться, так что тихо посидим. Если что, уйти от перезагрузки легко успеем, тут зона мелких кластеров, в любую сторону недалеко до соседних.
– Носок, тебе сказано валить, значит, валим. Мало ли кто здесь кататься начал, чуйка мне говорит – не к добру это, а ее слушаться надо. У нас ведь теперь и перед союзными непонятки, и муровская братва тоже с нами не в ладах, так что и там и там отоварить могут.
– Перетереть бы с ними по-людски, ведь косяк тогда не за нами был. Мы реально не при делах, нас к нему ни за что пристегнули, считай – голимая подстава.
– Не до терок нам сейчас, пересидеть маленько надо, больно мутные времена пошли. Хватай воду, хоть такую возьмем, а то, получится, попусту зашли – нехорошая примета.
– Давай лучше эту, в зеленых бутылках, на твой «Нарзан» похоже.
– Да это моча голимая, там газа больше, чем воды, Гной если отхлебнет, кунг в Хиросиму превратит, достал он меня уже своими гнилыми кишками. Бери эту – и валим отсюда. Глянь, там этот газовик насос не запустил?
– Вроде нет, – ответили приглушенно, уже из-за двери.
– Крикни ему, а то ведь вытащит и качать начнет.
– Эй! Гной! Бросай насос, соляра ржавая, не берем!
– Может, поджечь ее, раз не берем?! – прокричали в ответ гнусавым голосом.
– Ну и на хрена ее жечь?!
– Чтобы сгорела!
– Грузись уже, пожарник хренов!
То, что эти люди могут просто так поджечь горючее в баках, мне не понравилось. Ведь огонь может дойти до здания или огромной емкости с газом – и что мне тогда делать? Отсиживаться дальше не получится.
Быстрее бы они уехали.
Вспомнив о подарках Улья, напрягла глаза и оказалась в мире изгибающихся плоскостей и линий. В той стороне, где стояла разодранная машина, разглядела странное – такое видела лишь однажды и мельком, в ту самую переполненную событиями ночь, когда новое умение проявилось впервые. Угловатый непонятный предмет, излучающий красноватое свечение – похоже на пламя, охватившее что-то явно рукотворное. А некоторые полупрозрачные фигуры вокруг объединяются в контур, смутно смахивающий на укрепленный грузовик. Вполне вероятно, что цветное пятно – разогревшийся двигатель.
Были и другие цветные пятна, но они походили на уже виденное, потому что состояли из свивающихся и распрямляющихся спиралек. Очевидно – это люди, и должна отметить, что до яркости топтуна им далеко, тот выглядел куда заметнее. Но на общем сероватом фоне все равно просматриваются прекрасно.
Только об этом подумала, как очередной сгусток цветных спиралек возник прямо из воздуха и направился в сторону красного пятна двигателя. Я даже дернулась от неожиданности.
Это что еще за невидимка из ниоткуда? Или он попросту вышел из-за преграды, которая не поддается моему дару? Если так – плохо. Получается, полностью доверять такому режиму зрения нельзя, от него могут ускользать люди (а возможно, и зараженные).
В любом случае свой дар мне еще изучать и изучать, а это без знахаря непросто. И ни в коем случае не злоупотреблять, у меня ведь сейчас нет ни капли нектара.
И потому, как бы ни хотелось понаблюдать за деятельностью «сгустков спиралек», пришлось вернуть зрение в норму.
Не прошло и минуты, как двигатель заревел громче, звук его работы начал быстро усиливаться, а затем процесс пошел в обратную сторону. Вновь прибегнув к дару, я успела разглядеть удаляющуюся красную штуковину, за которой тянулась кучка «мешков со спиральками». Секунды три видела все отчетливо, затем картинка в одно мгновение исчезла.
Или машина скрылась за непрозрачной для меня преградой, или дар работает на строго определенном расстоянии.
Сразу выбираться не стала, выждала минут пять, то и дело включая и отключая «рентгеновское зрение». Машина здорово нашумела, а у развитых зараженных великолепный слух, могут примчаться издали спустя некоторое время, нельзя попадаться им на глаза.
Зря опасалась – никто не появился. Или зараженные покинули эту местность из-за страха попасть под перезагрузку, или ее успели зачистить отряды Азовского Союза, или дикие рейдеры поработали.
Или все вместе сыграло.
Выбравшись наконец из своего укрытия, я поспешно набила рюкзак бутылками с водой, стараясь компоновать их так, чтобы они не вываливались из прорехи. Сверху набросала шоколадных батончиков, печенья и прочих не очень-то полезных для фигуры вещей. Но выбор продуктов здесь ограничен, к тому же кластер попал в Улей недели или месяцы назад, многое есть нельзя из-за риска отравления или откровенно неаппетитного вида. Также прихватила несъедобные, но полезные вещи, вроде фонариков, мыла и мало на что годных почти игрушечных складных ножей.
Еще раз осмотрелась при помощи дара, да и обычному зрению работа нашлась – через огромные окна поглядывала. Не заметив ничего подозрительного, выбралась наружу, бегом пересекла дорогу и, только забравшись в заросли, сбавила ход.
Дальше будет легче – потихоньку пойду по своим следам до перекрестка, а там поверну направо и вскоре увижу застрявший среди деревьев грузовик. Рюкзак увесистый, зато дорога знакомая, и девочки там с ума сходят от жажды, так что мой груз могут выпить за минуту, если не быстрее.
Может, вернуться и прихватить еще несколько бутылок? А как нести? В пакетах? Но мне и так не очень-то комфортно, слишком напряженный день выдался, две ночи уже не спала, а накануне со мной такое случилось, что…
Нет, нельзя это вспоминать и перегружать себя тоже нельзя, с ног вот-вот свалюсь. А ведь надо успеть вернуться до вечера, в темноте я не смогу бесшумно пробираться по густым зарослям.
Решено – не буду возвращаться. Мы иммунные, и мы остались без нектара, так что первое, с чем столкнемся, – с дикой жаждой. Потребуется озеро, чтобы хоть немного ее утолить.
Озеро я не унесу, так что пусть довольствуются тем, что есть.
Глава 9
По своим же следам
Пробуждение было не из самых приятных в жизни. Первое, что я ощутила, – дискомфорт в губах и веках, очень неприятное, саднящее ощущение. Смутно помнится, что такое у меня уже случалось во время блужданий по кластерам – один из симптомов спорового голодания плюс обезвоживание сказывается, ну и про усталость забывать не надо. Несмотря на все старания, вернуться до вечера не успела и машину нашла уже в глубокой темноте. А перед этим пришлось идти прямиком по дороге, что заставляло нервничать и часто активировать дар. Ну а куда деваться, если в зарослях даже по свету непросто передвигаться, а уж в ночное время – это та еще задачка, сопряженная с громким шумом.
Вымоталась жутко, сил вообще ни на что не осталось. Игнорируя вопросы девочек, без аппетита сжевала один батончик, запила водой и отключилась на расстеленном в прицепе тонком одеяле, не ощутив при этом никаких неудобств.
Кто-то, похоже, позаботился о моем комфорте – под головой у меня откуда-то взялся свернутый в комок рюкзак. Мягко говоря – не самая чистая в мире вещь, но огорчило не это, а то, что полноценной заменой подушки такое убожество назвать нельзя – слишком жестковато.