Артем Каменистый – Нарушая ПОРЯДОК (страница 2)

— Даже Глас поскакал, — неодобрительно, с намёком, заметила Кими.

— Если это просто дураки и бродяги, справятся спокойно и без нас, — спокойно ответил я, но при этом поморщился.

Гласу ни при каких обстоятельствах лезть в драку не дозволяется. Только самооборона. Причём если дело дошло до самообороны, это означает, что я и прочие не справились со своими обязанностями.

— А если что-то пойдёт не так? — уточнила Кими.

— У нас здесь прекрасная позиция, чтобы вовремя заметить нехорошее.

Обернувшись к проводнику, я спросил:

— Как, по-твоему: это стража пограничная, или они простые бандиты, выдающие себя за неё?

Ко мне проводник изначально относился с настороженностью, но в последние дни заметно расслабился. Вот и сейчас ответил без напряжения:

— Господин десница, это ведь Мудавия. Страже здесь платят один раз за целый год. Иногда забывают заплатить. Иногда никому не платят ни монетки по несколько лет. Земля здесь плохая, ничего не растёт толком, а им надо как-то кормить свои семьи. Камнями да песком сыт не будешь, а заработать мимо казны можно только с тех, кто из империи приходят или туда направляются.

— То есть грань между пограничником и бандитом тонка или даже отсутствует? — понимающе усмехнулся я.

— Так и есть, господин десница, — кивнул проводник. — Здесь лучше от всех подальше держаться. Целее и богаче будешь. Тут в последнее время всякое случалось. Однажды немаленький караван пропал. Совсем пропал. Никаких следов. А там одной охраны сотня с лишним.

— Гвардии они не противники, — уверенно заявил Паксус. — Быстро поймут, что это не охрана караванная. Вот же удивятся.

— Господин, прошу прощения, но должен сказать, что Иностранный корпус в Мудавии хорошо знают, а цвета у «меченых»... Простите, цвета у людей господина Лойма похожие.

— То есть он ошибается, и они прекрасно понимают, что это не простая охрана? — чуть напрягся я.

— Да, господин. Эмблемы, конечно, кое в чём сильно отличаются, но должны понять, если не совсем слепые.

— Однако они всё же рискнули. Почему?

Проводник пожал плечами:

— Простите, господин десница, но я не могу знать, почему они так поступили. Какая-то причина должна быть. Простите ещё раз, не хочу накликать беду, но за тем холмом, где они стоят, глубокое сухое русло тянется. Единственное удобное для злодеев место на день пути по этой тропе. Там можно спрятать большой отряд, и мы его отсюда никак не разглядим.

Я поморщился. У одного из гвардейцев Лойма был ручной сокол, связанный с владельцем особым навыком. Солдат раз в несколько часов мог на короткое время видеть глазами птицы и отдавать ей приказы на простейшие манёвры в полёте. То есть превращал питомца в своего рода беспилотник с камерой. Это умение использовали дважды в день: утром, выступая в путь, и вечером, осматривая окрестности лагеря с высоты. По времени должно откатиться, следовательно, офицер сейчас мог использовать воздушную разведку, однако не стал это делать.

Не одобряю.

Расстояние до противника невелико, но лошади не могли быстро передвигаться, им мешали многочисленные камни и неровности, устроенные местными сурками. Удобная земля лишь на вершине холма и местами по склонам. Так что стремительной атаки не получилось. Мудавийцы дали с пригорка нестройный залп из пары десятков луков и, даже не попытавшись его повторить, рванули в разные стороны, поспешно освобождая возвышенность. Бегством это назвать можно, но выглядит как-то странно. Ведь не назад направились. Может им там что-то мешает? Например, обрывистые склоны упомянутого проводником русла?

Вновь обернулся к Лухвилу:

— Ты это русло видел? У него крутые берега?

— Нет, господин, не крутые. Оно почти полностью затянулось, в нём давно не было большой воды.

Кими, поняв, к чему я веду, протянула:

— Тогда что им мешает бежать напрямик?

— Смотрите! — воскликнул Паксус. — Эти дикари решили устроить засаду! Засада на гвардию! Согласен с Лоймом, и вправду дураки.

Отвернувшись от проводника, я убедился, что торопливый и неловкий залп лучников ничем не навредил. Разогнавшиеся кони как мчались, так и продолжают мчаться, притормаживая у многочисленных преград. Ни один не ржёт от боли и не потерял наездника.

Но навстречу нестройной толпе наших охранников и присоединившимся к ним слугам и перстам десницы на освободившуюся вершину пригорка выносится лавина новых всадников. И лавина эта смотрится солидно: почти у всех крупные чёрные лошади, большинство всадников в одеяниях того же цвета. Передние ряды поголовно с нетипичными для разбойников кавалерийскими пиками и пусть и не лучшими, но доспехами. Зачастую даже металлическими или хотя бы частично металлическими.

А это действительно серьёзно. Так-то Равия — богатейшая страна региона, но даже в ней с металлом не всё просто. Собственная добыча и импорт не закрывают все потребности, да и с мастерами проблема повсеместная. На войсках это не может не сказываться. Массово серьёзную амуницию позволить себе может лишь гвардия и недалеко ушедшие от неё отдельные клановые подразделения.

У нападающих доспехов не так уж много, да и особо приличных не видать, однако и того что есть — достаточно.

Достаточно, чтобы прийти к выводу: это не отряд обнищавших пограничников ничтожной державы грабежами промышляет, это что-то другое, непонятное. А всякое непонятное на то и непонятное, что никогда не знаешь, чем оно угрожает.

Чёрт! Там же Глас!

Недовольно всхрапнула резко пришпоренная лошадь.

Не оборачиваясь, я бросил:

— Все за мной! Вытаскиваем Гласа! В бой не лезем, просто вытаскиваем этого дуралея! Хаос его побери!

Как не влезть в бой, если Глас вот-вот окажется в его центре, я не представлял. И сильно подозревал, что влезть придётся всерьёз. Но объяснять этот момент спутникам некогда.

Да и не к чему.

Они и без меня прекрасно знают, что каждая волосинка на теле Гласа бесценна.

Ни одну нельзя позволить выдернуть.

А ведь «хрустальный перст седьмого десницы» прямо-то таки нарывается на страдания. Невеликая группа наших конников выбралась из усеянного камнями и норами сурков поле и только-только начала набирать скорость. Причём двигаться им приходится вверх по склону. Да, тот пологий, но это всё же сверху вниз, что не лучшим образом сказывается на скорости.

Противник же атаковал сверху вниз, причём ему там ничто не мешает. Ровная земля без опасных для лошадиных ног преград, длинные пики в сильных руках, блики на тёмных доспехах.

Много бликов. Сотни полторы, не меньше неплохо вооружённых и хорошо разогнавшихся всадников вот-вот налетят на жиденькую кучку гвардейцев Лойма.

Из которых собственно гвардейцев там только две трети, а оставшиеся не самые лучшие бойцы. Взять того же Гласа. Он, конечно, какую-то подготовку получил, но сильно сомневаюсь, что она серьёзная.

Смысл учить войне того, кому в бой идти никогда не придётся.

И какого Хаоса его туда понесло?..

Глава 2 Ничто не предвещало

Глава 2

Ничто не предвещало

Удар конницы разогнавшейся по коннице только-только начавшей разгоняться. Ржание лошадей, крики. Треск ломающихся пик. Какие-то ударили в щиты, какие-то в крепкие доспехи.

А какие-то преломились, глубоко увязнув в телах.

Кому и сколько досталось, я не заметил, несмотря на все старания. Слишком много участников, и слишком велика скорость врагов. Миг, и всё перемешалось. На скорости проскочив через невеликий отряд Лойма, передовые противники шустро расходились в стороны, чтобы развернуться и вновь вступить в схватку. И было их так много, что разглядеть через их мельтешение подробности невозможно. Понятно одно: всех наших прикончить сходу не удалось, там достаточно боеспособных осталось. Первый, самый опасный удар они пережили. Теперь начинается традиционная для здешней кавалерии свалка на мечах, булавах, коротких копьях и прочем, длинные пики свою одноразовую роль отыграли.

Мимо пронёсся оставшийся без всадника конь. Глаза безумные, бок залит кровью. Масть тёмная, седло добротное, но старое, затёртое и с небрежно выполненными ромбическими узорами за стременами. В империи такие художества не приняты, это не наш, это кого-то из врагов ссадили.

А в следующий миг на меня налетел первый противник. Отшвырнув обломок пики, он стремительно выхватил длинную металлическую палицу, хитро крутанул, намереваясь врезать в голову. Мне бы уклониться, оставив этого врага для спутников, что следуют за спиной, но проклятые сурки да камни продолжают делать своё чёрное дело. Скорости нет, лошади о моей ловкости мечтать не приходится.

Палица увесистая и быстрая, телосложение у воина завидное. Куда крупнее меня. А вот параметры несопоставимы. Да, моя рука прочувствовала момент удара, но без неудобств обошлось. Легко отразил и вовремя скорректировал курс клинка. Храмовый меч проехался по физиономии. Бить пришлось без замаха, но я постарался вложить в удар всё возможное. Да и скорость противника теперь играла против него, так что досталось ему знатно. От такого не всегда умирают, но этот бой для него закончен.

Отличное начало. Теперь ходу, ходу! Давай лошадка, шевелись, разгоняйся. В конной схватке медлительные вечно опаздывают.

И долго не живут.

Чуть в стороне проносится противник, сохранивший пику. До меня ему не дотянуться, а быстро сменить курс на такой скорости никак не получится. Ему остаётся лишь злобно коситься из широкой прорези шлема.