Артем Каменистый – Корм (страница 34)
Но внимание Грешника привлёк не крохотный фургончик, а то, что возле него многолюдно.
Ну… относительно многолюдно.
Возле распахнутых дверей фургончика перед раскладным столиком восседал пожилой азиат забавной наружности. Мелкорослый и худой до такой степени, что вряд ли в нём тридцать пять килограмм наберётся. Голова будто снегом присыпана – полностью седой, через всю спину свисает белая коса. Одежда странная, несовременная, такую разве что в гонконгских боевиках увидишь. Но при этом на руке поблёскивают электронные часы, а глаза прикрыты за футуристическими солнцезащитными очками. Улыбается почти непрерывно, демонстрируя идеальные зубы, кивает тоже не переставая, и что-то при этом лопочет.
Что именно – не понять. Далековато, плюс стекло мешает. Мелкие детали Грешник разглядел, прикоснувшись к цепочке. Удобная штука, нравилось ему с ней баловаться.
На участника непохож. Никаких рюкзаков, футболок и маек одинаковых фасонов. Оружия тоже не видать.
А вот троица, общающаяся с ним – явные участники. Хотя спиной к Грешнику повёрнуты, ошибиться трудно.
Очень хотелось подслушать, о чём это они там общаются. Но для этого надо выйти из здания и приблизиться, а незаметно это проделать не получится.
Грешник не горел желанием показываться. Пока что опыт общения с участниками у него стопроцентно негативный. Если эта троица решит на него поохотиться, он, возможно, сумеет справиться, но кто знает, вдруг поблизости их дожидается толпа помощников.
Эйфория от прибавок и биты в руке кружит голову, призывает ничего не бояться, смотреть свысока на аутсайдеров, далеко отставших от рекордсмена. Но нет, местность незнакомая, обстановка непонятная, нарываться не стоит.
Троица убралась минут через двадцать. Убедившись, что они направились на северо-восток по хорошо просматриваемой через другое окно дороге, Грешник выждал, когда участники скроются из виду и выбрался на улицу. Но направился не к торговцу, а начал круги описывать, детально изучая ближайшие окрестности, заглядывая во все строения. И даже на пару крыш не поленился залезть.
Лишь убедившись, что белых пятен для него здесь не осталось, поспешил к фургончику.
Старик при его приближении снова заулыбался, закивал:
– Сяй-масяй, кука-ука, бай-дубай, утута-мацоцо.
Похоже на абракадабру, бессмысленную пародию на азиатчину. Грешник не считал себя великим полиглотом, но мог произнести немало простейших фраз на десятках языков, а на четырёх общался на приличном уровне. Но в том, как говорит старик, не просматривается система. Он будто пел бессмысленную песенку, собранную из по-детски исковерканных первых подвернувшихся слов.
А ещё Грешник поразился внезапно открывшемуся факту. Он только сейчас осознал, что с Мачо общался непонятно как. Да-да, оказывается, ему в голову подсадили язык, который раньше знать не знал. В нём просматриваются знакомые лексические конструкции, но за ним не ощущается история, тысячелетия и века эволюции. В каждой фразе явная искусственность, это что-то вроде эсперанто, куда надёргали всего и отовсюду, но в целом он чуждый даже для тех, кто овладели им в совершенстве.
Для всех неродной.
Мачо тоже на нём говорил уверенно. И они прекрасно друг друга понимали. Грешник тогда ничего неладного не заподозрил, общался, будто так и надо. И там, на отмели, Драко и прочие тоже его использовали. И это не казалось диким. Совершенно незнакомый, неизвестно какой язык подсадили настолько ловко, что он казался родным.
Бред какой-то…
Ну да и что с того? Мало ли он здесь бреда навидался?
Но то, что выходило из уст старика – нечто принципиально иное. Или это никакой не язык, а бессмысленное кривляние, или ни с чем подобным Грешник до сих пор не сталкивался.
Не понимая, как общаться, если ни слова не знаешь, по наитию приблизился, с покаянным видом поморщился и, протянув руку, коснулся плеча старика объективом телефона.
Грешник полез в кармашек разгрузки, вытащил монетку, показал торговцу. Тот заулыбался так, что едва щёки не треснули, закивал и залопотал вдвое быстрее, после чего с намёком постучал по замызганной тетрадке, лежавшей на столе.
Склонившись, Грешник раскрыл её и обнаружил внутри грубо нарисованную таблицу из двух столбцов: «Название товара» и «Цена товара».
Перечень не сказать, что чересчур широкий – не больше пары-тройки сотен позиций. И цены, как и предупреждало описание в сообщении, не выглядели гуманными.
«Искра энергии тела. Вмещает 2 единицы энергии тела. При усвоении искры ваш резервуар энергии тела увеличится на 2 единицы».
Звучит, вроде как, прекрасно. Энергия тела Грешнику требуется для раритетного отражения. Навык опустошает его до дна, начисто отбирая все пятьдесят доступных единиц. Учитывая, что заполняется шкала со скоростью одна единица в минуту, ждать восстановления умения приходится почти час.
Да, две лишние единички не спасут, но чуточку уменьшат время ожидания. Однако платить за них четыреста двадцать шесть монет испытания – это как-то чересчур жирновато. Не выпади Грешнику бонус на две с половиной тысячи, не сумел бы и две трети от запрошенной цены наскрести. А он, между прочим, вчера не груши околачивал, он больше полутора сотен противников набил, включая ужасающего тигра, которого даже кастовые до заикания боятся. Вырвался по уровням прилично вперёд, рекордсменом стал.
И, увы, не будь жирного приза, все равно бы остался нищебродом, неспособным увеличить запас энергии тела на две жалкие единички.
Ну да ладно, это ведь не самый злободневный товар. В первую очередь Грешника интересовало кое-что другое.
«Книга навыка „Лук“ (улучшенный навык)». Чуть руки не затряслись, когда углядел эту строчку. Он в шаге от мечты. Всего-то и надо – заплатить, и получит вожделенное умение.
Две тысячи триста пятнадцать монет. Почти столько же, сколько накопилось. Выглядит дороговато, если вспомнить, сколько сумел заработать без бонуса. И это с упоминанием скидки, положенной участникам на первом ярусе.
Грешник платежеспособен, но очень уж жалко такие деньжищи вываливать. Ведь у торговца есть и другие книги навыков, и более эффективные лекарства, и оружие интересное.
Ткнул пальцем в одну из приглянувшихся позиций. Сяо поднялся, не прекращая кивать, забрался наполовину в распахнутую дверь фургончика, тут же высунулся, доверчиво протянул Грешнику увесистую палку с причудливо обмотанной кожей рукоятью и оконечностью, обтянутой стальными кольцами с короткими чуть притупленными шипами.
Что будет, если схватить и сбежать? Проверять не захотелось, потому как почти не сомневался – номер не выгорит. В этом месте даже атаковать нельзя, не может быть, что не предусмотрели противодействие кражам.
Прекрасная альтернатива бейсбольной бите. Тем более, когда Грешник предложил Сяо саму биту, торговец покивал и на пальцах показал, что готов её забрать за четыре монеты. То есть не придётся выкидывать, хоть что-то получиться урвать.
Углядев в списке знакомые позиции, Грешник попытался предложить торговцу купить такие же предметы. И понял, что это тот ещё спекулянт. Радостно улыбается, что-то добродушно лопочет, и с самым невинным видом соглашается забрать всё по ценам в несколько раз ниже, чем сам продаёт. И ведь даже поспорить, или хотя бы усовестить не получится из-за языкового барьера. Хотя описание уверяло, что Сяо прекрасно всё понимает, когда речь заходит о бизнесе, на деле при слове «скидка» он тут же делает глупое лицо и недоумённые глаза.