Артем Каменистый – Ходячее сокровище (страница 24)
Злоба до скрежета зубов. Лютая ненависть. Плюс Дурман не против объяснить Няше, что людям, знающим его по прошлой жизни, не стоит так далеко забираться на северо-запад.
Ну да. Уроду сплошная выгода.
И Няша оказалась крайней.
Наверное, надо научиться держать себя в руках, стараясь избегать конфликтов, а не подключаясь к ним. Не стоило ей валить тех двух идиотов. Но они почему-то решили, что жестяные звездочки «помощников шерифа» дают им право карать всех, у кого ники не того цвета.
В этих лесистых горах все поселки повязаны в одну сеть. Даже самый нейтральный стаб обязан платить налог, начисленный Пророком, и оказывать помощь представителям организации. Взамен поселок получает защиту, по большей части заключающуюся в том, что его не трогает та самая организация, которая его и защищает.
А это стоило своих денег.
В мире, где на близких территориях любой может связаться с любым, несложно организовать облаву по всем правилам. Преследователи передвигались налегке и не испытывали нужды ни в чем. В каждом поселке их снабжали продовольствием и живчиком, а то и пополнение присоединялось. Если вначале Няшу преследовали всего лишь пятеро, сейчас, в последний раз, она одиннадцать насчитала.
И не факт, что с того времени их количество не прибавилось.
Няше в местные поселки хода нет. Единственной попытки хватило, чтобы это осознать. И жива она до сих пор только потому, что здесь почти нет дорог, по которым дичь можно легко обгонять и обкладывать с разных сторон. Плюс передвигается только там, где асфальта и быть не может. Самые глухие дебри выбирает. Спасибо, что немного знакома с местностью, доводилось здесь бродить. Давно это было по меркам Континента. Почти первые шаги новичка. Мозгов тогда, конечно, не хватало, зато вычищенная память способна подмечать многое и даже маловажные детали забывает неохотно.
Пока что она не попалась. Но если не стряхнет этот хвост, бегать ей осталось недолго. Один раз уже почти подловили, и теперь приходится хромать. Следующая пуля может прилететь в голову.
А это, конечно, очень плохо. И дело даже не в том, что жизней осталось немного. Есть риск, что одной не откупится. По слухам, некоторых из своих врагов организация даже на респе умудрялась подлавливать. Это не так уж и сложно, если знать периоды перезагрузки всех ближайших кластеров, присматривая за теми, которые Система назначила зонами воскрешения. Разумеется, такое возможно только в тех случаях, когда хватает исполнителей с подходящими для охоты умениями.
Исполнителей у этих сектантов много. Самых разных. Должно хватать.
Тропа вновь пошла на подъем. Смутно вспомнилось, что дальше протягивается продолжительный спуск. Надо прибавить шагу, не то подловят на нем и легко расстреляют с высоты. Прятаться там негде. Разве что за камень или в расщелину забиться. Но какой смысл сидеть в укрытии? Преследователи только рады будут, ведь это предоставит шанс взять жертву живьем.
Вспомнились омерзительные рассказы про аутодафе.
Няшу передернуло.
Нет, живой этим ненормальным она попадаться не собирается.
Садисты конченые…
Оказавшись наверху, поняла, что память ее и правда не обманула. Тропа дальше скатывалась вниз. Поначалу очень круто, затем все более и более полого. И на протяжении не менее полукилометра просматривается прекрасно. Встречаются, конечно, местечки, где можно укрыться, но, увы, это не ее вариант.
Ее вариант — ноги. Одна из которых прострелена и сочится кровью через дрянную повязку.
Остается бежать со всей оставшейся дури, рискуя при неудачном шаге шлепнуться с обрыва.
Над ухом нехорошо свистнуло, после чего прилетел треск винтовочного выстрела. Даже не подумав оглядываться, Няша пригнулась и спрыгнула с невысокого уступа на удобный валун. Вершина его плоская и затянута сплошным слоем шершавого лишайника, ни выступов, ни трещин нет. Погода стоит сухая, вот и он не мокрый, так что риск поскользнуться невелик.
Прыжок удался, если не считать того, что невольно вскрикнула от вспышки боли в голени. Рана серьезная и на резкие нагрузки реагирует жестоко.
Но все обошлось, здесь стрелок не достанет.
Однако это единственный приятный момент. То, что кто-то вообще сумел выстрелить вслед и чуть не попал, означает, что он уже добрался до ближайшего перегиба тропы. А это всего лишь метров двести пятьдесят отсюда. То есть напрасно она расслабилась, решив, что погоня прилично отстала. Что бы там у них ни случилось, они уже не просто наверстали потерянное, они оказалась гораздо ближе.
Да они уже почти добрались. Увы, как она ни старается, ей ни за что не обогнать этих сытых и здоровых лосей, для которых преследование — легкое развлечение. Ведь нет ничего приятнее, чем догонять безответную дичь, если ты моральный урод.
Коими они все поголовно и являются.
Бросив вперед затравленный взгляд, Няша поняла — это все. Дальше начинается один из сложнейших участков тропы. Быстро такой не проскочишь даже на здоровых ногах и полной сил. Она и половину не успеет преодолеть, как погоня доберется до этого завала.
И устроят здесь тир.
И что же тогда остается? Прыгать с обрыва вниз головой, чтобы недолго мучиться?
Няша рванула вниз с максимально возможной прытью. Не в пропасть, конечно, а по тропе. Нет, вовсе не надеясь успеть обогнать погоню, скрывшись за очередным перегибом.
Туда никак не успеть, ее цель располагалась гораздо ближе.
Одинокая лиственница совершила настоящее чудо: она выросла среди камней без намека на почву прямо посреди тропы. Бушевавшие при близких перезагрузках ветра не смогли сбросить ее с уступа, но постепенно наклонили ствол. Чем дальше он вытягивался, тем труднее сопротивляться напору стихии и удерживать корни по трещинам. Одна хорошая буря или несколько лет обычной погоды, и это все — больше не простоит.
Добравшись до лиственницы, Няша поняла, что зрение и память ее не подвели. Тропа здесь сильно сужается из-за огромного валуна, развалившегося на ее краю, и выступа скалы, выдающегося напротив. Чтобы пройти, пришлось протискиваться в узкий промежуток между камнем и стволом дерева. С ее телосложением — ерунда, а вот преследователям придется боками продираться.
Зато дальше все сильно изменялось в лучшую сторону. Тропа расширялась в несколько раз, и даже ухабы на нет сходили. Можно даже на машине кататься, если как-то ее сюда затащить. Разве что для разворота места не останется. Надолго эта «автострада» не растягивалась, но метров пятьдесят можно пробежать в максимальном темпе, не рискуя сломать ноги из-за трещин и затянутых мхом провалов между здоровенными валунами.
Однако Няша даже не подумала припустить со всех ног. Не торопясь, сберегая силы, прошла шагов пятнадцать, присела, выставив перед собой подраненную ногу. Вспорола ножом повязку, торопливо размотала по камням окровавленный бинт. Поднялась, оценила получившуюся картину. Сочла ее естественной. Где, как не здесь, надежно укрывшись от взглядов преследователей, беглянка могла остановиться и позаботиться о себе.
Вернувшись, присела за тем самым выступом скалы, который почти упирался в одинокую лиственницу. Здесь погоня ее не заметит, пока впереди идущий не проберется через сужение. И с большой вероятностью это окажется сам Шериф. Именно он вел группу, когда Няша рассмотрела преследователей в последний раз. И из винтовки пострелять этот гад всегда любил. Причем не слишком метко.
Полевые условия для этого козла — не главный конек. Не любит далеко отрываться от комфортных мест. И вообще, как одиночный боец он никогда ничего собой не представлял. Шериф уже не первый день на ногах, его смертельно достала эта погоня, хочется побыстрее ее закончить и вернуться туда, где можно насладиться всеми привилегиями высокого положения. Когда взгляд выхватит бросающуюся в глаза размотку бинта, на какое-то мгновение это всецело займет внимание. Он ведь ни разу не великий охотник, а потому должен верить в то, что беспомощная дичь неспособна огрызаться.
Расчет у Няши не сказать, что безукоризненный. Но опыт подсказывает, что именно самые наглые замыслы, где нет нагромождения сложностей и многое решают личные способности, имеют повышенные шансы на успех.
Вот сейчас и узнает, везет ей сегодня или нет.
Прочь лишние мысли из головы. Очистить разум. Смотреть только на то, как меняются цифры на системном таймере. В последнее время у нее в привычку вошло на него поглядывать.
Пара минут, и все закончится.
Няша ошиблась, погоня показалась спустя пять минут. Слишком долго, она уже даже начала подумывать, что напрасно связалась с отчаянной затеей. Надо было бежать, ведь за такое время вполне можно успеть преодолеть злополучные полкилометра.
Что-то Шерифа и его шайку задержало. Скорее всего, они перед последним подъемом устроили рывок и выдохлись, пытаясь застичь беглянку на открытом участке. А затем им, запыхавшимся, пришлось тащиться вверх по не очень-то комфортной тропе.
Но вот наконец уши уловили звуки, непохожие на шум природного окружения. Шаги по камням, звон металла, а потом кто-то кашлянул, опровергая всеобщее мнение, что игрокам симптомы простуды неведомы.
И вот уже совсем рядом, рукой подать, кто-то звучно притерся о затянутый лишайником камень.
Няша поняла — пора.
Чуть отклонилась, краем глаза разглядела, как из-за ствола дерева показался высокий туристический ботинок, торопливо нащупывающий опору меж переплетениями выпирающих из каменных развалов корней.