Артем Горохов – В подарок – смерть (страница 13)

–Ну, если вы интересуетесь философией, то, конечно, интересно. Я в своё время в вузе отучился по этому направлению.

Тони оперся на стойку, чтобы удобнее говорить с мужчиной, который стоял выше.

– А мне это всё это ин… индифферентно! – с трудом выговорил он, улыбаясь. – О чём он толкует?

– В двух словах не объяснить. Это же философия.

– А я и не тороплюсь. Только стакан надо наполнить.

– В таком случае, – бармен вернулся с бутылкой, – извольте. Основная идея такая – государство должно быть теократическое, христианское. Это единственный путь для всеобщего благоденствия. Чтобы всех объединяла вера, любовь и стремление к лучшей жизни. Чтобы воздвигнуть град небесный.

Бармен тут же переключился на заумный философский язык и Тони стал его понимать с трудом. Однако, ему нравилось слушать эти рассуждения. Ему казалось, что этот разговор помогает ему «работать» над собранными документами.

– И почему же не получается так сделать? Если это верный путь?

– Может потому, что люди малодушны… Кто знает… Не все умеют верить. Для этого духовность должна быть, а она убита. Всё, ниже плинтуса, – он провёл рукой где-то внизу, показывая, где находится духовность. – Сейчас люди верят только в то, что видят собственными глазами. А бога познать нашим скудным умом и ограниченными чувствами – невозможно – он постучал пальцем по книге Канта. – Вот им, например, покажут бога, докажут его существование, а они и тогда не поверят. Люди оскотинились.

Тони осушил в очередной раз бокал, чувствуя, что уже не может удерживать мысли.

– Так это не люди виноваты, – проговорил он. – Это раньше надо было думать этим… церковникам. Или в той канцелярии. – С пьяной улыбкой он показал наверх.

Бармен смешал виски с колой и протянул официанту.

– Так думали… Развитие общества и веры всегда шло рука об руку. Вначале общество было дикое, и этим людям бог должен был являться в таком образе, чтобы они его для начала боялись. Это были примитивные первые верования. Потом общество стало постепенно развиваться, росла духовность, росли табу в обществе. Люди стали понимать, что бога не нужно бояться. Они стали пытаться приобщиться к нему. Стали устраивать празднества, чтобы почувствовать радость соприкосновения с высоким. А потом, когда общество вышло на новую ступень, люди осознали, что они могут в любви объединиться с божественным, познать даже то, что умом понять нельзя. – Он усмехнулся. – Разговорился я.

– Нет, мне на самом деле это очень интересно, – возразил Тони. – Продолжай, брат.

– Вот и должны были люди объединиться в единой вере, строить уже мировое государство, которое бы зиждилось на гуманных христианских ценностях. И тогда духовность масс бы поднималась за счёт духовности индивидуумов. – Он вздохнул. Видимо много думал по этому поводу и переживал. – А в итоги сейчас число верующих в России, наверное, чуть больше, чем тысячу лет назад.

– Зиждется… – проговорил Тони забытое слово. – Зиждется… А что было тыщу лет назад?

– Я так, образно. Крещение Руси было. А теперь вот живём в этом отравленном химическом мире и охотимся друг на друга. Что уж говорить о морали. – он улыбнулся. Да и здесь не подходящее место для таких разговоров. Атмосфера не способствует.

– Подожди, подожди минуточку! – пролепетал Буллит. – А что было бы, если доказали бога, рай, там? Как думаешь? Просто мнение такого человека, как ты…

– Думаю, мир бы перевернулся, если честно. Мы ведь живём не по заповедям. Как же не украсть? Как не поухлёстывать за чужой тёлкой, да ещё и доступной? Как не купаться в роскоши? Если люди перестанут к этому стремиться, если им скажут, что смерти нет, что жизнь дальше вечная, но тут, на Земле – это только короткое испытание перед вечным блаженством или вечным мучением. Вся индустрия рухнет. Все компании, правительства – всё перестанет существовать, перестанет быть важным. Это будет своеобразный конец существующего мира.

–Вот! – Тони погрозил в воздухе указательным пальцем, словно ждал именно этих слов. – Вот! Конец всему придёт! Золотые слова соловьёвы.

– Но так не должно быть. Вера она на то и вера, чтобы существовать без доказательств. Она Аврааму вменилась в праведность. Просто вера сама по себе. А что в ней толку, если докажут, что бог сидит где-то, что можно на него в телескоп взглянуть, например? В этом вся фишка.

– Это ты чётко сказал, – выдавил из себя Тони, чтобы хоть как-то поддержать разговор. – Налей ещё.

Бармен посмотрел на него оценивающим взглядом.

– Не моё дело, но может хватит на сегодня, браток?

– Лей, лей, я свою меру знаю.

–Просто «наблевать в туалете» – это у нас довольно дорогая услуга.

Тони от души рассмеялся. Он хотел подумать ещё о всём случившимся, но мысли ускользали, как и вертлявые официантки, которых он пару раз пытался шлёпнуть по заднице.

Буллит внезапно осознал, что выглядит смешно, попросил счёт и вновь знаком подозвал бармена.

– Послушай, браток,как тебя зовут?

–Константин.

–Послушай, Костян! Ничего что я так? Ничего? Послушай, ты очень эту тему просёк. Ничего если я к тебе еще приду потолковать по этому вопросу.

– Заходи, – немного снисходительно ответил бармен. Он всегда так общался с набравшимися в стельку клиентами. – С образованным человеком всегда приятно поговорить.

– Всё! Добро, брат! – Тони махнул рукой. – Опа! Постой, а бумаги мои! Дай пакетик чтоли, чтобы не растерять.

С пакетиком он вышел на свежий воздух и, свернув за угол, почти сразу скорчился от рвотных позывов. Его прямо выворачивало наизнанку, голова шла кругом. Отдышавшись, он добрался до машины и лёг на заднее сиденье, откинув назад спинку. В голове то и дело всплывали слова Константина. В спиртном тумане всё перемешалось, и теперь Тони уже казалось, что это он сам кому-то рассказывает об идее идеального государства, где все будут счастливы, где будет справедливость. Даже во сне ему являлись какие-то образы, какие-то фразы, которые он, по-видимому, прихватил вечером.

Глава шестая «Нежданчик»

Разбудил Тони настойчивый звонок телефона. Сигнал вызова голосил, потом замолкал и снова начинал с прежней силой. Тони не сразу понял, где находится. Его взгляд уперся в серую обшивку потолка салона. Постепенно он собрал в голове события вчерашнего дня. Теперь ко всей вчерашней боли прибавился нывший желудок и раскалывающаяся голова. Буллит дотянулся до телефона и сразу окончательно проснулся. Вызов был от Кати. Он забыл вчера перезвонить дочери! Ругая себя последними словами, Тони откашлялся и взял трубку. Его голос даже ему самому казался глухим и чужим, хотя он изо всех сил старался звучать бодро и весело.

–Забегался вчера, доча! Прости, не смог перезвонить! Как ты? – засыпал он её вопросами.

Но Катя не обратила на них внимания.

– Кузьмич, встречай гостей!

–Что ты говоришь? – ему показалось, что он не расслышал.

– Я говорю, встречай гостей! Буду через пять минут! – она возбуждённо смеялась в трубку. – Сюрпри-и-из!

До Буллита стало доходить, что произошло.

– Ты что, прилетела? Ты здесь? – настороженно спросил он. – Где ты?

– Я уже еду домой. Говорю, буду через пять минут.

Тони лихорадочно думал, подбирал варианты ответов и возможные варианты развития событий.

–Вот это сюрприз, детка! Что ж ты не сказала?! Просто я сейчас не дома. Ты погоди, подумаем, где увидеться.

–Да не парься. Я дома подожду. У меня ключи есть же. Наведу порядок заодно. Наверняка у тебя там бардак!

–Давай лучше позавтракаем вместе. Приезжай, знаешь куда…

– Ну, я с самолёта хочу искупаться. Закажу домой завтрак. Приезжай. Жду.

– Подожди! – почти закричал Тони. – Слушай меня внимательно! Слышишь?

Голос девушки теперь зазвучал настороженно.

–Что такое, пап? Я не испугаюсь бардака.

–Слушай меня внимательно. Ты не должна ни в коем случае ехать домой. Разворачивай такси немедленно. Давай так, едь в сторону посольского квартала. Там есть Макдоналдс. Я буду там через двадцать минут. Я тебе всё объясню на месте. Только делай, пожалуйста, всё, как я скажу. Это очень важно. Окей?

– Окей.

Пошатываясь, Тони вышел из машины и стал лить на голову минералку, которая оказалась в машине. Кое-как пригладив волосы, он вытер всё ещё сильно припухшее лицо платком и осушил бутылку. Нужно было мчаться в Макдоналдс.

В закусочной он оказался раньше дочери, заказал два комплексных завтрака и стал ждать, посматривая по сторонам из-под накинутого капюшона. Наконец в дверях показалась Катя. Он приветливо махнул ей рукой и встал с места. По мере того, как девушка приближалась, лицо её менялось. Сначала широкая улыбка сменилась настороженно-дежурной, потом уголки рта опустились вниз, глаза расширились от тревоги, но он постарался её опередить – крепко обнял и прошептал на ухо:

– Не обращай внимания. Веди себя так, как будто ничего не произошло. Садись и я сейчас тебе всё объясню.

Катя послушно села. В руках у неё был дурацкого вида мопс, который с высунутым языком посматривал по сторонам и ворчал что-то на своём языке.

Тони не удержался и некоторое время рассматривал дочку. Она многие черты унаследовала от матери: овал лица, высокие скулы, светлые волосы, которые она выкрасила каким-то фиолетовым цветом. Маленький носик, аккуратные губы, красивые зелёно-голубые глаза. Он отметил, что она немного поправилась.