Артем Фуганов – Не сказки на ночь. Мрачные обитатели славянского мира (страница 1)
Артем Фуганов
Не сказки на ночь. Мрачные обитатели славянского мира
Все права защищены. Ни одна часть данного издания не может быть воспроизведена или использована в какой-либо форме, включая электронную, фотокопирование, магнитную запись или иные способы хранения и воспроизведения информации, без предварительного письменного разрешения правообладателя.
В оформлении книги использованы материалы с Shutterstock.
Материалы, представленные в этой книге, публикуются исключительно в познавательных и развлекательных целях. Информация, изложенная в книге, не преследует цели оскорбить чувства людей с иной позицией или вероисповеданием.
© Фуганов А. С., текст, 2026
©ООО «Издательство АСТ», 2026
Введение
Когда скотина потеряется, на росстани кладут рябиновые крестики и слова говорят. Вот Фёкла умела, в Матрёновщине. А обратно надо идти и не оглядываться. А обратно посмотришь – и тебя поймают. На худой след, говорят, скотина пошла. Сама рассказывала: «Не посмотри!» А она посмотрела, а там какие-то собаки. И скотина так и не нашлась. Евсеев Ванька тоже: «Ваня, собачки будут бежать, так не пугайся!» А он испугался, вот и не нашлась скотина-то. Вот при моей жизни. Пастух у нас старенький пас. Топором обходил всех коров. Которую не обойдет – и потеряется. Пастух пойдет коров пасть и договаривается с лешим: «Паси мое стадо благополучно и дам корову тебе, дам тебе». Есть договор на молоко, на яйца. Пастух берет топор, иконку, обходит скотину и слова говорит. Пастух говорит, столько земляники в лесу есть, а не сведет – нельзя. «Земляника густо, такие большущие, а свесть не могу». Черных ягод пастух не ел. Если собрано – ел, а сам не трогал с куста.
Почему спустя столько времени интерес к славянской демонологии не утихает и как сейчас проявляется вера наших предков в духов и магию?
Славянская демонология – низший раздел славянской мифологии, в первую очередь включающий в себя систему мифологических персонажей: демонов, духов, людей с демоническими свойствами и т. д.
Научно-популярный стиль исключает возможность погружаться в тему «академическим» способом. Мы не можем использовать инструменты и методики, характерные для научной среды. Тем не менее проблематика славянской мифологии и демонологии – независимо от стиля подачи – никуда не девается и уж тем более не меняется, и проигнорировать мы это не можем.
Основная проблема изучения верований и обрядов заключается в отсутствии достоверных письменных источников, созданных славянами-язычниками до IX века. Письменность распространилась на Руси вместе с христианством. Сперва – в середине IX века – в Моравии (историческом регионе Чешской республики) появилась глаголица. Первый славянский алфавит создали небезызвестные Кирилл и Мефодий для перевода богослужебных текстов на славянский язык. Вскоре после этого появляется и кириллица, созданная учениками Солунских братьев.
Археологические находки также не самый надежный источник. Для сопоставления образов и изображений с конкретными мифами и персонажами требуется цельная картина славянского мироустройства, а она, увы, отсутствует. Существует и другая проблема – достоверность источников и их датирование. Так, например, структура каменного идола, найденного в конце XIX века в реке Збруч (Польша), позволяет уверенно предположить существование представлений о трехчастности мира у славян. Изображенных на идоле богов историки также интерпретировали как богов славянских племен. Однако Збручский идол не имеет точных и надежно датируемых отдаленных деревянных и каменных аналогий, и некоторые историки выдвигают версию о том, что это фальсификат.
Таким образом, сложно реконструировать единую картину мира из разрозненных данных. Установление христианства также повлияло на народную картину мира, смешав языческих духов с бесами и дав свою интерпретацию элементам древнего язычества. Поэтому со свойственной нам научно-популярной легкостью придется-таки выделить цели и задачи этой книги.
Как уже было сказано, фольклор не сохранил зафиксированных дохристианских мифов о божествах, историй о сотворении мира и прочие элементы мифологии. Единственным по-настоящему массовым и надежным источником для реконструкции персонажной мифологической системы, в которой бы отразились следы древнего мировоззрения славян, остается так называемая низшая мифология, то есть комплекс представлений о демонах, духах, нечистой силе и людях, наделенных сверхъестественными способностями. [2]
До нас дошел огромнейший этнографический массив информации, описывающий поверья, обряды, встречи людей с нечистой силой и т. д. Однако эти истории историки, этнографы и фольклористы начали собирать лишь с середины XIX века. Именно тогда зародилась школа научного изучения языческой мифологии славян в трудах представителей мифологической школы в фольклористике (А. Н. Афанасьев, А. А. Потебня, Ф. И. Буслаев, О. Ф. Миллер и др.). В XX веке традицию продолжили Д. К. Зеленин, С. А. Токарев и Э. В. Померанцева. Мы не раз будем ссылаться на имена крупных историков и специалистов по этнографии и фольклору. Как правило, их фамилии известны лишь историкам – просим широкий круг читателей довериться нам: все упоминаемые нами ученые – эксперты в своих областях.
Получается парадокс: с одной стороны, отсутствие четких представлений о славянском язычестве и фиксации системы обрядов и верований образует вакуум информации. Это приводит к отрывочным, шаблонным знаниям обывателя, часто перемежающимся с устоявшимися и давно опровергнутыми стереотипами (Ярило – бог, русалка – с хвостом и т. д.). С другой стороны, как мы уже отметили, с XIX века по наши дни собран и проанализирован невероятный массив данных, включающий в себя все, что дошло до нас из глубины веков и связано со всеми верованиями простого русского крестьянина.
Хвала славянским богам, о коих опять же мы знаем катастрофически мало, исследовательских научных работ достаточно. И теперь, обобщив знания, мы можем донести до читателя не только смешные рассказы про домовых и встречи леших с крестьянами. Мы не задаемся целью сделать славянский бестиарий. Мы попытаемся ответить на вопросы о вере в духов до прихода христианства, о переменах в их восприятии, об отличиях современного медийного образа от исторической действительности.
Несмотря на кажущийся хаос, все, что касается славянской демонологии, можно попытаться объединить в систему, или, правильнее сказать, выделить ее элементы. Появление нечистой силы обусловлено рядом факторов; действия человека по отношению к демонологическому персонажу также могут быть объяснены и укладываются в определенные рамки и алгоритмы. Таким образом, мы покажем не просто красивую картинку, но и путь ее формирования и развития.
Актуальности теме придает и тот факт, что, несмотря на кажущуюся информативность и воспроизводимость образов на экранах, в книгах и на страницах комиксов, корни происхождения персонажей забываются и пропадают. Огромный пласт культуры рискует быть потерянным. Не для истории, нет, – в архивах, музеях, на полках библиотек навсегда останутся многотомные издания по русскому фольклору, а на кафедрах университетов – диссертации на соискание ученой степени по интересующей нас теме. Однако хочется пополнить ряд книг, доступных, понятных и интересных широкому кругу читателей.
Славянский фольклор многообразен – он раскинулся от Балтийского моря до Черного, от Эльбы до Волги. Говорить обо всем и сразу – значит рискнуть чрезмерно упростить материал и упустить возможность погрузиться в специфику отдельных фольклорных элементов. В попытке объять необъятное мы неизбежно свалимся к энциклопедическому списку, поэтому эта книга сфокусирована на фольклоре, демонологии и культуре восточных славян.
Обозначим и еще одну немаловажную проблему. В научно-популярном любое «популярное» упрощает «научное», что, безусловно, ведет к обобщению и даже примитивизации. Задача жанра – подать сложное простым и интересным языком, отсюда – «побочные эффекты». К сожалению, этого не избежать, но мы постараемся минимизировать научные потери. В конце книги приведен большой справочник академической литературы, с помощью которого страждущие утолят жажду углубиться в тему.
«Это присказка: пожди, сказка будет впереди».[1]
Глава 1
Народная религия,
или Почему домовой продержался так долго
Чтобы муж не бил жену, надо выстричь у мужа ногти. Самой. С рук и с ног выстричь. И вот когда помрет, например какой-то человек умер, взять эти ногти и бросить с землей вместе в могилу. И сказать: «Как у раба Божьего [который умер] больше не поднимаются руки, значит, у моего мужа не поднимутся руки на меня».
В 1988 году, в разгар перестройки, Советский Союз отметил важную дату – тысячелетие Крещения Руси. В своем выступлении патриарх обратился к верующим, призвав укреплять единство, соблюдать православные традиции и сохранять духовное наследие. В свете нашей темы о последнем скажем чуть подробнее. Если в XX веке отмечали тысячелетие утверждения христианства на Руси, то почему до недавних пор в деревнях верили в домовых, леших, все беды приписывали проискам ведьм и кикимор, а по ночам накладывали друг на друга заговоры? Все эти элементы слабо связаны с христианством. Или нет?