Арсений Зензин – Декер. Книга первая. Ремиссия (страница 7)
– Это обещает быть забавным! – нарочито медленно обернулась Бритва обратно к гноме. – Ты жалкая увечная гомункул, посмела перечить мне! – не осталось и следа от её напускной вежливости. – Ты оставшаяся жить по недоразумению исковерканная форма жизни коей место на переработке.
От слов девушки глаза миниатюрной, крошечной Тикки, вжавшейся в своё кресло, часто заморгали, а подбородок затрясся. Потрошительница была права, вся жизнь гномы от самого рождения была полна мучений, как и у множества других детей имевших сомнительную радость появиться на свет в страшных условиях нижних секторов. Вечно сбоящая система вентиляции и рециркуляции, подававшая жуткую пародию на кислород. Грязная зараженная химикатами вода коию не могли отчистить старые фильтры, синтетически выращенные продукты без капли витаминов, обрекали еще не рожденных детей на мутацию и увечья. Они зачастую рождались без конечностей с страшными хроническими заболеваниями и редко переживали первые годы, да и то при условии, что у родителей находились кредиты на дорогие операции по аугментации и комплексы мультивитаминов да прочих препаратов поддерживающие жизнь в слабых неокрепших телах.
Тикка тоже появилась на свет неполноценной, вся нижняя часть тела была атрофирована некрозом, но её заботливые родители, без продыху вкалывая на трёх работах, сумели спасти крохотный огонёк жизни, зажженный ими. Вот почему гнома так сильно сутулилась, вся нижняя часть позвоночника, как и её таз и ноги были аугментированными. Её мало когда видели без этого кресла на магнитной подушке, хоть киберимпланты и давали ей возможность ходить, но это причиняло гноме слишком сильную боль для биологически родных костей искривленной спины.
Девушка потрошительница безжалостно напомнила кибер-хирургу о её уродстве и сломанной жизни полной мучений, ввергла в ту полную кошмаров реальность, от которой гнома так усердно пыталась огородиться своим выдуманным крохотным мирком. Она словно вампир впитывала своей скупой кровожадной улыбкой её мучения, обещая в стократ большие видом выдвинувшихся на пару дюймов ногтей монозаточенных резцов. Но гнома видела по конструкции запястий и ладоней, что эти ногти лишь малая часть арсенала, что скрывали за собой швы корпуса с элементами синтетической кожи.
Тикка, паря в дюйме от пола на своём креслице, потихоньку принялась отъезжать, на что хромированный демон расхохоталась, принимая импровизированную забаву.
– Может твоим родителям и удалось собрать в кучу то, что изрыгнула на свет твоя отвратная мамаша! – когти на правой руке Бритвы звонко клацнули пару раз. – но после того, как я закончу собирать будет нечег… – договорить бывшая главарь алых сборщиков не успела, мир перед ней померк, отказали глазные импланты.
Все её когнитивные способности пошли каскадом сбоев. Бритва нелепо завалилась на бок, скрутилась позой эмбриона на полу. Мозг, надежно укрытый элементами сплавов и пластика, взорвался болью, будто в него непрестанно било током. Прочие внутренне органы чувствовали себя не лучше. Её взломали, с ужасом осознала корчующаяся в агонии девушка, проломили защитные протоколы нейроматрицы.
Исходящая дрожью левая рука потянулась к двери операционной. Ладонь, трансформировавшись на несколько отдельных элементов, преобразила пальцы в настоящие многосуставные крючья, что разошлись в стороны подобно лепесткам, окружая предплечье, и из сложных механических недр запястья показалось дуло.
Но Сеерину было всё равно, он знал, выстрелить та не сможет, как бы, ни силилась. Болезненные багряной радужки глаза на худом красивом лице буквально испепеляли (Бритву). Пот выстилал выбритые под оседлецем виски, каплями скатываясь по обнаженному до пояса поджарому телу, очерченному жгутами мышц. Он держался на ногах только за счет правой аугментированной руки клещом, впившейся в дверной проём, организм пытался бороться с седативными препаратами, циркулирующими по венам. По плечам потоками текла кровь, видать выбрался из-под модуля вперёд того, как были до конца наложены и обработаны швы на затылке.
При виде своего друга внутри Тикки вспыхнула безудержная радость, но она сменилась очередным ужасом, такого Сеерина ей прежде видеть не доводилось. Не осталось и следа от улыбчивого полуэльфа, что часто забегал к ней радуя небольшими подарками. Это был совсем другой человек, холодный как медицинская сталь и безжалостный не хуже уличных головорезов.
Он мимолётом заглянул в глаза маленькой гноме и увидев там страх не только перед распластанной на полу (Бритвой) но и перед ним, рассвирепел ещё больше. И ярость его, волей искина Сильраиры давно уже сроднившейся с его сознанием, передалась на девушку, отворившую рот в пронзительном крике боли, так сильно растянувшим биосинтетическую кожу, что она чуть не лопалась.
– Легко упиваться чужими страданиями? Ты наверно казалась себе всемогущей. – шатаясь полуэльф подошёл к экс главе (Алых сборщиков) ногой в тяжёлом ботинке высокого берца арамидных вставок, прижав раскрывшуюся пауком конечность к полу. – Верни ей слух!
Тикка вначале подумала, что Сеерин обратился к ней, но он даже не смотрел в сторону магнитного креслица гномы.
– Ну каково это оказаться на месте жертвы дрянь! Каково сука чувствовать чье-то превосходство над собой? – полуэльф склонился над Бритвой приподняв сотрясаемую механическими конвульсиями голову черной-серой кибернетической рукой. – Ты наверно забыла, что тебе сохранили жизнь только благодаря боевым навыкам и знанию нижних секторов коие ты со своей бандой использовали под мясницкие логовища. И запомни на всю оставшуюся жизнь накрепко забей в корневые накопители! Это Тикка. – опять, будто общаясь с самим собой, Сеерин скомандовал, (Верни зрение!) а после обернул голову девушки в сторону кресла гномы. – Она мой хороший друг, и её жизнь стоит куда как дороже твоей.
(Бритва) снова страшно закричала будто Сеерин поддал напряжения и без того насилующее её биологически остатки под слоями хрома.
– И с этого самого момента с этой секунды от её благополучия напрямую зависит твое существование. Не дай мертвые боги с Тиккой случиться беда, она расстроится, поранится или заболеет! Не важно, по чьей вине, твоей, пробравшегося сюда наркомана, ошалевшего бойца одной из банд сектора. Ответишь ты, и я найду тебя, где бы не спряталась, можешь мне поверить! Вытащу из самого засранного стока, вентиляционной трубы, из любой кучи мусора в любом конце купола! Ты уяснила? – полуэльф с силой приложил её головой об пол. – Уяснила? – и дождавшись более-менее вразумительного кивка поднялся.
Пару мгновений Сеерин будто извиняясь, смотрел пристыжено на маленькую гному, а затем беззвучно скомандовал Сильраире «Вернуть когнитивку и моторику»
Судороги, трепавшие девушку, схлынули также внезапно, как и начались. Бритва очумело, вертя головой, с трудом смогла подняться.
– Извиняйся и убирайся отсюда! – голос юноши полукровки был холоднее жидкого азота.
Ещё пять минут назад Тикка с ужасом лицезревшая нависшего над ней демона, теперь услышала от неё скупое и жалкое (Прости!). А после, когда в прошлом своем потрошительница скрылась в дверях, бросив Сеерину (Тебя ищет босс) гному, наконец, прорвало.
Сдерживаемые слёзы страха и нервного напряжения потоком хлынули из глаз. Еще сильнее сжавшись в своём креслице, она пронзительно зарыдала. Сеерин обмирая нутром, подошел к малышке припав на колено и снимаемая обруч визора у той с головы. Долго полуэльф шептал утешения своей подруге, долго гладил разноцветные пряди, вытирая слезы со щёк, ему было плевать на время. Он сам накликал эту беду на маленькую головку гномы, ему и держать ответ. Даже искин Сильраира и та притихла в дальней облюбованной искусственным интеллектом части сознания.
Постепенно рыдания сменились тихими всхлипываниями, и вскоре гнома пару раз шмыгнув носом, совсем притихла, не иначе уверовав в часто повторяемые слова. – Я клянусь больше тебе ничего не угрожает!
Сеерин ненавидел Бритву, он ненавидел этот захлебнувшийся в крови и жестокости сектор, как и гниющий купол один из немногочисленных живых оплотов городов-государств на мёртвой планете. Он ненавидел сам себя за то, что, был частью этого порочного круга ненависти, рождённой желанием выжить. Ему претило даже дышать тем воздухом, которым дышат все те твари, из-за которых такие невинные души как Тикка вынуждены жить в страхе и муках. Он не мог этого изменить, ну хотя бы, не для всех! Для неё и немногих других избранных была надежда, оборвал он свое разгорающееся бешенство. Надежда, рождённая из легенд становления.
– Надо тебя подштопать! – голос гномы вырвал юношу из раздумий.
Она уже пришла в себя, и о слезах теперь напоминали лишь красные опухшие глаза, как ни как она все же была кибер-хирургом, часто орудовавшим над раненными бойцами уличных банд. Минутная слабость, вызванная страхом, на радость, Сеерина сгинула, уступив место холодному прагматизму и долгу.
Действительно большая часть спины юноши была покрыта кровью, сочащейся из затылка, разрезы и разведённая в стороны плоть, болтающаяся под хвостиком светлых волос, окружавшая личные порты не были зашиты и обработаны.
– Ладно сейчас вернусь в операционную. – как можно дружелюбнее улыбнулся полуэльф Тикке, поднимаясь обратно на ноги.