Арсен Мартиросян – 22 июня 1941: тайны больше нет (страница 16)

Дальнейшее развитие событий, их освещение разведывательными службами и дипломатией, а также особенно результаты визита В.М. Молотова в Берлин в ноябре 1940 г. привели к тому, что уже и Сталин дал четкое определение попыткам Германии расправиться с Англией. Подводя 18 ноября 1940 г. на заседании Политбюро ЦК ВКП(б) итоги визита Молотова в Германию, Сталин выразился на этот счет более чем определенно: «…Теперь Гитлер поставил перед собой цель расправиться с Англией, принудить ее к капитуляции. С этой целью усилилась бомбардировка Британских островов, демонстративно готовилась десантная операция»[141].

Обратите внимание на использованные Сталиным слова «демонстративно готовилась» — это означает, что Иосиф Виссарионович уже тогда ясно отдавал себе отчет в том, что вся эта подготовка к высадке десанта в Англии — блеф, тем более что он использовал прошедшее время! Подчеркиваю, что уже в ноябре 1940 г. Сталин ясно осознавал это. А у нас и в третьем тысячелетии все еще есть историки, уверяющие, что-де Сталин «верил в то, что Гитлер не нападет на СССР, пока не разобьет Англию»!

В укрепление убежденности Сталина в том, что вся эта возня Германии с десантной операцией против Англии — откровенный блеф, немалую лепту внесли и советские разведывательные службы. Ниже приводятся некоторые данные из официально рассекреченных и преданных гласности путем соответствующих публикаций Перечня донесений военной разведки о подготовке Германии к войне против СССР (январь — июнь 1941 г.) и Календаря сообщений «Корсиканца» и «Старшины» (январь — июнь 1941 г.) (цитируются только те части сообщений агентуры и резидентур разведки, в которых речь идет только об Англии. — А.М.).

Из Календаря

Сообщений «Корсиканца» и «Старшины»[143]

Естественно, что на этом информация, подтверждавшая отсутствие у Германии намерения осуществить вторжение в Англию, не исчерпывалась. Из того, что официально рассекречено и опубликовано (не только в России, но и за рубежом), достоверно известно следующее.

24 марта 1941 г. Лондон получил из Швеции сообщение о том, что немцы отложили вторжение на Британские острова и решили «молниеносно атаковать Россию и оккупировать ее вплоть до Урала»[144]. Обычно эту информацию, полученную от шведской радио-разведки, подают только в таком виде. На самом же деле и обстоятельства ее получения, и ее источник заслуживают особого внимания, так как подача в такой форме опускает ряд важных моментов. Дело в том, что это информация из доклада британского посла в СССР С. Криппса в Форин Оффис. А содержавшиеся в нем данные базировались на информации берлинского источника шведского посланника в Москве Вильгельма Ассарассона. И вот что интересно.

Во-первых, в этой информации был четко указан алгоритм уже запланированных Гитлером агрессивных действий.

A) Немецкий план заключается в следующем: военные действия против Англии будут продолжены с подводных лодок и с воздуха, но вторжения не будет. В то же время будет совершено вторжение в Россию. Проще говоря, это прямое свидетельство того, что Гитлер был откровенно готов на войну на два фронта.

Б) Вторжение (точнее, нападение на СССР. — А.М) будет осуществлено тремя большими армиями: первой, базирующейся в Варшаве под командованием Бека, второй, базирующейся в Кенигсберге, третьей, базирующейся в Кракове под командованием Листа.

B) Все подготовлено до мельчайших деталей, так что нападение может быть начато в любой момент. Нападение может произойти уже в мае[145] (на неопределенность срока нападения здесь внимание обращать не будем, поскольку об этом уже достаточно было сказано в предыдущей главе).

Во-вторых, эти данные шведской радиоразведки полностью совпадали с тем, что Лондон ранее получил также из Швеции. По свидетельству видного шведского дипломата Г. Хаглофа, шведское правительство уже к началу февраля 1941 г. располагало сведениями, полученными от германского политического деятеля Карла Гер-делера (одного из лидеров политической оппозиции и Сопротивления в Германии и, к слову сказать, родственника агента советской внешней разведки «Старшины»), что «Гитлер принял решение совершить генеральное нападение на Россию, по-видимому, в конце мая месяца» (на неопределенность срока нападения обращать внимание здесь не будем, так как речь об этом уже шла в предыдущей главе), что подтверждалось также и полученными шведами в феврале и марте 1941 г. сведениями о массовых передвижениях германских войск на Восток и другими данными. Генеральный секретарь МИД Швеции Э. Богеман незамедлительно информировал об этом британского посланника в Стокгольме[146]. Так что очень похоже на то, что берлинским источником информации В. Ассарассона был именно Карл Герделер…

А в начале апреля 1941 г. британским правительством были получены сведения из Белграда, Вашингтона и Афин о том, что Гитлер сказал югославскому принцу-регенту о намерении начать нападение Германии на СССР до 30 июня этого же года[147].

Увы, но все эти сведения официальный Лондон не передал Москве, а последнюю из приведенных выше информацию англичане довели до сведения Сталина при помощи югославского посланника в Москве Милована (Милана) Гавриловича, которого откровенно подозревали — практически на грани категоричной убежденности — в сотрудничестве с английской разведкой и английским послом С. Криппсом. Что, естественно, не могло вызвать особого доверия к ней со стороны высшего советского руководства.

Тем не менее благодаря резкой интенсификации разведывательной деятельности лондонской резидентуры внешней разведки НКВД/НКГБ СССР высшее советское руководство своевременно было ознакомлено со всеми этими сведениями. Дело в том, что, как уже отмечалось в предыдущей главе, с января 1941 г. наконец-то был восстановлен контакт с Джоном Кернкроссом (оперативный псевдоним «Мольер») — одним из членов великолепной «кембриджской пятерки» блестящих агентов советской внешней разведки. Дж. Керн-кросс с июня 1940 г. работал личным секретарем лорда Хэнки, который в кабинете У. Черчилля «вел работу по линии секретных служб и был председателем десятка комиссий, которые занимались вопросами обороны, безопасности, научных исследований и др… К Хэнки поступали материалы из кабинета министров, спецслужб, научно-исследовательских организаций и других важных учреждений. Все они аккумулировались у Кернкросса. От Кернкросса были получены переписка МИД с посольствами, еженедельные доклады английской разведки кабинету, протоколы заседаний военного кабинета, доклады начальника Генштаба, материалы по экономической разведке и другие важные секретные документы. С января по май 1941 года от источника было получено большое количество материалов, которое свидетельствовало о подготовке фашистской Германии к нападению на Советский Союз»[148].

Информация, которую английское правительство получило в марте, в том числе и 24 марта, а также в начале апреля 1941 г. из Швеции, прошла через руки Дж. Кернкросса, а также другого члена «кембриджской пятерки» — Дональда Маклина — и потому попала в Москву. Но не только по этому каналу. В то время советская разведка обладала уникальной возможностью для контроля и проверки исходящей из Швеции информации — в шведской службе радио-разведки она располагала агентом по фамилии Нюблад. В 1994 г. шведы сами предали гласности эту историю. Все, что шведы тогда читали в немецких радиограммах[149], а затем передавали в Лондон, читали также и в Москве, нередко даже раньше, чем руководство Швеции или Англии, и уж, как правило, одновременно с ними. Не говоря уже о том, что эти данные позволяли советской радиоразведке самостоятельно раскалывать немецкие коды и знать как о планах немцев, так и об уровне их осведомленности о советских войсках и предпринимаемых мерах по укреплению обороны СССР[150].

Все приведенные выше данные не менее ясно, чем ранее изложенные в этом же параграфе аналогичные сведения, показывали, что никакого намерения действительно осуществить вторжение в Англию, и тем более предпринимать какие бы то ни было реальные меры для этого, у Гитлера нет, что все, что на эту тему вбрасывалось в информационное пространство, не более чем блеф. А вот душить Англию в морской и воздушной блокадах Гитлер был настроен действительно решительно.

И все это, не говоря уже о том, что ранее не раз упоминавшийся в донесениях разведки июнь, как возможный временной отрезок, когда состоится нападение Германии, с начала мая 1941 г. уже безапелляционно настойчиво зазвучал практически во всех донесениях разведки (на момент издания настоящей книги автором установлено, что общее количество подобных информаций достигло 135) в статусе наиболее вероятного временного промежутка, когда произойдет нападение, с постепенной, но быстро ускорявшейся по частоте упоминания конкретизацией на середину — двадцатые числа этого месяца. Какая уж тут десантная операция против Англии?!

Так что Сталин прекрасно знал, что вся эта возня вокруг якобы планируемой десантной операции против Англии — демонстративный блеф Берлина. Но зная это, он не только не уповал на такой исход, но и имел все глубоко аргументированные и потому обоснованные резоны всерьез подозревать, скорее даже едва ли не категорически предполагать, что между Англией и Германией может быть достигнуто некое тайное соглашение, которое развязало бы Гитлеру руки на Востоке, что, собственно говоря, и случилось в итоге. Сразу отметим главное — Англия гарантировала Гитлеру, что Второй фронт на европейском континенте не будет открыт до 1944 года! Увы, так оно и случилось.