В 1935 году С. И. Гессен переехал в Варшаву, получив прельстившее его предложение педагогического факультета Свободного польского университета занять кафедру философии воспитания и оставив в Праге жену Нину Лазаревну, с которой разошелся, и сыновей. В Варшаве он, помимо связанных с этой должностью занятий, читал лекции в Варшавском университете, в Институте социальной педагогики, выступал публично. Был избран членом Варшавского филологического общества, почетным членом Хорватского научного общества в Загребе, заграничным членом Школы славистических исследований в Лондоне.
Избежав гибели во время немецкой бомбардировки Варшавы в 1939 году, он эвакуировался с университетом в Лодзь. Но в годы войны в основном жил в деревне, вел подпольные занятия по философии с отдельными группами слушателей, не раз подвергался смертельной опасности, однажды после очередной облавы был случайно выпущен: видимо, главный среди немцев оказался бывшим его студентом. На краю гибели он находился и во время восстания в Варшаве в 1943 году, где тогда был. Во время войны были уничтожены все его рукописи, некоторые он потом пытался восстановить. И все же остается вопрос: как он, на 50 процентов еврей, сумел выжить, находясь пять лет среди нацистов и их прислужников? На него Н. О. Лосский ответил так: он сумел убедить немцев, что он целиком русского происхождения, что является не родным сыном И. В. Гессена, а приемным[3].
Более сурово судьба обошлась с членами семьи С. И. Гессена. Его сын Евгений в 1929 году окончил русскую гимназию в Праге, затем два года учился в Политехническом институте в Бельгии, вернулся в Прагу и поступил в немецкий Политехнический институт, был одним из самых одаренных членов содружества молодых поэтов из России «Скит». Два из четырех выпущенных ими сборников под таким названием открываются его произведениями. Успел напечататься в ряде других изданий. Был схвачен гитлеровцами в Праге, препровожден в концлагерь Терезни, а затем в сентябре 1944 года в Освенцим, где и погиб в 1945 году во время «марша смерти» заключенных одного из концлагерей. Вместе с Евгением была схвачена и его мать Нина Лазаревна, бывшая жена С. И. Гессена. В одном из концлагерей г. Терезин она вскоре погибла, поскольку вела себя, с точки зрения нацистов, вызывающе – выставляла напоказ свое раввинское происхождение.
Младший сын Дмитрий сумел выжить в этой адской мясорубке. В начале войны, в 1939 году, он был призван в польскую армию (в 1937 году он переехал к отцу в Варшаву, где изучал славистику в университете), участвовал в боях с немцами, попал в плен, из которого сумел бежать. Занимался подпольной деятельностью. После войны работал в польском МИДе, а затем в министерстве культуры. Длительное время работал над научным трудом, в котором сопоставляются «крылатые слова» русского и польского языков. Был соавтором при составлении «Большого польско-русского словаря», выдержавшего несколько изданий.
После войны С. И. Гессен читал курс по философии права на юридическом факультете Лодзинского университета, а также специальные курсы по философии Платона, Аристотеля, Руссо, начал писать мемуары. Умер в Лодзи 2 июля 1950 года, в некрологе Ф. Степун[4] писал: «Случайное, почти чудесное спасение от гитлеровского налета на столицу Польши, страшная, трагическая смерть родных и очень близких людей в нацистских концлагерях, и в результате совершенно подорванное здоровье. Как все это можно было пережить? Но С. И. Гессен пережил и даже не потерял присущей ему бодрости. Его письмо из Польши, полученное мною в 1946 г., было полно планов всевозможных работ и даже радости, что мы снова можем переписываться».
Научное и литературное наследие С. И. Гессена велико. По некоторым сведениям общее число опубликованных им научных работ приближается к 100. Кроме фундаментальной монографии «Основы педагогики» (1925 г.) следует назвать: «Мистика и метафизика» («Логос», 1910); «Философия наказания» (там же, 1912 г.); «Крушение утопизма» (1924 г.); «Проблемы правового социализма. Эволюция социализма» (1926 г.); «Монизм и плюрализм в систематике понятий» (1928 г., Прага); «Трагедия добра в “Братьях Карамазовых”» (1928 г.); «Школа и демократия на переломе» (1938 г.); в том же году – «О противоречиях и единстве воспитания»; монография «Русская педагогика в ХХ веке» (1939 г.).
В Советском Союзе труды С. И. Гессена, равно как и его отца И. В. Гессена, замалчивались, поскольку оба были объявлены властями «врагами народа». Впервые избранные сочинения С. И. Гессена были изданы в России в 1999 году, а российская научная и педагогическая общественность узнала о своем знаменитом соотечественнике из статьи Е. Г. Осовского, опубликованной в июньском номере журнала «Педагогика» за 1993 год «С. И. Гессен: странности судьбы». В 2001 г. издательством «Орбита-Принт» была выпущена небольшая брошюра В. А. Кравцова «Философско-педагогическая теория С. И. Гессена», из которой российский читатель впервые узнал, что русскому ученому принадлежит приоритет в разработке философско-педагогического научного направления: «Философия педагогики» или «Педагогическая философия» – кому как нравится.
А теперь обратимся к литературному творчеству Юлия Исидоровича Гессена – всемирно известного ученого-исследователя «еврейского вопроса». Родился в Одессе в 1871 году. Его дед Юлий (Иуда) Мунишевич Гессен был купцом 2-ой гильдии, активно участвовал в еврейской общественной жизни. Почти 15 лет он был попечителем одесской Талмуд-Торы, руководил ее преобразованием[5]. Основная деятельность его отца Исидора (Израиля) Юльевича была связана с Русским обществом пароходства и торговли, в котором он заведовал Днестровской линией. Он был автором нескольких работ по хлебному экспорту, участвовал в еврейской общественной жизни Одессы[6].
Ю. И. Гессен закончил в Одессе Коммерческое училище. Высшее образование он не получил, так как не хотел во время учебы зависеть от отца, настаивавшего, чтобы сын делал торгово-промышленную карьеру. Первыми произведениями молодого одесского служащего были фельетоны, рассказы и стихотворения, в основном посвященные еврейской теме. Они печатались в различных периодических изданиях Одессы и Санкт-Петербурга.
В 1896 году он переезжает в столицу империи, где первые восемь лет служит в банке. Одновременно Ю. И. Гессен все более расширяет сферу своих исследований по истории евреев в России. С конца XIX в. он принимает участие во многих еврейских газетах и журналах. В автобиографии Ю. И. Гессен пишет: «Начав свою литературную деятельность в 1895 г., я уже вскоре посвятил себя изучению исторических наук. Бесправное положение евреев вынудило меня сосредоточить главное внимание на их истории в России. А так как литература была крайне бедна, то я стал изучать историческое прошлое евреев по рукописным материалам в ряде правительственных архивов». На основе этих исследований им были в дальнейшем рассмотрены основные вопросы правовой, общественной и экономической жизни еврейства на территории Российской империи, включая Польшу, Прибалтику и Финляндию.
В 1898 г. Ю. И. Гессен опубликовал свой перевод с немецкого языка на русский программной работы Л. Пинскера «Автоэмансипация! Призыв русского еврея к своим соплеменникам». Как известно, это произведение стало важной вехой в духовной жизни российского еврейства. В 1900–1901 гг. его работы в основном печатались в еженедельнике «Будущность». Первой была статья «Сто лет назад», в которой рассказывалось о начале просветительного движения среди евреев в конце XVIII – начале XIX веков.
В 1902 г. статьей «К истории «средневековых» обвинений» он начал борьбу против обвинений евреев в ритуальных убийствах. Вокруг этого мифа возникла целая «кровавая» литература, и ее разоблачению Ю. И. Гессен уделял большое внимание на протяжении многих лет. Особенно подробно он изучил одно из наиболее трагических проявлений этих вымыслов на практике – Велижскую драму, дело, по которому в ритуальном убийстве обвинялась в 1823–1833 гг. целая группа евреев.
Существенное место в исследованиях Ю. И. Гессена занимает история создания черты еврейской оседлости. При определении причин ее образования он основное значение придавал экономическим интересам русского купечества, ставя религиозные вопросы на второй план. Наиболее значительной для изучения этой проблемы является статья «Закон и жизнь. Как созидались ограничительные законы о жительстве евреев в России», которая появилась в 1911 г. перед обсуждением в Государственной думе законодательного предложения 166 депутатов об отмене черты оседлости. Она была замечена как сторонниками, так и противниками дискриминационных мер.
Ю. И. Гессен в 1907 г. был одним из инициаторов создания «Общества для научных еврейских знаний», задачей которого являлось издание трудов по истории, культуре и жизни еврейского народа в России. Основной заботой общества была организация подготовки и выпуска в 1908–1913 гг. 16-томной «Еврейской энциклопедии» на русском языке. Все эти годы Ю. И. Гессен был секретарем общей редакции энциклопедии, а также редактором VIII раздела «Евреи в России с 1772 г.»: он был автором более 20 крупных статей, столько же написал и в соавторстве. В автобиографии он писал: «Я руководил работой по составлению и редактированию всего издания и вместе с тем поместил много статей, написанных по первоисточникам».
