Арнольд Беннет – Отель «Гранд Вавилон» (страница 6)
— А теперь откройте дверь, — прошептал Рэксоул, когда они подошли к 111-му номеру.
— Я должен постучать.
— Это как раз то, чего вы не должны делать. Откройте. Не сомневаюсь, что у вас есть запасной ключ.
Подгоняемый револьвером, Жюль послушался, показывая тем не менее всем своим видом, что не имеет отношения к этому грубому нарушению декорума отельной жизни. Рэксоул вошел. Комната была ярко освещена.
— К вам посетитель, который настаивает на встрече, сэр, — сказал Жюль и исчез.
Мистер Реджинальд Диммок, все еще в вечернем костюме, с дымящейся сигаретой в руке, поспешно встал из-за стола.
— Приветствую вас, дорогой мистер Рэксоул. Для меня это неожиданное… хм… удовольствие…
— Где моя дочь? Это ее номер.
— Верно ли я понял, что вы сказали, мистер Рэксоул?
— Я осмелился заметить, что это комната мисс Рэксоул.
— Мой дорогой сэр, — ответил Диммок, — вам, должно быть, почудилось что-то. Только мое уважение к вашей дочери удерживает меня от того, чтобы силой выставить вас отсюда за это невероятное подозрение.
Маленькое пятнышко на переносице миллионера внезапно резко побелело.
— С вашего позволения, — сказал он низким спокойным голосом, — я обследую ванную и гардеробную.
— Только выслушайте меня прежде, — предложил Диммок более мягким тоном.
— Я выслушаю вас позже, мой юный друг, — сказал Рэксоул и приступил к обследованию ванной и гардеробной, не давшему никакого результата.
— Как бы неверно ни было истолковано мое поведение, мистер Диммок, могу сказать вам, что я полностью доверяю своей дочери и считаю, что она способна лучше чем кто бы то ни было позаботиться о себе, но то, что вы находитесь здесь, — это одно из весьма загадочных и непонятных для меня событий, происходящих в этом отеле. Это все.
Почувствовав сквозняк возле своего плеча, Рэксоул повернулся к окну.
— Вот еще пример, — добавил он. — Я вижу, что это окно разбито, сильно разбито, и притом снаружи. Ну и как вы можете это объяснить?
— Если вы будете добры и выслушаете мои объяснения, мистер Рэксоул, — начал Диммок в своей лучшей дипломатической манере, — я попытаюсь вам объяснить, что произошло. Я расценил ваш первый вопрос ко мне, когда вы вошли, как нападение, но теперь я вижу, что у вас есть для этого оправдания. — Он вежливо улыбнулся. — Около одиннадцати часов вечера я проходил по коридору и обнаружил, что у мисс Рэксоул возникли сложности со служителями отеля. Мисс Рэксоул отправилась отдыхать в эту комнату, когда в окно влетел большой камень, брошенный, вероятно, с набережной, и, как вы видите, разбил стекло. Она не хотела оставаться в комнате, поскольку помимо неудобства от разбитого окна был страх, что камень могут бросить еще раз. Она настаивала на том, чтобы ей сменили комнату. Служители утверждали, что другого номера с ванной и гардеробной нет, а ваша дочь требовала именно такой номер. Я тут же предложил поменяться с ней апартаментами. Она сделала мне честь, приняв мое предложение. Тут же были перенесены наши вещи… И это все. В настоящий момент, я уверен, мисс Рэксоул спит в сто двадцать четвертом номере.
Теодор Рэксоул несколько секунд молча смотрел на молодого человека.
Послышался робкий стук в дверь.
— Войдите, — громко сказал Рэксоул.
Кто-то открыл дверь, но остался стоять на пороге. Это была служанка Неллы, одетая в домашнее платье.
— Мисс Рэксоул передает вам свое почтение и тысячу извинений, но в этой комнате на полке осталась ее книга. Она не может уснуть и хочет почитать.
— Мистер Диммок, я приношу свои извинения, мои почтительные извинения, — сказал Рэксоул, когда девушка с книгой ушла. — Спокойной ночи.
— Прошу вас, не придавайте этому значения, — учтиво сказал Диммок и простился с ним поклоном.
Глава IV
Прибытие князя
Тем не менее мысли Рэксоула были отягощены различными мелочами. Прежде всего — подмигивание Жюля. Затем — лента на дверной ручке, визит Жюля в номер 111-й и окно, разбитое снаружи. Да и происходило все это в три часа пополуночи. В эту ночь Рэксоул даже не вздремнул, но все равно был рад, что купил отель «Гранд Вавилон». Это было приобретение, которое, казалось, обещало немало забавного и интересного.
На следующее утро он спозаранку пришел к мистеру Вавилону.
— Я убрал из моей личной комнаты все свои частные бумаги, и теперь она в вашем распоряжении, — сказал Вавилон. — Я намереваюсь, с вашего согласия, остаться в отеле на некоторое время в качестве постояльца. Надо уладить все формальности, связанные с приобретением отеля, ну а кроме того, вам может понадобиться мой совет по тому или иному поводу, и таких поводов немало. Конечно, говоря правду, я вовсе не стремлюсь слишком быстро покинуть старое место. Для меня это было бы очень больно.
— Я буду в восторге, если вы останетесь, — сказал миллионер. — Но вы должны стать моим гостем, а не постояльцем.
— Вы очень добры.
— Что же до консультаций с вами, то мне, без сомнения, они будут необходимы, хотя, должен сказать, что дело, кажется, катится само собой.
— О, мне приходилось слышать об отелях, которые катятся сами собой, — задумчиво сказал Вавилон. — И если это действительно так, то можете быть уверены, что они, подчиняясь закону гравитации, катятся вниз, под гору. У вас будет предостаточно дел. Кстати, для примера, вы уже слышали о мисс Спенсер?
— Нет, — сказал Рэксоул. — Что с ней?
— Ночью она загадочно исчезла, и никто, по-видимому, не в состоянии пролить свет на это обстоятельство. Ее комната пуста, ее вещей нет. Когда вы начнете искать кого-нибудь на ее место, то убедитесь, что такого человека будет найти не так-то легко.
— Хмм, — сказал Рэксоул после паузы. — Сегодня будет вакантной не только ее должность.
Много погодя миллионер устроился в личной комнате прежнего владельца и позвонил в колокольчик.
— Мне нужен Жюль, — сказал он мальчику-слуге.
Ожидая Жюля, Рэксоул раздумывал об исчезновении мисс Спенсер.
Вошедший официант был встречен дружелюбным приветствием:
— Доброе утро, Жюль.
— Доброе утро, сэр.
— Возьмите себе стул.
— Спасибо, сэр.
— Мы уже встречались сегодня, Жюль.
— Да, сэр, в три часа пополуночи.
— Чрезвычайно странен этот отъезд мисс Спенсер, не так ли?
— Это удивительно, сэр.
— Вы, конечно, осведомлены о том, что мистер Вавилон передал мне все свои полномочия в этом отеле?
— Меня информировали об этом, сэр.
— Я полагаю, вы знаете все, что происходит в этом отеле, Жюль?
— Я главный официант, сэр, и моя обязанность — держать все в поле зрения.
— Для иностранца вы очень хорошо говорите по-английски, Жюль.
— Для иностранца, сэр? Я англичанин, родился и вырос в Хартфордшире. Видимо, вас ввело в заблуждение мое имя, сэр. Я зовусь Жюлем только потому, что во всех отелях действительно высокого класса главный официант должен иметь либо французское, либо итальянское имя.
— Я понимаю, — сказал Рэксоул. — Думаю, вы, должно быть, умный человек, Жюль.
— Не мне судить об этом, сэр.
— Как долго отель наслаждается вашими услугами?
— Немногим более двадцати лет.
— Это очень долго для работы на одном месте. Не думаете ли вы, что настало время сменить привычную колею? Вы еще молоды и можете проявить себя в какой-либо иной, более широкой сфере. — Рэксоул жестко взглянул на собеседника, который вернул ему столь же жесткий взгляд.
— Вы не удовлетворены мной, сэр?
— Если быть откровенным, Жюль, я считаю, что вы… гм… слишком много подмигиваете. И я считаю достойным сожаления то, что старший официант приобретает привычку снимать белые ленточки с дверных ручек номеров в три часа утра.
— Я понимаю, сэр, — непринужденно начал Жюль. — Вы хотите, чтобы я ушел, и для этого один предлог ничуть не хуже, чем любой другой. Очень хорошо! Не могу сказать, что я удивлен. Иногда случается, что владелец отеля и главный официант не сходятся характерами, и тогда дела отеля очень страдают, если один из них не уходит. Я уйду, мистер Рэксоул. Ведь я и сам подумывал о том, чтобы подать вам заявление.
Миллионер с уважением улыбнулся.
— Какое выходное пособие вы потребуете вместо заявления? Мне желательно, чтобы вы покинули отель в течение часа.