Арнольд Беннет – Как все успевать за 24 часа (страница 15)
I. Повседневное чудо
«Да, он из того типа мужчин, что не умеют обращаться с деньгами. Хорошее положение. Регулярный доход. Достаточный как для основных нужд, так и для излишеств. Не особенно расточительный. И в то же время не выбирается из неприятностей. Почему-то кажется, что он не умеет с умом тратить деньги. Прекрасная квартира, но полупустая. Всегда выглядит так, словно из нее только что вынесли описанное имущество. Новый костюм, но старая шляпа. Великолепный галстук, но мешковатые брюки. Пригласит вас на ужин: граненое стекло, но плохая баранина, или турецкий кофе, но в треснутой чашке. Он никак не может понять. Просто дело в том, что он на самом деле транжира. Вот бы у меня была хотя бы половина от этой суммы! Я бы ему показал…»
И таким образом периодически мы критикуем окружающих, с высоты своего мнения.
Почти все мы чувствуем себя канцлерами казначейства и гордимся этим. Газеты полны советами, как прожить на какую-то определенную сумму, и эти статьи вызывают огромную волну откликов. Недавно в одном ежедневном издании разгорелась жаркая дискуссия: может ли женщина существовать в сельской местности на восемьдесят пять фунтов в год. Также я видел эссе под названием «Как жить на восемь шиллингов в неделю». Но мне ни разу не попадалась на глаза статья «Как прожить на двадцать четыре часа в сутки». При этом говорят, что время – это деньги. Причем эта пословица еще и преуменьшает истину. На самом деле время – это гораздо больше, чем деньги. Если у тебя есть время, обычно ты можешь заработать деньги. Но будь вы богаты, как гардеробщик в отеле «Карлтон», вы не смогли бы купить ни минуты больше времени, чем есть у меня или у кошки перед камином.
Философы объяснили нам пространство. Однако они не объяснили время. Время – загадочное сырье для чего угодно. Со временем возможно все, без него – ничего. Запас времени – воистину повседневное чудо, воистину невероятное явление, если присмотреться к нему поближе. Вы просыпаетесь утром – и надо же! Ваш кошелек наполнен двадцатью четырьмя часами нетканой материи вселенной вашей жизни! Эти часы полностью принадлежат вам. Самое драгоценное из всего, что у вас есть в собственности. Весьма необычная собственность, преподнесенная столь же необычным способом.
Обратите внимание! Никто не может ее у вас отнять или украсть. И никто не получает больше, чем вы.
К слову о настоящей демократии! В царстве времени нет ни аристократов-богачей, ни аристократов-интеллектуалов. Гений никогда не вознаграждается лишним часом в день. И нет никаких наказаний. Вы можете впустую тратить свою драгоценную собственность, однако же новые запасы у вас никто не отнимет. Никакая загадочная сила не скажет: «Этот человек – дурак, если не мошенник. Он не заслуживает времени, его нужно отрезать от новых поставок». Время надежнее, чем облигации, и «зарплата» выплачивается вам даже по воскресеньям. Более того, вы не можете растратить будущее. Невозможно залезть в долг! Вы в состоянии тратить только текущий момент. Нельзя потратить завтра – оно всегда будет вас ждать. И даже следующий час всегда окажется в вашем распоряжении.
Я же сказал, что это чудо. Разве нет?
Вам нужно жить на эти двадцать четыре часа в день. Из них нужно извлечь здоровье, удовольствие, деньги, уважение и развитие вашей бессмертной души. Правильное и наиболее эффективное использование этого времени – невероятно важный, волнующий и актуальный вопрос. Все зависит от этого. Ваше счастье – этот ускользающий приз, за которым вы все гоняетесь, друзья мои! – зависит от этого. Странно, что газеты, насколько бы увлекательными и полезными они ни были, не публикуют материалов на тему «Как жить на данное вам время» вместо «Как прожить на данный вам материальный доход». Деньги гораздо более обыденное явление, чем время. Стоит задуматься, и становится понятно, что деньги вообще самое обыденное и распространенное, что только есть. Они просто валяются на земле гигантскими кучами.
Если человек не может прожить на определенную сумму, он или зарабатывает больше, или крадет, или просит. Его жизнь не обязательно приходит в хаос, если он не может уложиться в тысячу фунтов в год. Он напряжется, заработает больше и сведет бюджет. Но если человек не сможет уложить все необходимые ему расходы в двадцать четыре часа в сутки, его жизнь определенно придет в беспорядок. Запасы времени, пусть и прекрасным образом регулярно пополняющиеся, при этом жестко лимитированы.
Кто из нас живет на двадцать четыре часа в день? И когда я говорю «живет», я не имею в виду просто существует, или влачит существование. Кто из нас свободен от неприятного ощущения, что «крупные статьи расходов» его жизни растрачиваются не так, как полагается? Кто из нас уверен в том, что его прекрасный костюм не испорчен ужасной шляпой или что, позаботившись о посуде, он не забыл проследить за качеством еды? Кто из нас не говорит самому себе, причем повторяет всю жизнь: «Мне нужно изменить это, когда у меня будет больше времени?»
У нас никогда не будет больше времени. Мы имеем, и всегда имели, все время, которое у нас есть. Именно осознание этой глубокой и незаметной истины (которую, кстати, не я открыл) привело меня к скрупулезному практическому исследованию каждодневной траты времени.
II. Желание выйти за пределы «программы»
«Но, – может заметить кто-то с английским пренебрежением к деталям, которые не относятся к сути дела, – к чему он клонит, когда говорит про двадцать четыре часа в день? У меня нет никаких сложностей с проживанием двадцати четырех часов в день. Я делаю все, что мне захочется, и все еще нахожу время на то, чтобы поучаствовать в конкурсах в газете. Разве это сложная задача – уместить себя в двадцать четыре часа в день, учитывая, что именно столько времени нам и отпущено?»
Вам, дорогой сэр, я приношу свои искренние извинения. Вы именно тот человек, которого я мечтал встретить уже около сорока лет. Не будете ли вы так любезны представиться и сказать свой адрес, а также назвать цену за информацию о том, как вы умудряетесь это делать? Это не я должен говорить с вами, а вы со мной. Прошу, проявите себя. Я уверен, что вы существуете, и это мой промах, что я пока с вами не знаком. Тем временем, пока вы не появились, я продолжу болтать с моими товарищами по несчастью, с этой неисчислимой толпой душ, преследуемых для каждого по-своему болезненным ощущением, что годы их жизни утекают, как песок сквозь пальцы, а они так и не смогли привести свою жизнь в нормальное рабочее состояние.
Если мы проанализируем это ощущение, мы поймем, что проистекает оно в основном от беспокойства, ожидания, предвкушения, стремления. Оно причиняет нам постоянный дискомфорт, потому что ведет себя как скелет на пиру всех наших удовольствий. Мы идем в театр и смеемся, но в антракте это чувство грозит нам своим костлявым пальцем. Мы бежим к последнему поезду, и пока стоим на платформе и ждем его, «скелет» прогуливается рядом, гремя костями, и спрашивает: «О, человек, что сотворил ты с юностью своей? Как распоряжаешься ты своей старостью?» Вы можете настаивать на том, что это ощущение постоянного предвкушения, стремления к будущему – часть самой жизни, неотделимая от нее. И это правда!
Но есть нюансы. Человек может желать отправиться в Мекку. Его совесть подталкивает его посетить это место. Он пускается в путешествие либо с помощью туристической компании Кука, либо самостоятельно. Возможно, он никогда не доберется до Мекки: утонет, прежде чем достигнет Порт-Саида, или бесславно погибнет на берегу Красного моря, – его желание может так и остаться неисполненным. Неосуществленное стремление может беспокоить его всю жизнь. Но мучения его будут не такими сильными, как у человека, который, страстно мечтая о Мекке, никогда не выбирался за пределы Брикстона.
Есть что-то в том, чтобы выбраться из Брикстона. Большинству из нас этого так и не удается. Нас даже ни разу не довозил кеб до перекрестка Лудгейт, и мы не спрашивали в компании Кука, сколько стоит намеченный нами тур. И единственное наше оправдание перед самими собой – это то, что в сутках всего двадцать четыре часа.
Если мы глубже проанализируем наше смутное, непонятное стремление, я думаю, мы поймем, что оно берет начало в навязчивой мысли о том, что нам следует совершить что-то, помимо обязательств, которые диктуют нам долг и мораль. Гласные и негласные кодексы поведения обязывают нас содержать себя и наши семьи (если они у нас есть) в здравии и благополучии, расплачиваться с долгами, откладывать, увеличивать благосостояние, повышая продуктивность. И это очень непростая задача! Очень немногие с ней справляются! Это часто оказывается за пределами наших возможностей! Однако, даже если эти задачи оказываются для нас выполнимы, мы все равно не чувствуем удовлетворения, скелет никуда не девается.
И даже когда мы понимаем, что не справляемся с основной задачей, что наших усилий не хватает, мы все равно чувствуем, что были бы менее неудовлетворенными, если бы из последних сил попытались сделать что-то еще, для себя.
И так оно и есть. Желание осуществить что-то, выходящее за пределы обязательной «программы», свойственно всем, кто на протяжении всей истории развивался и рос, превозмогая свои возможности.