Арно Штробель – Мёртвый крик (страница 7)

Повторив это несколько раз и вытеревшись полотенцем, он немного пришел в себя.

Уперевшись руками в край раковины, Макс посмотрел на свое отражение. Если бы в ту минуту его хоть сколько-нибудь волновал собственный вид, он бы ужаснулся. Под глазами залегли серые полумесяцы, кожа стала тусклой, почти мертвенно-бледной. Даже коротко подстриженные темно-русые волосы казались безжизненными.

Он выглядел не на тридцать два, а скорее на шестьдесят.

Макс отвернулся.

Без четырех шесть.

Вернувшись в гостиную, он взял телефон, убедился, что Бёмер больше не звонил, и открыл адресную книгу.

Телефон Хильгер звонил до тех пор, пока не включилась голосовая почта, после чего Макс сбросил вызов. Возможно, она еще была в управлении и просто перевела мобильный в беззвучный режим.

На миг он подумал позвонить туда, но тут же отказался от этой мысли. Ему вовсе не хотелось объясняться с коллегами, если ее там не окажется. Он решил подождать несколько минут, а потом попробовать еще раз — снова на мобильный.

Понадобилось семь попыток и три четверти часа, прежде чем она наконец ответила.

— Макс! — Она говорила запыхавшись. — Я в студии, только что закончила часовую тренировку по джампингу. Видела, что ты уже несколько раз звонил, и как раз собиралась перезвонить. Это из-за последнего дела? Если тебе нужно с кем-то поговорить или я могу чем-то помочь…

Поток ее слов буквально обрушился на Макса, и ему понадобилось несколько секунд, чтобы перебить ее.

Неужели эта женщина может быть заодно с мстительным психопатом? Теперь, слыша ее голос, он сомневался в этом еще сильнее, чем прежде.

— Нет, дело в другом. Мою сестру, Кирстен… похитили.

— Боже мой! — В ее голосе звучало такое потрясение, что либо оно было искренним, либо Верена Хильгер только что выдала игру, достойную «Оскара». — Когда? В управлении я еще ничего об этом не слышала. Господи, это ужасно.

— И не могла слышать, потому что там об этом не знают. Похититель пригрозил замучить ее до смерти, если я обращусь в участок.

— Но такие типы всегда так говорят. Ты правда думаешь, что он на это способен?

— Да. Думаю.

Макс рассказал ей о содержимом конверта и о письме, которое там лежало.

— Это чудовищно, — тихо сказала Хильгер.

— Да.

— Что говорит Хорст?

— Он принял мое решение.

— Но почему я? Откуда он знает обо мне? И почему ты должен звонить именно мне и просить помощи?

— Ты ведь из Кёльна. Тринадцать лет назад ты уже работала там в уголовной полиции? И тебе знакомо имя Александр Нойман?

— Да, тогда я уже была в убойном отделе. И, конечно, это имя мне знакомо. Тот самый подонок в полицейской форме, который убил молодую женщину, а потом надругался над ее телом. Я никогда нарочно не заводила об этом разговор, но знаю и то, что именно ты дал ключевые зацепки, которые привели к его аресту. И что ты… Постой… ты думаешь, за этим может стоять он? Тогда это, возможно, объясняет и…

— Подожди, — перебил ее Макс. — Не отключайся, тут кто-то звонит.

Он отнял телефон от уха и взглянул на экран. Анонимный номер. Макс переключился на новый вызов, оставив Хильгер на удержании.

— Похоже, ты все-таки дозвонился до своей коллеги.

Голос звучал глухо и неразборчиво, словно говоривший обернул телефон тканью. Но в одном Макс был уверен: это был тот самый ублюдок, который клещами изуродовал Кирстен палец. Сердце у него заколотилось так сильно, что пульс, казалось, отдавался в барабанных перепонках.

— Если вы еще хоть раз что-нибудь сделаете моей сестре…

— Заткнись! — резко оборвал его мужчина. — И брось эти детские угрозы. Слушай внимательно и не перебивай, если не хочешь завтра получить еще одну посылку. Сейчас ты скажешь своей коллеге, что собираешься к ней приехать. Скажем, через час. Этого времени ей хватит, чтобы добраться домой и принять душ.

Значит, он знал, что Хильгер на тренировке. Почему Макс должен был звонить ей именно в это время?

— Через час я снова выйду на связь. К тому времени ты должен быть у нее и включить громкую связь, потому что то, что я скажу, заинтересует ее не меньше, чем тебя. Обещаю, тебя ждет сюрприз. И если Бёмер окажется хоть где-то поблизости или хоть что-то об этом узнает, твоя сестра лишится еще двух пальцев.

В следующую секунду связь оборвалась.

Мысли Макса лихорадочно заметались. Вероятность того, что похититель — Нойман, становилась все выше. Хильгер тогда работала в убойном отделе. Если у этого ублюдка было сообщение для них обоих, это могло означать только одно: она тоже входит в круг его мести.

Глубоко вдохнув, Макс снял ее с удержания.

— Ты еще здесь?

— Да, конечно. Что-то случилось?

— Это был похититель, — сказал он. — Он велел мне приехать к тебе. Через час снова позвонит и скажет что-то, что ты тоже должна услышать.

— Я тоже?

— Да.

— Тогда, выходит, это и правда связано с тем давним делом.

— Я тоже так думаю. Ну что, я могу приехать?

— Конечно. У тебя есть мой адрес?

— Нет. Я знаю только, что ты живешь где-то в Лиренфельде.

Она продиктовала ему адрес.

— Какую роль ты тогда сыграла в аресте Ноймана? — спросил Макс, записав улицу и номер дома.

— Никакой особенной. Я была тогда совсем молодой сотрудницей и присутствовала только при том, как мы доставили его к следственному судье.

— Тогда почему он втягивает тебя в это?

— Скоро, наверное, узнаем, — предположила она. — Значит, увидимся у меня?

— Да. И еще… Он сказал, что если Хорст что-нибудь узнает или окажется поблизости, он причинит Кирстен вред. И я знаю, что это не пустые слова.

— Сволочь. Не волнуйся, я никому ничего не скажу.

— Спасибо. Тогда до скорого.

Макс отложил смартфон и уставился в одну точку на паркете.

Почему именно Верена Хильгер, если она почти не имела отношения к тому давнему делу? И что имел в виду похититель, обещая Максу сюрприз?

Что задумал этот ублюдок?

Пока за окнами мелькали яркие фасады домов на главной улице юго-востока Дюссельдорфа, Макс снова и снова пытался понять, какое отношение его коллега может иметь ко всему происходящему. Но всякий раз приходил к одному и тому же выводу: это должно быть связано с ее прошлой службой в кёльнской криминальной полиции. А значит, становилось ясно и то, кто похитил Кирстен.

Хорст рассказывал Максу, что Хильгер живет в квартире на третьем этаже красивого пятиэтажного старого дома в Лиренфельде. И, как теперь видел Макс, ничуть не преувеличивал. Фасад в стиле грюндерцайт сиял безупречной белизной и наводил на мысль, что его покрасили совсем недавно.

Макс припарковал свой VW CC на противоположной стороне улицы и вошел через незапертую дверь в чистый, ухоженный подъезд. Несмотря на заметную модернизацию внутри, лифта в доме не было, так что вскоре он уже стоял перед дверью Хильгер, тяжело дыша после подъема по лестнице.

Когда на его звонок никто не открыл, он отступил на шаг и проверил табличку на двери — не ошибся ли квартирой. Но на ней витиеватым почерком ясно значилось ее имя.

Он уже поднял руку, чтобы позвонить снова, как вдруг услышал ее приглушенный дверью голос:

— Входи, открыто.

Наверное, она только что вышла из душа. Макс открыл дверь и увидел небольшую прихожую, переходившую в просторную гостиную, обставленную светлой мебелью. В противоположной стене были два больших окна, из которых открывался вид на крыши соседних, более низких зданий.

Самой Хильгер нигде не было видно; вероятно, она еще была в ванной.

Макс закрыл за собой дверь и сделал два шага в квартиру.