Аркадий Марьин – Украденное будущее. Сборник рассказов (страница 9)

Пол закрыл глаза, набрал в лёгкие как можно больше воздуха, медленно выдохнул. Открыв глаза, он уверенно произнёс:

– Посмотрим Фортуне в лицо.

Открывать пенал во второй раз оказалось делом привычным. Доставать карточку Пол не стал, а сразу извлёк пластиковый пневмопистолет. В небольшой, но удобной ручке располагался маленький балончик с сжатым воздухом, позволявшим произвести выстрелы как минимум десятью капсулами с инъекциями. На всякий случай. Вдруг с первого раза Вершитель промахнётся, или Жертва дёрнется в самый неподходящий момент.

Нужно отметить, что процедуры никто не избегал. И во время процедуры никто не бегал от Вершителя. Это было бы глупо и бессмысленно. Кто нарушал ход процедуры, становился автоматически нарушителем Высшего Континентального Закона. И тогда Жертву ждала не лотерея, а унизительная публичная ликвидация.

Такое произошло последний раз лет десять назад. Все помнили того несчастного. Никто не желал ничего подобного. Слишком большой позор. Слишком мучителен уход.

Как только Пол снял пистолет с предохранителя, установленная под дулом микрокамера начала снимать видео. Видеоотчёт был необходим для подтверждения факта проведения процедуры. Именно он был основным доказательством её свершения.

Обойма капсул была наглухо запаяна и опечатана. Так что ни о какой подмене не могло быть и речи.

Пол прицелился прямо в грудь Малиуса. Как раз в то место, где виднелась его пышная курчавая растительность. Куда стрелять – было совершенно без разницы. Игла, выскакивающая из капсулы и под давлением впрыскивающая порцию инъекции, пробивала любую ткань любой одежды.

– Рука не трясётся. Это уже хорошо, – только и успел произнести Малиус, как Пол нажал на спусковую кнопку.

Раздался короткий хлопок, похожий на чей-то дальнобойный плевок. Капсула, достигнув цели, осуществила впрыск и повисла на левом отвороте халата. Словно сдохнувшая пчела, уже не способная самостоятельно вытащить своё использованное жало.

Малиус недовольно сморщился и небрежным жестом стряхнул с халата отработанную капсулу на пол.

– Не думал, что будут такие болевые ощущения.

Тем временем Пол отпустил кнопку, поставил на предохранитель и запись видео прекратилась. Поместив пистолет обратно в пенал, закрыл его и поднял взгляд на Малиуса.

– Подождём эффекта или продолжим процедуру?

– Продолжим, – невозмутимо кивнул Пол.

– Правильно, – Малиус опять как-то не по-доброму усмехнулся, – больше останется времени на поминки.

Он почти молниеносно, будто оттачивал движения несколько дней, открыл свой пенал, достал пневмопистолет, снял предохранитель и, не глядя, выстрелил в сторону Пола. Капсула угодила ему в ногу. Жгучая волна прокатилась под кожей всей конечности. Казалось, что мышцы вот-вот сведёт. Ощущение, действительно, было не из приятных.

– Вижу по твоему лицу, что и мой выстрел достиг цели, – осклабился Малиус, прибирая пистолет в пенал. – Не в яблочко, правда, но и не в молоко!

– Ты, прав, дружище, – переводя дух, сказал Пол, – ощущение поганое.

– Осталось подождать пару минут. Для тех, кому Фортуна сегодня будет улыбаться, стол уже накрыт.

Пол посмотрел на наручный часовой браслет, засекая время.

– Пять минут максимум.

– Конечно, – согласился Малиус.

Гранд-чемпион вальяжно откинулся на спинку стула, крутя перед собой, как пропеллером, концом пояса халата. Пол наблюдал за беззаботным другом, оставаясь собранным как внешне, так и внутренне. Прислушивался к малейшим изменениям в организме, способным подсказать о начале действия яда.

Прошло минуты две. Пока всё было без изменений.

Но вот улыбка на лице Малиуса стала постепенно сходить на нет. Пропеллер остановил своё дурацкое вращение. Малиус медленно поднял руку и положил ладонь на грудь.

– Ты не поверишь, дружище, – сказал он, – кажется, я почувствовал эту заразу. Похоже, началось.

В горле у Пола пересохло. Секунду он не знал что ответить.

– Мне жаль, – наконец с неожиданной хрипотцой вылетело из его рта.

– А у тебя как? – тут же спросил Малиус.

– Тишина… Не знаю… Пока ничего, – сбивчиво ответил Пол.

Он впился глазами в Малиуса, стараясь по его внешнему виду, выражению лица, мимике, понять, что тот сейчас чувствует.

Приятель в синем халате, прикрыв веки, водил ладошкой по груди и что-то тихо нашёптывал. Быть может, заклинание? Молитву? Вряд ли.

Наконец рука опустилась на подлокотник стула, глаза Малиуса широко раскрылись и улыбка, его белоснежная, широкая улыбка засияла с прежней силой на его лице.

– Да, теперь сомнений нет, – произнёс он. – Ощущения нарастают. У меня внутри прямо разгорается сопло гоночного аэроболида.

Теперь и у Пола не было сомнений.

– Да, всё верно, – печально кивнул Пол, – это явные признаки.

И именно в это мгновение почувствовал, как его что-то остро кольнуло в области солнечного сплетения.

– Неужели ты думаешь, что Малиус Холибитт, гранд-чемпион иерархических планетарных гоночных полётов, любимец Фортуны, вот так вот просто возьмёт, да и сдохнет на заднем дворе собственного дома?

– Что?

Недоумению Пола не было предела.

– Я не собираюсь сегодня подыхать, – весело произнёс Малиус, – не входит в мои планы. Понимаешь?

– Нет, не понимаю, – честно признался Пол.

Холибитт сунул руку за отворот халата и извлёк оттуда белую продолговатую коробочку, внешне очень напоминающую пенал для пневмопистолета, только белого цвета.

– Вот он, мой счастливый билет, – довольно произнёс Малиус, укладывая коробочку себе на колени и собираясь её раскрыть.

– Что это? – спросил Пол, чувствуя, как в его груди появилось неприятное, вращающееся жжение.

– Если не удаётся заслужить благосклонность Фортуны, то её нужно купить, как ты считаешь, Пол?

– Так это…

– Да, мой дорогой, – перебил Пола Малиус, открывая белый пенал, – в этом мире всё можно…

И тут он осёкся. Малиус, не договорив фразы, сидел на стуле напротив Пола и молча, тупо глядел в открытый пенал.

Через мгновение Холибитт закрыл его и открыл снова, как будто это могло что-то изменить. Затем залез свободной рукой под халат, тщательно обшарил грудь, подмышки. С трудом поднялся со стула и похлопал себя по бокам в районе пояса, огляделся вокруг, заглянул под стул. Гранд-чемпион явно что-то потерял. Скорее всего, именно то, что когда-то находилось в этом белом пенале.

Малиус с растерянным видом уселся обратно на стул и, глядя в упор на Пола, с явной одышкой, произнёс:

– Не понимаю. Я проверял сегодня утром. Антидот был в пенале. Я его не вытаскивал.

Огонь в груди Пола понемногу начинал заполнять лёгкие. Дышать становилось тяжелее. Сердце билось чаще, и жар к нему подбирался всё ближе и ближе. Яд, проникший в кровь Пола, начинал действовать.

Тем не менее, Пол нашёл в себе силы улыбнуться Малиусу и язвительно заметить:

– Похоже, дружище, ты что-то потерял?

В ту же секунду Холибитт прищурил глаза, оскалил зубы и с шипением, зло произнёс:

– Ах ты, сукин сын! Это ведь ты всё подстроил! Я ведь это сразу почувствовал, только не придал этому значения. Решил убить меня. Но зачем? Что тебе нужно? Что???

Последнее слово он попытался выкрикнуть, но участившееся дыхание не позволило этого сделать. Больше это было похоже на предсмертный сип столетнего старика.

– Не дури, Малиус, – совершенно спокойно произнёс в ответ Пол, – похоже, мы отправимся на тот свет дружной компанией. У меня абсолютно такие же проблемы, что и у тебя. Хотя нет.

Пол усмехнулся, выдержал паузу, кивнул на белый пенал и добавил:

– Я ничего не терял.

Похоже, что Холибитт понял по-своему последнюю фразу Пола.

Он резко выпрямился во весь рост и сделал решительный шаг к Полу. Но вдруг его ноги подкосились, Малиус рухнул на оба колена, протянул вперёд трясущиеся руки и сиплым шёпотом принялся умолять.

– Отдай, прошу тебя. Не так должно всё закончиться. Умоляю. Заклинаю тебя. Верни мне антидот. Нам хватит на двоих. Пол, друг, не поступай так со мной… умоляю… прошу… пожалей… я… ты… почему…