Аркадий Марьин – Пустое (страница 11)

Маркус выпрямился в кресле и, указав пальцем на парящее в воздухе устройство, сказал:

– О произошедшем на челноке я ничего не знаю.

Брана, как будто ожидавшая этого вопроса, тут же принялась объяснять:

– Вся информация о происшествии на челноке логистической корпарации Олафа Леприко передана для анализа и находится в моём распоряжении. Могу ознакомить сразу после беседы.

– Хорошо, – Маркус снял фуражку и, положив её на стол, вновь откинулся на спинку стула.

– Сопоставив все имеющиеся данные, – продолжил помощник Вженя, – мы с Зайтом пришли к выводу о необходимости проведения практического эксперимента с одним или несколькими артефактами. Мы сможем визуализировать происходящее во время активации цилиндра и провести дополнительные действия для установления конечной точки, с которой в тот момент будет связан портал артефакта.

Маркус сдвинул брови.

– Хотите забросить в него маячок?

– Браво, генеральный дознаватель, – крайне спокойно подтвердил догадку Маркуса помощник Вженя.

– И уже имеется план проведения такого эксперимента?

– Конечно.

– Зайт подтверждает, что приготовления начнутся с завтрашнего дня, – добавила Брана.

– Это значит, – Маркус старательно выстраивал логическую цепочку, – что для проведения эксперимента уже и добровольцы имеются?

– Несомненно, – подтвердил помощник Вженя. – В этом вопросе нам великодушно окажет помощь самолично духовный лидер, стоящий прямо перед вами.

– Ну не я лично, – тут же заговорил Вжень, заметив неподдельное удивление на лице Маркуса. – В моей церкви найдётся немало последователей, готовых ради нашей праматери Тиамат не только участвовать в эксперименте, но и, при необходимости, пожертвовать своей жизнью. Любая из женщин посчитает это своим высшим предназначением.

Удивление Маркуса переросло в яростное недовольство.

– Вы в своём уме? – зло сказал он. – Никаких жертв. Это нарушает Конституционный Закон.

За Вженя сразу же вступился его помощник, пытаясь смягчить недоразумение.

– Густаво слишком красноречив и выдаёт желаемое за действительное. Нарушать закон, естественно, никто не собирается. И ваше личное присутствие на эксперименте будет тому гарантом. Для этой договорённости, в принципе, мы и встретились.

– Прошу впредь выражаться более корректно, без религиозной напыщенности, – успокаиваясь, предупредил Маркус.

– Мои слова всего лишь выражают любовь к божественной Тиамат, – мягко и с улыбкой ответил Густаво, пристально глядя Маркусу в глаза.

На этот раз у дознавателя хватило выдержки, чтобы промолчать.

– Озвучьте сроки и место проведения эксперимента, – попросила Брана. Маркус догадался, что его помощница, хоть и являлась всего лишь набором изысканных алгоритмов и объёмных программ, всё же поняла, что необходимо срочно разрядить атмосферу.

– Конечно, – впервые за время переговоров в кабинете зазвучал голос Зайта. – Проведение эксперимента планируется через семь дней, когда на лунную базу прибудет челнок с Европы. Уже ведутся работы по освобождению транспортно-сырьевого ангара там же на Луне. Планируется провести эксперимент в два этапа: с артефактом, прибывшим со спутника Юпитера и с тем, что сейчас находится в хранилище вашего ведомства, Маркус.

Маркус ни разу за время службы не сталкивался с виртуальным образом Зайта. Сейчас генеральному дознавателю он представлялся мужчиной лет пятидесяти пяти с седой головой и проницательным взглядом тёмно-кофейных глаз.

– Необходимые разрешения выданы, – вставила Брана.

– Значит, у нас есть неделя, – задумчиво уточнил Маркус.

– Точно так, – ответил Зайт. – Достаточно времени, чтобы полностью ознакомиться со всей имеющейся информацией; произвести, возможно, какие-то дополнительные вычисления; людям подготовится психологически. – Кого именно имел в виду Зайт, было понятно. – Согласитесь, одно дело видеть происходящее на медиапанели, и совсем другое – в живую, на расстоянии нескольких метров.

– М-да, – согласился Маркус, – думаю, с этим не поспоришь.

– Лично я готов на любые испытания, – бодро заявил Густаво. – Моим духом и помыслами движет великая богиня.

– Это прекрасно, – неожиданно отреагировал Зайт. – Но всё же человеческой осторожностью пренебрегать не стоит.

– Согласна, – добавила Брана.

Маркус молча кивнул.

– И ещё об одном хотел бы попросить вас лично, уважаемый Густаво, – обратился Зайт непосредственно к представителю праматери Тиамат на Земле.

Вжень едва заметно смутился, но тут же выдал широкую улыбку и ответил:

– Всё, что угодно. Чем смогу.

– Эксперимент планируется проводить на Луне не случайно. Туда труднее добраться представителям медиапотоков и их шпионской чудо-технике. О других возможных утечках мы с Браной позаботимся. Вам, уважаемый Густаво, необходимо всего лишь сохранить до поры до времени в секрете как сам эксперимент, так и его результат. Поверьте, это в интересах всей Земли.

– Без сомнений, – покорно, но продолжая улыбаться, ответил Вжень. – Я и моя паства, если того требует вера, достаточно немногословна. А если нужно, то и вовсе нема. Про своего помощника, думаю, вам объяснять не стоит.

Густаво подмигнул в пространство кабинета, понимая, что Зайт с Браной прекрасно фиксируют его мимику.

– Думаю, это всё, – подвёл черту Зайт. – Формальности обговорены. Хорошего дня всем присутствующим и до встречи на Луне через неделю, на площадке эксперимента.

Маркус знал, что Зайт прощается только с ним и с Густаво. Они являлись теми самыми присутствующими. С Браной у Зайта теперь налажена связь напрямую. Ведомства начали плотную совместную работу. А вот был ли допущен к этому диалогу помощник Вженя, – вопрос оставался открытым.

– До встречи, – сказал Маркус, глядя на Густаво.

– Рад был личному знакомству, – вяло ответил тот. Улыбка на его лице превратилась в надменную ухмылку. Проекция цилиндра пропала, а устройство в виде значка вернулось на лацкан пиджака.

Пастырь-щёголь эффектно развернулся на каблуках и, плавно вышагивая, покинул кабинет.

С уходом Вженя Маркус сразу почувствовал, как спина расслабилась. Стало понятно, от чего он ощущал лёгкий дискомфорт.

– Надеюсь, Брана, ты сможешь объяснить, для чего в этом проекте Зайту потребовался этот выпендрёжник?

– Естественно, – голос Браны звучал мягко. – Но для начала предлагаю переместиться к тебе домой. Там я смогу дать не только объяснение выбору Зайта, но и озвучить дополнительную информацию для подготовки к участию в эксперименте.

Мысль Маркусу понравилась. Будет время переварить впечатления от встречи с этим клоуном и привести психику в порядок под расслабляющую музыку в салоне транспорта.

– Поехали, – поднимаясь из-за стола и надевая фуражку, произнёс на выдохе Маркус.

8

Оказавшись дома, Маркус, не сняв форменный костюм, прошагал в комнату отдыха и уселся на широкий диван, выполненный по индивидуальному заказу в ретро стиле. Фуражку устало бросил рядом с собой. Поднявшись до ранга генерального дознавателя, он не проявлял видимых признаков радости. Тем более, что вместе с этим пришло поручение ответственного и необычного задания. Даже когда откинулся на диванную подушку, в его позе читалась внутренняя напряжённость. Поездка в транспорте под релаксирующую музыку не пошла на пользу.

– Предлагаешь продолжить работу здесь, в комнате отдыха? – спросила Брана.

– Хорошая идея, – задумчиво ответил Маркус. – Хотя бы первое время, пока буду привыкать к своему новому назначению.

– Когда начнём? – поинтересовалась Брана. – Может, доставить сюда лёгкий обед, горячий или энергетический напиток?

– Потом, – не двигаясь, сказал Маркус. – Расскажи мне наконец, почему Зайту пришлось привлечь в этот проект такую мутную фигуру как Густаво Вжень?

– Дело в том, что Густаво Вжень первый ухватился за кончик нити и определил связь между пустотелым артефактом и океаном Европы.

Такого поворота Маркус никак не ожидал. Он перевалился с подушки на подлокотник и спросил:

– Вжень знал об артефакте ещё до того, как произошло преступление Полякова и вещественное доказательство оказалось в нашем хранилище?

– Верно. Он первым обнаружил точно такой же артефакт в Национальном Африканском историческом музее. Сейчас всё объясню по порядку. – Брана развернула лазерную проекционную панель перед диваном на уровне глаз Маркуса. На проекции высветилось улыбчивое лицо Густаво Вженя с текстовым столбиком справа. – Лидер и наставник так называемой церкви Озарённых Милостью Тиамат. Адепты этого религиозного движения верят, что главным божеством во вселенной является древнейшая праматерь бытия и всего сущего – Тиамат. По представлениям древних она олицетворяла первобытный океан-хаос солёных вод, из которого родилось всё, в том числе и все последующие боги. Изображали Тиамат не только в женском образе, но и в виде дракона или гидры с семью головами. В шумеро-аккадском эпосе «Энума элиш» говорится, что народившиеся боги вступили с Тиамат в борьбу, а убивший её Мардук создал из поверженной богини небо и землю.

– Древняя космогония, – усмехнулся Маркус.

– Пожалуй, первая из известных, – согласилась Брана. – На этом и выстраивается логика вероучения Густаво Вженя – самая древняя, значит, самая верная.

– Спорная логика, – скривился Маркус.

– Не нужно забывать, что паства Вженя насчитывает около двенадцати миллионов человек по всему миру. У них есть общины даже на Луне и Марсе. Этот факт говорит сам за себя, – раз люди идут за Густаво, значит логика работает.