Аркадий Глазырин-Уральский – «Необыкновенные пояснения Аркадия из АСМ в России». Том 1 (страница 12)

Там даже прозвучала слышанная где-то когда-то лихая казачья с припевом:

“Вставай, Страна огромная

Вставай на смертный бой!”

И стоило только кому-то одному замолчать, как песню затягивал кто-то другой. Причём, весьма отрепетировано получилось. Даже водитель отметился (хотя он-то там был ну совсем не при делах), грозя встречным машинам кулаком, он, срывающимся на фальцет баритоном, пропел что-то про шаферов и баранки.

Так и ехал немецкий хоровой автобус вдоль моря по Турции. Пел и ехал, не имея возможности остановиться. Трасса ж всё-таки. “Хватит!” — успела один раз [в паузе между песнями] выкрикнуть одна некрасивая девица откуда-то сзади(прозвучало это как “Мюэнд хальтэн…”), но ей не удалось раскрыть Тему, и вместо развития Мысли о необходимости служить Родине, она вдруг, сама того не ожидая, вывела насильственную руладу и запела… “Катюшу” на своём родном немецком языке.

К моменту же, когда её партия окончилась, “гидша” на треноге уже ощущала себя полной дурой, не контролирующей процесс (тем более, что ей и в самом деле было бы не плохо похудеть), поскольку она всё ещё сидела на рыбацкой треноге у двери, но при этом как бы в дымке видела два силуэта на местах за водителем, которые уже были оставлены русскими.

И, наконец, она решилась пересесть. Но стоило ей только расположиться одной на двух местах сразу, как она истерически взвизгнула [словно бы по центру, между сиденьями внезапно вылезла и спряталась обратно острая пружина, пробившаяся сквозь обшивку] и уверенным, хорошо поставленным голосом гида неожиданно пропела на чистом русском языке:

— О, славное море, священный Байкал…

Ведь на самом деле та гидша, превосходно говорящая на немецком, была мало того, что родом из России, (что она всячески скрывала от всех и особенно от немцев), так и ещё из славного города Свердловска, в котором когда-то жила в “Городке чекистов” на Луначарского-Первомайской в доме напротив Дома офицеров, в квартире с кладовкой, где под слоем всевозможного мусора хранился крепёж и карта, указывающая путь к бетонному барельефу Сталина, снятому троцкистами “хрущёвцами” с фасада Дома офицеров в 1956-ом году. Барельеф тот был сохранён неизвестным офицером контрразведки и спрятан, если верить карте, где-то в подвале самого Дома офицеров (“по коридору направо, посторонние символы, кирпичи выбить, за ними тайная комната”), проживавшим тогда там (кстати, мысль — вполне ведь можно вычислить его фамилию, записи жильцов-то сохранились, к тому же соседи ещё могут быть живы и что-то помнить) и ждавший часа, чтобы вернуться обратно на так никем и не занятое место Вождя.

Именно она-то мне и рассказала через три года о том, что же там за чертовщина происходила в автобусе, после того как мы со Светой из него вышли.

Готов дать контакты Светы из Самары (она у меня в друзьях в ВК) и той немецко-русской фрау. Проверите сами.

_________________

Анализируя впоследствии рассказ Фрау Эльвиры, я сделал попытку реконструировать те необычные события, расширил пьесу за счёт подбора к ней музыки, и вот что у меня получилось: Камера. Кадр внутри автобуса. Второй ряд за водителем.

Малорослый немец в красной турецкой тюбетейке начинает играть на невесть откуда взявшемся аккордеоне, а его брат-близнец бьёт ему в бубен и поёт знаменитые “Ландыши” на своём языке. Русского он ещё не знает (не воевал), перепевает корявенько, но при желании узнать оригинал всё же можно. Тут камера делает разворот на 180° и мы видим, что в руках у пассажиров (в числе которых, конечно же, есть и дойче-бабушка в красно-коричневой вязанной шапочке) появились: трубы, гитары, маракасы. Немцы улыбаются, играют на них, стараются.

Как только Маленький Фриц заканчивает свою партию, петь начинает уже водитель.

Он много ездил с немецкими туристами, выучил их язык, и поэтому песня из него льётся сама-собой, чистая, без турецкого акцента.

Даём вид на водителя спереди. Он покачивается из стороны в сторону, держится за баранку, поёт и временами играет на спице руля пальцами — в руль встроены чёрные и белые клавиши (буквально на две октавы. Этого достаточно). В паузах, пока нет слов, водитель угрожает кулаком осветителю, который стоит справа за камерой. Оркестр же играет из магнитолы по радио. Караоке получилось.

Когда же мужчины наконец допели, то за дело берутся женщины в последнем ряду, образовавшие как бы квартет и начинают петь …про балалайку. В кресле перед ними сидит черноволосый скрипач (причём, разумеется, в шляпе и с пейсами), а у двери расположился гармонист, катастрофически похожий на Игоря Сантакова. Давайте послушаем их (на мой взгляд довольно хорошо получилось, отрепетировано, слаженно, с чувством) и простим им типично европейские заблуждения, согласно которым эти русские вечно пьяны, ночами напролёт шпилят на балалайках, а мысли у них… — Фу-фу-фу! Только про веселье, девочек, трах, трах, бух и баксы (да ещё в украинских банках). При этом ни стыда у них, ни совести.

___________________

Когда же те арийцы вернулися в дома свои в Байорише, где может немец спать, в поля свои просторные, что можно потоптать, то рассказали всем друзьям и знакомым, как они, находясь в Турции, оказались в одном автобусе в компании диких русских, где чуть было не всхлопотали “luley” прямо на ходу, и были на волоске от крупного международного скандала, из-за которого эти русские едва не отложили строительство «Северного потока» (оцените масштабы!), немножко, конечно же, приврав при этом, чтобы было не совсем обидно за себя.

Так «ПАЗ-ик» [в их рассказе] превратился в солидный Mercedes-350 (турецкого производства, но всё же германский Мерседес), русских там было человек 20, все они были с бородами, битами, пьяные, а их общие подруги хоть и были красивы собой, но имели самый отвязанный вид, причём, у кого-то на шее был причудливый шрам, как у Гретхен из “Фауста” Гёте.

Как же, вы думаете поступили немцы из компании SIEMENS в офисах в Мюнхене и Штутгарте?

Отвечаю: они домыслили себе ещё немножко и окончательно перепугались. Следствием этого стало то, что сами немцы из SIEMENS в Россию в командировки ездить перестали, а начали направлять туда немцев русских. Им-де это привычно. В общем, поступили они в точности как это лет 30-ть уже делают те же москвичи, направляя в регионы таких работников, которые родом оттуда. Этим простым способом решается целая груда казалось бы “неустранимых проблем”. Во-первых, командированные сами с радостью летят в свой регион, во-вторых, им там есть где остановиться у родственников, которые их ждут и которые им всегда рады, в третьих, их не пугает неведомый, ужасный, бандитский Екатеринбург, в четвёртых, они говорят с местными совершенно на одном языке с местным диалектом, словесными оборотами, “фенечкой”, произношением и особенностями, которых приезжий попросту не может знать.

Ну и разумеется, без переводчика.

Приезжий же, родом, скажем из под Воронежа, село Пески, не знает как это “встречаться под варежкой”, говорит медленно (уральцы тараторят и понимают раза так в два быстрее коренного “москаля”), “гыкает”, не способен в нужный момент прервать свою речь со сцены и на вопрос из зала, уточняюще спросить в ответ: “чЁ?”, чем разбудить всех минут на десять.

В общем, тот же Константин Абатуров из компании Kraftway (www.kraftway.ru) выглядел [на Днях Kraftway] в Екатеринбурге “своим в доску”. Поскольку он и есть свой. Пусть и тагильский.

В Сименсе же тогда настолько перепугались, что отказались от Мысли торговать с Россией напрямую.

Вследствие тогдашнего Светиного выкрика (что мало кто знает) в России в 2009-ом году была создана компания «СМС-автоматизация» (www.sms-automation.ru), специализирующаяся исключительно на поставке софта от Siemens.

В отчётах ООО «АСМ-ресурс» за 2011-ый год, между прочим, Вы можете как раз встретить поставку данного ПО. Продано оно было с НДС, поскольку не является OEM. Можете проверить.

В компании «СМС» работают исключительно россияне. Сами же немцы дальше СМС носу не кажут и напрямую с Заказчиками не работают. Б О Я Т С Я.

И совершенно зря, если что. Так вот, помните я Вам про евреев из Хургады рассказывал? Про Евгения Николаевича, который, родившись на глухой станции Джалтыр в Казахстане, в семье местной казашки и решительного, быстрого на передок комсомольца-строителя башкира, к слову, из Первоуральска, позже сперва переехал в город Целиноград, а затем уже оттуда, женившись на немке (которая как и он, до того в Германии не была ни разу), перебрался с нею вначале в Дрезден, а затем, разведясь, в Штутгарт, где долгое время был определён вначале “газоновожатым”, а затем, как подучил немецкий и обзавёлся немецким водительским удостоверением (с четвёртого раза, через idiotas test), стал техником в Сименсе, где, несмотря на наличие у него высшего образования и солидного опыта в деле заправки картриджей, немцы его на инженерную должность не взяли — обязанности инженера “ДА”, а вот зарплата “НЕТ”, только техником, ты уж извини. Его это так обидело, что он увязался к местным евреям и через некоторое время стал себя считать одним из них. Тем более, что он ощутимо картавил, особенно когда волновался и когда дьявол одолевал Котовского. Отмечу, что никто его не отговаривал и не разубеждал в его заблуждениях. Еврей так еврей.