Аркади Мартин – Пустошь, что зовется миром (страница 26)

– Ты арендуешь жилье на станции? – весело спросила она, когда они оказались внутри. Кушетки были светлого серо-голубого оттенка, по одной у каждой стены. Между ними стоял стол. Три Саргас опустила на него локти – холодный металл – и пожалела, что на ней не форменный жакет министерства информации. Эти жакеты так и лежали в багаже.

– Они эффективны, – ответила Махит, – и многофункциональны. И потом, я не могу увести тебя с этой палубы. На самом деле тебя здесь нет.

– На самом деле я прилетела встретиться с тобой.

Махит смотрела на нее несколько мгновений, достаточно долго, чтобы у Три Саргасс возникло желание отвернуться. Но она не отвернулась, раскрыла пошире глаза, положила подбородок на руки и заставила себя ждать.

Наконец Махит сказала:

– Ты по собственной инициативе прилетела? Или тебя прислала Девятнадцать Тесло?

Ее варварка всегда задавала умные вопросы.

– Это я, – сказала Три Саргасс. – По правде говоря, я вообще не должна здесь находиться. Но станция на пути к месту, куда я направляюсь, и я в самом деле заглянула сюда ради тебя. Ее Великолепие… насколько я понимаю, она прекрасно знает, где я в итоге оказалась, но это была моя идея.

– Она знает, где в итоге оказывается большинство людей, – сказала Махит.

– Она император, – согласилась Три Саргасс. – А кроме того, она – это она. Должна тебе сказать, она прислала Пять Агат, чтобы морочить мне голову в баре космопорта перед посадкой. Я не согласовывала никакого единого плана путешествия с Городом, но она, тем не менее, нашла меня.

– Узнаю Пять Агат. Пытаюсь представить ее в баре космопорта.

– Она хотела, чтобы я принесла клятву на крови в том, что меня не подкупил кто-то из замминистров министерства войны, и вела себя так, будто это в порядке вещей, ну, типа, обычное дело.

Махит протянула руку над столом и прикоснулась кончиками пальцев к коже над правым локтем Три Саргасс. Теплыми кончиками пальцев.

– Травинка, – сказала она, и Три Саргасс показалось, что шип вонзился ей в горло, никто больше не называл ее так, да и Махит не делала этого прежде, но ах. Ах… – Травинка, ты попала в какую-то плохую историю и пришлось бежать?

Хотелось бы ей, чтобы дела обстояли так. Тогда следующая часть этой истории рассказывала бы, как агент империи и варвар похитили малый истребитель и вместе переправились через ближайшие гиперврата в черноту. Ей всегда нравились поэмы такого рода, хотя конец у них почти неизбежно был трагическим.

Она своей рукой накрыла руку Махит.

– Нет. У меня все в порядке. Я даже не знаю замминистра Одиннадцать Лавра. Просто я должна направляться на войну, только и всего. И разговаривать с инородцами. Полетели вместе? Из тех, кого я знаю, ты лучше всех умеешь разговаривать с инородцами.

– Это потому что вы, тейкскалаанцы, считаете инородцем меня, – очень осторожно сказала Махит. Три Саргасс не думала, что ее поведение требует от собеседника осторожности – тем более от Махит Дзмаре. Впрочем, она не могла быть уверена, Махит все время удивляла ее. Именно по этой причине Три Саргасс и хотела взять ее на войну.

– Ты всего лишь почти инородец, – твердо сказала она Махит. – Не хочешь познакомиться с настоящими? Попытаться понять их раньше, чем министерство войны успеет их прикончить?

Махит не ответила на ее вопрос, не сказала «да» и даже «нет» не сказала.

– Сначала объясни, почему тебя отправили на войну. И в таком одеянии.

Хорошо еще, что не выдернула руку из-под руки Три Саргасс.

– Это очень дорогой комбинезон, – сказала она.

– Так ты под прикрытием?

– В настоящий момент нет.

Махит рассмеялась, и Три Саргасс поймала себя на том, что, глядя на нее, ухмыляется. Вот, вот чего ей не хватало. Этой головокружительной смены событий, уморительных и нелепых вопросов, которые, тем не менее, нужно было задать. В министерском офисе такого бы точно никогда не было.

– Мне просто нужно попасть туда как можно скорее, – объяснила она. – Поэтому я и выбрала другие гиперврата. Несколько остановок, что я сделала по пути, прошли без осложнений, потому что я была не я – на короткое время. Но ты должна увидеть мои одеяния специального уполномоченного. Я могла бы и для тебя заказать, если бы ты не была такой высокой.

Три Саргасс замолчала. Сжала руку Махит, прекрасно понимая, что пускает разговор в нужное ей русло, предлагает и соблазняет, манипулирует, хотя едва ли стоит так делать по отношению к тому, кому хочешь доверять и от кого ждешь того же. Но помимо всего прочего она хотела, чтобы Махит ответила согласием. Ей была нужна Махит – ради нее она и проделала этот путь.

– Нет, серьезно. Хочешь снова стать послом и специальным правительственным агентом, приписанным к Десятому легиону и в штате министерства информации? – спросила она.

– Ты попала в переделку, верно? – сказала Махит. – Или Империя? Это плохая война.

– Насколько широко на Лселе трактуется понятие «переделка»? – спросила Три Саргасс.

Она не произнесла этих слов, но они, конечно, висели в воздухе. Да, это плохая война. Мы не знаем природы нашего врага, мы потеряли несколько горнодобывающих колоний, ты сама сообщила нам, что ситуация значительно ухудшится, если мы позволим этим всепожирающим инородцам продвинуться еще дальше на нашу территорию. Понадобился бы Флоту из кучи боевых кораблей дипломат, не будь эта война плохой?

Половину рта Махит перекосила гримаса, близкая к выражению смеха, только подавленного.

– Не слишком широко, – сказала она, и на мгновение Три Саргасс показалось, что с ней говорит не Махит, а кто-то другой. Во всяком случае, не та Махит, которую она помнила. Три Саргасс хотелось спросить, почему она пришла в окружении высоких правительственных чиновников. Хотя это в духе Махит. Если Три Саргасс хоть немного знает ее, Махит наверняка погрязла по самые уши в грязной и опасной политике и занята этим все свободное время.

На самом деле они были вместе в Городе чуть более недели. Неделя – недостаточный срок, чтобы узнать человека. Но та неделя казалась длиннее других. Такое обычно случается в поворотные моменты. До той недели Три Саргасс была молодым честолюбивым агентом министерства информации и имела привычку проводить вечера в придворных поэтических салонах, в компании ее лучшего друга в Городе, которого она знала со времени их учебы кадетами. А потом наступило «после», когда Три Саргасс стала третьим заместителем министра информации, ее друг умер, а она совсем перестала писать стихи и, конечно, ничего не читала при дворе уже два с лишним месяца.

– Ты попала в передрягу? – спросила она Махит.

– А когда я в них не попадала? – ответила та и со вздохом откинулась назад, отпустив запястье Три Саргасс. По ощущениям это было сродни чрезмерному увеличению расстояния между электродами – при таком искра не проходит.

– По-видимому, ты была примерной ученицей, – сказала Три Саргасс.

– Ну да, – согласилась Махит. – Если я не попадала в передряги, то лишь в короткие промежутки времени, например, когда сидела взаперти в экзаменационном зале.

– А теперь?

– Вообще-то я бы вернулась в Город, – сказала Махит после мучительной паузы. – Я думаю, что улетела бы отсюда. Когда поняла бы, что время пришло.

Три Саргасс ждала. Она подумала, что Махит уже приняла решение, но будет лучше, если Три Саргасс не станет ее торопить – пусть уж она сама придет к тому решению, которое сможет выразить словесно. Она и без того уже надавила на Махит, и та может не простить ей этого, припомнить позднее, если это плохо для них закончится, и особенно если закончится хорошо. Разве она не убежала, когда Город и тейкскалаанцы наконец-то оставили попытки ее убить и, казалось, поняли, сколько пользы может принести посол Лсела, будь она хоть сто раз варвар? Она вполне может поступить так снова: добиться успеха, а потом стереть свое имя из тейкскалаанской памяти и истории, превратиться в призрака, сосланного в собственный дом.

Махит закрыла глаза, крепко сжала веки. Она прижала кончики пальцев к морщинкам, которые собрались на ее лбу, к этим парным признакам волнения.

– Тебе придется перевести это в строго официальную плоскость, – сказала она голосом, приглушенным собственной ладонью. – Типа «министерство информации по распоряжению Ее Великолепия императора требует». Блеск Ножа через уполномоченного Три Саргасс требует немедленного присутствия посла Махит Дзмаре на Флагманском-Корабле-Того-Легиона-Который Будет Назван.

Она имела до раздражения точное представление о грамматических особенностях тейкскалаанского официоза. Несправедливо было считать ее варваром – она стала блестящим агентом министерства информации.

– И пока ты занимаешься этими делами, – продолжила Махит, – очень тебя прошу: не нарушай больше нашего таможенного законодательства. Найди способ присутствовать на станции легально. Мне бы не хотелось, чтобы у Советника Ончу нашлись новые причины ненавидеть меня, кроме обычных.

Три Саргасс хотелось узнать, какими были обычные причины, но она решила, что с этим лучше повременить. У нее будет три месяца командировки и нахождения в театре военных действий. Достаточно, чтобы познакомиться с кем угодно и выведать все их тайны. Даже если речь идет о Махит Дзмаре.

– Империя будет помнить имена колонистов, работавших на Пелоа-2, как тейкскалаанцев, погибших на поле боя, – сказал Двадцать Цикада солдатам, стоявшим строем в самом большом ангаре «Грузика для колеса», единственном пространстве на корабле, способном вместить весь персонал, не несущий боевого дежурства. – Ваше участие в этом похоронном ритуале тому гарантия. Убитые на Пелоа-2 останутся в вашей памяти, вы напишете их имена на оружии, которым отомстите за их смерть. Кровь, которую они пролили, впитает не земля их планет, а Империя, которая вскормила их и вскармливает вас.