Ария Гесс – Развод. Жизнь в новых красках (страница 10)

Машина подъезжает быстро. Через пару минут я уже сижу, скрутившись в калачик на заднем сидении, мечтая уснуть и прекратить эту пытку. Ощущение дежавю лупит по шатким нервам.

— Вам куда? — спрашивает таксист.

— В Калугу.

Телефон звонит от пришедшего сообщения. Это от юриста:

«Примите мои поздравления, Камилла Олеговна, Вы свободны. Сегодня Вас с Вячеславом развели».

Слёзы катятся из глаз, и я истерически трясусь.

Кто бы мог подумать, что меня, разбитую и переехавшую в другой город, смогут раскромсать еще больше, чем я уже была. И как жаль, что я позволила этому случиться.

Артем

Сижу в своем кабинете злой и из-за работы, и за утреннего «завтрака». Что у неё в голове вообще? Продинамить, чтобы потом снова пытаться сблизиться. Это что, фетиш такой?

Не стал идти у неё на поводу. Завтрак, конечно, съел, но чистый прямой намёк зайти к ней перед уходом на работу специально проигнорил. Пусть решит для себя, что ей вообще нужно, потому что я уже на грани…

Смотрю на сидящую рядом со мной Свету и стискиваю челюсть. Она часто находит способ привлечь ко мне внимание, но сегодня её взгляды становятся всё более настойчивыми. Мысленно делаю себе пометку обязательно поговорить с ней об этом, потому что сейчас не могу.

Куча работы, с которой кроме неё никто не справится. Искать нового человека просто нет времени.

Не раз замечаю, как она наклоняется ко мне ближе, вываливая перед лицом грудь, ненавязчиво касается. Раньше я бы даже похвалил за столь незамысловатые намеки, сейчас же — раздражает.

Резко встаю со стула и выхожу в коридор. Мне срочно нужен кофе. Света тащится за мной, а я только и делаю, что думаю о Камилле. Механическими движениями наливаю себе черный эспрессо и сажусь за гостевой столик.

— Артем Владимирович, у вас всё хорошо? — прорывается сквозь создание вопрос. Перевожу на неё расфокусированный взгляд и сглатываю.

— Да, Свет. Давай на пару минут от работы отвлечемся, заебался. Ты лучше скажи, как Катюха? — интересуюсь ее дочерью, которую Света растит одна.

Тяжело, конечно, но она сама выбрала такую жизнь. Бросила бедного мужа, устроилась в элитный офис, надеясь сорвать куш и выйти за богатого.

Только вот я сразу ей сказал о моих границах. Но за секс все же платил. Жалко с одной стороны стало…

— Ты не поверишь, — переходит на неформальное общение, — вчера мне такое устроила. Говорит: «Мам, давай купим мне сестренку или братика!». Я говорю - Нет, Кать, они очень дорогие. И она такая: « Да? Ну тогда лучше сама роди, это бесплатно!»

Рассказ Светы реально немного веселит, заставляя разбавить атмосферу уныния. Но только до того момента, как замечаю ее ладонь, скользящую у меня между ног. В этот же момент краем глаза цепляю знакомую фигурку Камиллы. До того, как она успела отвернуться, успеваю заметить, как ее выразительные глаза наполняются недоумением и болью. Я вижу, как она сжимает губы в тонкую линию, и её лицо теряет всякое выражение. Это мгновение оказывается слишком тяжёлым, и, не дождавшись объяснений, она стремительно уходит.

— Может подумаем о совместном ребёнке? — слышу голос Светы и зверею окончательно.

Откидываю ее руку и смериваю презрительным взглядом.

— Тебе ботокс в голову ударил? Я тебе сколько раз говорил о наших отношениях? Я сколько раз предупреждал, чтобы ты не строила иллюзий? Я предлагал все закончить, если ты не в состоянии это выдержать!

— Я знаю, но может ты передумал…

— Свет, начни искать себе замену, пожалуйста, — говорю то, о чем давно уже думал.

Света морщится и отворачивается, боясь при мне расплакаться.

Чувствую себя ублюдком, но времени ее успокаивать совсем нет. Встаю и по пути набираю сотрудников ресепшена. Описываю визуал Камиллы и слышу неутешительное:

— Она заплаканная уехала на такси.

Всё внутри меня останавливается. Я понимаю, что эта ситуация может стоить мне человека, с которым впервые за долгое время я бы хотел никогда не расставаться.

Бросаю все дела и прыгаю в тачку. До дома доезжаю рекордно быстро. Захожу внутрь и бегло оглядываюсь: все вещи на месте, ее верхняя одежда, которую я дарил, висит на вешалке, а вот обуви… нет.

Все равно оббегаю дом, чтобы удостовериться.

Она уехала.

И это я все испортил. Давил на неё, а потом ещё это представление в офисе.

— Блять! — хватаю стоявший на кухонном столе стакан и швыряю его о стену.

Нервно хватаю воздух, делая резкие выдохи. Дыхание нифига не восстанавливается.

Что я о ней знаю вообще? Ровным счётом ничего! Кроме того, что она в Калуге жила.

Выбегаю на улицу и завожу машину. Плюю на все доводы разума о том, что даже если приеду в Калугу, не смогу ее найти.

Выруливаю из дома и набираю охране офиса.

— Посмотрите по камерам номер машины такси, на котором уехала моя гостья сегодня. Да. Спасибо. Пришлите сообщением.

Вырубаю трубку и разгоняюсь до незаконной скорости.

Если догнать ее — единственная возможность не потерять окончательно нашу связь, то я сделаю это.

15

Камилла

Думала, по пути смогу расслабиться и уснуть, но тело предательски держит себя бодрым. Естественно, ведь сейчас обед.

Дождь не перестает лить, поэтому таксист, предупредив заранее о долгой дороге, едет медленно.

Как раз есть время подумать о том, как вообще жить дальше: чем заниматься, где жить, кем работать?

Думаю, переночую на даче, оставшейся мне от бабушки. Небольшой однокомнатный домик с кухней и ванной, но зато такой уютный. До сих пор благодарю себя за то, что в свое время не уступила Славе и не продала ее. Сейчас это единственное место, куда я вообще могу вернуться.

Едем очень долго. Кажется, даже темнеть начинает, когда я впервые начинаю узнавать знакомые места. Расплатившись с таксистом, выхожу на уличную сырость после дождя.

Открываю калитку и ощущаю, как пальцы дрожат от волнения. Сегодняшний день стал для меня настоящим испытанием. Никогда ещё не ощущала такой внутренней пустоты и не знаю, как справиться с болью, которую он причинил.

Делаю шаг внутрь, собираясь закрыть за собой калитку, как слышу шаги за спиной. Невольно замираю, перепугавшись до смерти. От этого становится ещё больнее: чувствовать себя такой одинокой, такой сладкой. Звук повторяется, и я пристальнее вглядываюсь в темноту.

Он делает шаг на освещенную фонарем территорию, а моё сердце взрывается от переизбытка бахнувшего в него адреналина.

Артем стоит напротив меня, сверля меня взглядом.

— Уходи, — с трудом произношу я, пытаясь, наконец, закрыть эту гребаную железяку, но он вырывает ее у меня из рук, распахивает дверцу и нагло толкается внутрь. Его рука ловко накрывает мою, а вторая уже тянет за талию.

И прежде чем я осознаю, что вообще происходит, он притягивает меня к себе и целует. Этот поцелуй отличается от тех, что были до этого. У этого поцелуя привкус отчаяния, боли и соленые капли, которыми я сама же его и напитала. Мой ум протестует, но тело помнит его прикосновения, и я всецело ощущаю, как противоречие разрывает меня на части.

Он отстраняется, смотрит мне в глаза, и я вижу в них такое неподдельное сожаление, что аж на смех пробирает. Зачем я целую его? Зачем мучаю себя ещё больше?!

Отворачиваюсь от него, но он удерживает, хватая за руку.

— Подожди, — его голос звучит хрипло, но при этом как-то… искренне. — Дай мне всё объяснить.

Я стою в полном смятении, чувствуя, как замирает время. Ненависть и влюбленность переплетаются внутри меня, и я всё еще не уверена, должна ли я слушать его или просто вычеркнуть из своей жизни.

– Ты все не так поняла, — говорит, а я ощущаю, как волнение проникает в каждую клеточку моего тела. — У нас были раньше отношения, но все закончилось. Она перешла границу в офисе, а я был слишком занят мыслями о тебе, чтобы вовремя спохватиться. Мне незачем врать тебе. Иначе зачем мне было ехать три часа за машиной твоего такси? Мне нужна ты. Полностью. Вся. Похуй на секс. Если ты не готова, я подожду, но я должен понимать, что ты тоже этого хочешь. Ответь мне сейчас. Я приму любой твой ответ, и если ты решишь, что ещё не время — я уеду, — говорит очень серьезно, а мне плакать хочется. Разреветься по полной, чтобы отрубиться и не вспоминать ни о чем.

— Поверь мне, — продолжает он, и я вижу в его глазах отражение того, что я сама чувствую: дикую симпатию, которую сложно скрыть.

И я верю. Ничего не отвечая, обвиваю его шею, позволяя теплым рукам скользнуть на талию и прижать крепче.

Он снова приближается и уже осторожно наклоняется, чтобы поцеловать меня. Этот поцелуй — не просто жест, это обещание, которое перекрывает все наши разногласия. Я отвечаю ему, отрешаясь от всего, что было до этого. Вопрос с разводом — лишь формальность, которая мешала мне внутренне быть с человеком, которого… люблю. И теперь, когда он решен, я в полной мере отдаюсь чувствам, зная, что я чиста перед своей совестью и перед Артемом.