Ария Деви – Сумасшедшая реакция (страница 5)
И это было абсолютной правдой. Почему-то в этот момент я очень доверяла Кариму. Казалось, он никогда не ошибается, не промахивается. И это так же незыблемо, как ночь, сменяющая день. Ему можно доверить жизнь.
Еле заметно дёрнув щекой, он резко отвернулся, сразу впиваясь внимательным взглядом в девушку напротив.
Она подняла руку с пистолетом вверх. Секунда, и выстрел красной вспышкой озарил округу, что означало «погнали!».
С гулким рёвом мотора и визгом шин мы сорвались с места, отчего меня вжало в спинку сидения. Внутренности стянулись в один крепкий узел, а дыхание перехватило. Я зажмурилась поначалу не в силах вдохнуть. А когда открыла глаза и жадно вдохнула приоткрытым ртом, пейзаж перед взглядом размазывался от скорости, с которой мы неслись.
Прикусив губу от дёргающего нервы адреналина, перевела взгляд на Карима.
Он был целиком и полностью сосредоточен на дороге, руки напряжены. Мускулы бугрились и подсвечивались неоном от сенсорной панели в ночи. Даже казалось, будто горячий пар валил из его ноздрей, так он горел этим мгновением изнутри.
Вдруг он кинул хрипло, всего на секунду с улыбкой обернувшись ко мне:
– Держись!
Моя реакция получилась мгновенной – я вцепилась двумя руками в кожаное сидение. Мы заходили на крутой поворот, машина опасно накренилась и плавно… задрифтовала!
– А-а-а-а! – в этот момент у меня не получилось заглушить свой восторженный визг, рождающийся из самой глубины вибрирующей груди. Это что-то невообразимое!
Я азартно крутила головой, успевая слепящими вспышками отмечать и то, как Карим заправски орудовал панелью передач и педалями попеременно.
В этот момент в моём сознание обитала лишь одна мысль: я никогда не забуду этого! Ни этого человека, ни этого запаха, ни этих поднебесных ощущений.
Сердце в ушах отбивало свой бешенный ритм: «БУМ! БУМ!..»
А я смеялась и визжала. Так самозабвенно, что, кажется, меня слышали даже наши соперники.
В один момент, когда я уже просто широко улыбалась, а колёса снова заточенной стрелой рассекали мокрый асфальт, наши с водителем взгляды умышленно встретились. Карим…
Он тоже улыбался, разделял мои эмоции. И смотрел… с восхищением? Желанием? Или мне всё это казалось?
Неважно, ведь…
Пропало всё, в очередной раз. Остались только мы и целая вселенная в чёрных, мерцающих глазах напротив. Всего на какие-то крупицы мгновений, но за это время моё сердце успело несколько раз остановиться и несколько раз кувыркнуться в груди.
Пришлось встряхнуть себя в очередной раз. И быстро отвернуться. Нельзя влюбляться, Аня! Ни за что!
Тот крутой поворот оказался выездом на параллельную полосу, разделённую со встречной бетонным ограждением и широким куском земли. Мы неслись к старту-финишу.
Я огляделась. И нетерпеливо заёрзала на месте с широкой улыбкой.
– Мы первые, Карим! Мы первые! – тараторила будто не веря, постоянно оглядывалась назад и заглядывала в боковое зеркало.
Если честно, с этими эмоциями я и подзабыла, что у нас тут гонка. Но сейчас, вспомнив, я будто опьянела ещё больше от чувства победы.
Карим ничего не ответил мне на это. Но его улыбка была красноречивее любых слов. Его явно забавляли мои эмоции. А я старалась больше не смотреть на него. Но до финиша каждый раз внутренне вспыхивала, когда кожей чувствовала обращённый на меня взгляд Карима. Он – смотрел. Ещё как. Чем неимоверно мучил меня и… погружал в кипяток удовольствия.
На финише нас встретила галдящая толпа. Они практически окружили подъехавшие машины.
Я хотела быстро выпрыгнуть на улицу, дабы больше не испытывать своё сердце, но не успела. Карим аккуратно взял моё запястье в свою массивную ладонь и сжал её.
– Аня…
Глава 7. Спокойной ночи.
– А?
Мне правда показалось, что в этот момент лишусь чувств. Вдох встал поперёк горла, когда я резко обернулась.
– …Я рад, что со мной поехала именно ты. И рад, что тебе понравилось, – Карим говорил очень мягко, будто боялся спугнуть. И одновременно так изощрённо хищно, что я совсем разволновалась. Очень остро ощутила на себе взрослую, по-настоящему мужскую энергетику. Только сейчас поняла, что передо мной не Никита, не парень, только недавно вышедший из пубертатного периода. Передо мной зрелый человек, который знает, чего хочет.
– Я роже тада, – кивнула с улыбкой, а потом резко захлопнула рот, округлив глаза, и быстро исчезла из машины под весёлый смешок Карима.
Какое позорище!
«Мне нужен воздух, нужен воздух…» – зажмурилась, глубоко вдыхая уже уличную прохладу.
Я впервые участвовала в гонках, пусть и на пассажирском сидении, но в
Да, определённо лучше думать об этом.
Стала пробираться сквозь хаотичные потоки, чтобы найти подруг.
Люди вокруг суетились. В этот момент здесь собралось уже большинство присутствующих. Поздравляли Карима с победой: кто жал руку, кто обнимал. Наверное, происходило что-то ещё. Но в моём фокусе был только он, хоть и приходилось для этого выворачивать шею по пути.
Этот парень явно пользовался популярностью у здешних завсегдатаев. Он источал неподдельную уверенность каждым своим движением и словом, и это подкупало, притягивало внимание.
Неудивительно, почему же на него хотелось смотреть, за ним наблюдать.
– А-а-а, как классно! – врезалась в меня Таня с радостным воплем и удушающими объятиями. Трясла меня, пока я пыталась не задохнуться от её прыти. – Так жалко, что я боюсь скорости и всего этого! А так бы хотелось тоже! Побыть с Каримом наедине! Он ничего про меня не говорил?
Я ощутила себя чуть-чуть виноватой, когда подруга отстранилась с мечтательной улыбкой.
– Нет…
Но она будто этого и не услышала.
– Мы бы съехали с маршрута и познакомились поближе. Он бы точно не устоял…
Вина и стыд быстро исчезли, на их месте появилась неуместная ревность, которая подъедала мои внутренности, противно почавкивая. И которую я мигом постаралась заглушить. Театрально скривилась и замахала руками.
– Фу! Шакирова, избавь меня от своих пошлых мыслей! – а затем улыбнулась восхищённо, взяв Таню под локоть. – Видела бы ты его в момент заезда! Он был так увлечён, я бы даже сказала, одержим. И всё, что ему было нужно, – дорога и эта свобода…
Подруга хмыкнула, поворачиваясь со мной в другую сторону.
– Я знаю, как заставить мужчину бросить всё ради меня.
Я только цокнула. Таня и её самоуверенность, ничего нового. Наконец найдя взглядом в этой толпе Ангелочка, махнула ей.
– Лер, мы здесь!
Подруга вся светилась изнутри, когда приблизилась к нам. Её щёки покрывали розовые пятна, а сама она не могла остановиться кусать нижнюю губу.
– Лер, – улыбнулась я и переглянулась с Таней, у которой глаза уже полыхали демоническим пламенем от нетерпения вытрясти из подруги все подробности. Да и я с трудом сдерживалась, подрагивая всем телом. – Мы видели тебя с тем парнем! О чём вы говорили?
– Шамиль… Его зовут Шамиль, – выдохнула подпруга дрожащим голосом, явно очень сильно волнуясь. Отвернулась, улыбнулась, собираясь с мыслями.
А мне пришлось дёрнуть Шакирову за локоть и шикнуть на неё глазами, потому что та явно намеревалась «поторопить». Но с Ангелом фирменный напор Тани бесполезен, она бы, наоборот, закрылась в себе.
– Точно, Шамиль.
Наконец Лера подняла взгляд и, выпустив изо рта протяжный выдох, улыбнулась шире.
– Это не первая наша встреча…
Таня подавилась воздухом, и я снова её дёрнула за локоть. Лера смущённо хихикнула.
– Да. Неделю назад… возле торгового центра, я парковалась там. У меня не получалось заехать между двумя машинами. А в попытках вырулить я потом вообще встала так, что никуда не могла. Даже свою дверь открыть… Разревелась. А Шамиль выезжал с парковки, но, увидев мою ситуацию, остановился помочь. Там было очень мало места, но он как-то залез и помог мне выехать. Успокаивал ещё. А потом сам припарковал мою машину на своё прежнее место…
– Охренеть! – воскликнула восторженно Шакирова, а я согласно закивала.
– И вы познакомились?
Лера мотнула головой.
– Нет. Я тогда и слова произнести не смогла кроме «спасибо». Испытала такой стресс. А сегодня мы встретились тут. Он сначала спросил, не было ли у меня больше проблем с парковкой, а потом пригласил… на свидание.
– И-и-и! – взвизгнула я, подпрыгнув, и обняла Ангела. Расчувствовалась, будто меня пригласили. И не на свидание, а замуж. Наверное, мне хотелось отвлечься от своих не особенно лёгких мыслей из-за запретного Карима.