Ария Атлас – Клятва мертвых теней (страница 7)

Пришло сообщение от мамы. Она осталась работать двойную смену, а это означало, что у нас останется слишком мало времени на прощание перед отъездом. Может, это и к лучшему. Чувство вины разрывало изнутри и отдавалось в висках не хуже похмелья, но я слишком была трусливая, чтобы признаться ей во всем заранее. Раньше мама отрицательно относилась к любым моим вылазкам за город, поэтому я не была уверена, что она меня поймет.

Точнее, я была уверена, что мой поступок разобьет ей сердце.

Я написала длинное письмо, в котором объяснила, что чувствую. Мама оберегала меня от окружающего мира на протяжении восемнадцати лет, но теперь я стала совершеннолетней, и мне больше не требовалась защита. Мне требовалась свобода.

В последнее время мне стало трудно выражать чувства словами. Письмами легче.

Если бы я не встретила Аклис, то сейчас уже поступила бы в местный экономический университет в получасе езды от дома на надежную и скучную специальность. Стала бы специалистом по финансовому планированию с постоянным графиком и окладом, или вроде того.

Точнее, моя мама думает, что я так и сделала, и поэтому устроилась официанткой на все лето. Чтобы скопить денег на первый семестр обучения. У меня так и не хватило совести признаться ей в правде.

Она будет невероятно разочарована.

Ослабевшими руками я опустила чашку с кофе на стол и оставила на поверхности влажные разводы. Заметив, я поспешила стереть их рукавом. Часы на кухне задорно тикали. Они продолжали тикать, даже когда я поднялась в комнату, чтобы упаковать оставшиеся вещи, и спустилась назад за второй кружкой кофе. Тревога заполнила легкие, и дыхание стало глубоким.

Где же она? Мама уже должна была вернуться с работы. За рулем она никогда не брала трубку, поэтому, когда гудки на телефоне остались без ответа, я решила, что она уже едет домой.

Оставалось все меньше времени до отъезда. Последний автобус уходил в шесть вечера.

Чтобы успокоить нервы, я запустила стирку со старым пледом и маминой одеждой. Я смотрела, как крутится барабан, и покусывала губы.

Телефон звякнул, но на экране высветилось имя Аклис.

«Я хочуууу умереть. Голова болит ЖУТЬ!!!»

«Ах, тусовщица:)» — быстро напечатала я.

«Надеюсь, я немного отойду к вечеру. Увидимся в пять?»

Ответив смайликом с вытянутым вверх большим пальцем, я еще раз проверила пропущенные звонки. Пусто.

Что-то грохнуло со стороны крыльца. Последовал знакомый топот. Я облегченно выдохнула и побежала вниз. Мама, должно быть, устало взбиралась на крыльцо после долгой смены в госпитале. Я распахнула дверь, ожидая застать ее, согнувшуюся перед дверью в поисках ключей, которые она опять выронила. Я ожидала увидеть на крыльце полные пакеты, ведь она наверняка задержалась, потому что заехала после работы в продуктовый магазин. Но багажник был закрыт, машина пустовала, а пакеты прислонились к заднему колесу. Газировка лопнула и потекла из пакета на землю. Подозрение сбросило якорь.

Послышался шум позади дома, и я побежала туда. Голоса стали разборчивее, как только я приблизилась к старым качелям на заднем дворе. Застыв на месте, я не придумала ничего лучше, кроме как скрыться за ними. Укрытие было абсолютно ненадежным, но, кажется, мамин собеседник меня не замечал.

Одет он был на удивление странно. Я взмолилась, чтобы это не был очередной мамин ухажер. Не очень хотелось наблюдать за их личной ссорой, подсматривая из-за качелей.

— Тамала, на этот раз тебе не сбежать, — ехидно улыбнулся он и приблизился. — Ты знаешь, что случается с такими, как ты.

Из ниоткуда второй мужчина вырос позади нее и что-то тихо сказал.

Мама вздрогнула, словно ей дали пощечину. Я потянулась в карман за телефоном, чтобы вызвать полицию, но, ощупав карманы на заднице, поняла, что оставила его в доме. Хотелось выругаться, но времени не было. Мужчины продолжали кричать что-то маме об ошибках и тайнах, а ее лицо превратилось в бледное полотно.

— Твои тени подавлены и тебе не помогут. Я это чувствую, — сказал один из них и принюхался к маминой шее.

Я быстро сосчитала до трех и оторвалась от качелей. Может, они удивятся, если поймут, что драться придется двое на двое? Я мысленно усмехнулась сама над собой. Мои навыки защиты оставляли желать лучшего. Зато я быстро бегала и могла их отвлечь.

Прежде чем я успела сделать шаг, один из мужчин ударил маму по голове, и она ничком упала на землю, словно мешок с картошкой. Я зажала рот руками, чтобы не выдать себя удивленным криком. Ее грудь размеренно вздымалась.

Мужчина вытащил из ножен на спине меч, а затем разрезал им воздух. Огромная дыра зияла перед ним в воздухе, переливаясь, как огромный кусок черной фольги. Синеватая по краям, эта брешь вела в никуда, в бесконечную пустоту. Незнакомец шагнул к ней, а спустя секунду скрылся в темноте. За ним последовал и его помощник.

Вместе с телом моей матери в руках.

Твою же…

Мои руки судорожно затряслись, и я выбежала из своего укрытия, но успела добежать лишь тогда, когда дыра затянулась. Мама словно растворилась в воздухе вместе с незнакомцами. Я пробежала вокруг дома два раза, но не никого не нашла. Я отчаянно ухватилась за лоб и быстро задышала, отгоняя тошноту. Я была совершенно одна.

Куда они делись?

Ноги больше меня не слушались, и я осела на землю. Соседский пес громко залаял, заставив мое сердце стучать еще быстрее, чем это было возможно. Мозг отказывался осознавать, что только что произошло.

Моя мать исчезла с двумя неизвестными мужчинами, которые сделали брешь в воздухе. Психушка по мне плачет.

Пес в соседнем дворе продолжал лаять, что есть мочи. Я решила вернуться в дом и все же вызвать полицейских, но тут заметила его. Тот самый парень из клуба, с которыми я вчера развратно танцевала, смотрел на меня из-за деревьев.

Твою же мать. В квадрате.

— Ты видел, что произошло? — Я удивилась своему осипшему голосу и поняла, что за все утро не произнесла ни слова.

Он коротко кивнул. Не думала, что буду рада увидеть его снова. Но теперь у меня хотя бы будет свидетель, и полиция не решит, что я свихнулась. Я поднялась с земли и отряхнулась.

— Ты запомнил их лица? Почему не вмешался?

Парень усмехнулся, но не ответил.

— Говорить умеешь? Или ты немой? — Гнев бурлил во мне. — Ты тратишь мое время!

— Умею, — ответил он после длительной паузы.

— Ну, и чего ты там стоишь? Поехали в полицейский участок!

— Не думаю, что полиция сможет отыскать твою мать после того, как Хранители переместили ее в пространстве.

— Что, прости? — оторопела я.

Незнакомец приблизился.

— Ты же видела, что они использовали транслагодский меч?

Кажется, моя челюсть самостоятельно опустилась, прямо как вчера в клубе. Только бы это не вошло в привычку…

— Неужели ты не знаешь историю трансмансии?

Я по-прежнему стояла, уставившись на его хмурую физиономию. В свете дня он выглядел невероятно бледным, словно вообще с рождения не бывал на солнце. Его кожа была прозрачной, как рисовая бумага, и под ней отчетливо виднелась каждая неестественно голубая вена.

Даже не голубая, а скорее ярко-бирюзовая. Зрелище завораживало и пугало одновременно.

— Господи… — простонал он. — Ты вообще не в курсе кто ты такая, не так ли?

— Меня зовут Мора, — возразила я и распрямила зачем-то плечи.

— Хорошо… Мора. Твою мать только что арестовали Хранители Синклита. Ты представляешь, почему это могло произойти?

— Хранители… чего?

Я чувствовала себя невероятно глупой, словно в школе пропустила целый семестр, в течение которого нас обучали причудливым словечкам и сумасшествиям, вроде перемещения сквозь пространство.

Очевидно, я сплю. Другого объяснения не может быть.

— Что ты делаешь? — хрипло спросил он.

Незнакомец удивленно смотрел, пока я щипала себя за ляжку под шортами. Кожа на этом месте сильно покраснела, но я так и не очнулась от ужаса.

Сон: один. Мора: ноль. Побежденная, я шумно выдохнула.

— Слушай, времени мало. Не знаю, что у тебя там за кризис в голове сейчас… Но реальность такова, что твою мать арестовали Хранители за какое-то преступление, а ты сама понятия не имеешь, к какому миру принадлежишь, — Он надменно скрестил руки на груди. — Так ты желаешь узнать, что произошло с твоей матерью или нет?

Чудак был прав, но не хотелось этого признавать.

— А откуда ты все это знаешь?

Он приподнял брови, словно я спросила нечто совершенно очевидное.

— Я такой же маг, как и ты… Был им, по крайней мере.

— Маг… — протянула я, потирая шею.

Все это тяжело укладывалось в голове.