Арий Родович – Эхо 13 Забытый Род (страница 111)

Ага… теперь я тебя чувствую.

Двенадцатый ранг даёт о себе знать. Я и раньше ощущал тебя, но не так ясно. Не до конца вошёл в силу — не хватало резонанса. А теперь — полностью в ней. И ты больше не тайна. Уже не такой уж и скрытный убийца.

Странно. Почему тебя раньше никто не поймал? Неужели я первый двенадцатый, кто способен нащупать твою тень? Или тебя специально оставляли в живых? Удобный инструмент, нужная фигура… Не моё дело. Канцелярия меня больше не касается.

А тебе я пока дам выжить. Ты работаешь на нас, и чем больше у нас бойцов — тем быстрее мы вырежем эту стаю.

О. Тебя заметили. Всего три секунды понадобилось. Неплохо. Значит, среди них есть кто-то толковый в разведке. Ладно. Помогу.

Выхожу в боевой режим. Двенадцатый ранг гудит в каждой жиле. Прыжок вперёд — и первые пятеро просто ломаются по пути. Даже не остановился: плечо, локоть, удар коленом. Хруст костей, визг и тишина.

Дальше — быстрее. Я не экономлю силы. Каждое движение — насмерть. Десятки сердец глохнут одно за другим. Счёт летит вперёд. Двадцать, тридцать, сорок… Пятьдесят.

И тут чувствую: в мою сторону летит источник силы. Большой. Слишком большой, чтобы списать на случайность. Он в боевом режиме. Скорость на уровне моей. Может, даже выше.

Встреча. Врезается прямо в меня. Я держусь. Щит вибрирует, но выдерживает. Аспект молнии. Вот значит как… С таким повозиться придётся.

Первый удар я пережил. Второй — уже по площади. Он не жалеет никого. Заливает всё вокруг молнией. Окружающий мир вспыхивает белым светом, воздух трещит, запах озона забивает горло.

Я напитываю себя до предела. Щит держит, тело горит изнутри. Удар прожигает, боль пронзает каждую клетку. Но я стою. Ранен, да. Но жив.

И этого достаточно.

— Начинайте — рычу я в эфир.

Интерлюдия III · Кирилл Евгеньевич

Пришла команда. «Начинайте».

Повторять не пришлось. Маги уже держали сплетения. Первый залп ушёл сразу. Двадцать процентов. Не больше. Чисто, чтобы снять давление с Максима. Он должен забрать на себя «Клыка». Вряд ли кто-то из моих сумеет справиться с ним в лоб.

Нет… в принципе, я бы мог. Но тогда мои ребята полягут десятками. А я и так знаю: пятнадцати, двадцати процентов мы не досчитаемся после этой бойни. Это минимальный расчёт.

Залп. Вижу, щиты подняли. Отлично. Именно этого я и добивался. Пусть тратят силы, пусть держат купола. А мы пока не жмём до конца.

Включаюсь сам. Боевой режим.

Как же я ненавижу работать в полную силу. Откат потом такой, что неделю отходишь. Тело меняется, кости трещат, кожа хрустит, сухожилия горят. Неприятно. Больно. Зато практически два ранга в плюс.

@#%!.. второй раз за два дня матерюсь.

Конец интерлюдий.

Да что, мать его, здесь происходит?!

Шеф бьёт по площади. Он не только Максима накрывает — своих тоже задевает. Значит, что-то почувствовал. Неужели Максим стал ещё сильнее, чем был раньше?..

Со стороны Канцелярии идёт что-то страшное. Воздух дрожит, земля гудит. Это не просто плетения — это целая буря. @#%!.. да что творится в этом Красноярске?! Почему именно здесь такой ад?

И главное — скрытник всё ещё жив. Я уже залил километр леса, сжёг каждую тень, где он мог спрятаться. А он всё равно режет. Люди дохнут. Как?! Он должен был сдохнуть сотни раз.

Я ору в рацию команды, даже не думаю:

— Секторы! Залп! Десятки — вперёд! Давим!

И тут же понимаю — прятаться надо. Куда? Куда тут спрячешься, когда ад рушится прямо на головы?

О, хотя бы десятки дошли. Первые потери у Красноярской Канцелярии. Радость? Ха. Секунда. Одна десятка — и нет её. Так быстро?! Да невозможно… Вторая зашла в бой. Я чувствую, как их Эхо сталкивается, как полыхают удары. Там настоящее безумие. Наши заливают их. Они заливают нас. Стихии, искры, молнии, тьма, пламя. Всё вместе.

И я уже перестаю понимать поле. Всё смешалось. Это не бой — это война.

Счёт в голове рвётся. Нас было пятьсот. Осталось… сто пятьдесят. Прошло две минуты. Две, @#%!.. минуты!

— Держим строй! — кричу. — Не отступать!

Но слова тонут в гуле.

Сто двадцать пять. Сто.

Красноярских — двадцать минус. Но они держатся. А мы сыплемся, как мусор.

Вторая десятка легла.

Шеф… я не чувствую его. Что?.. Он пал? Нет. Сердце ещё бьётся. Значит, жив. Но он упал.

Макс… он жив. Но ранен. Я это чувствую.

Три девятки сдохли со стороны скрытника. Как он пробрался сюда?! Расстояние маленькое, но всё же… не должны были пустить. А он рвётся, как нож сквозь ткань.

Нас осталось двадцать. Двадцать!

Я уже не считаю команды. Я просто тону в шуме.

И падаю на колени.

Три минуты.

Пятьсот элитных бойцов — мёртвые.

Осталось трое. Двое только что упали.

Я один.

Стою в центре лагеря.

Этого не может быть.

Как такое возможно?..

Интерлюдия · Змей

Ну, ничего другого я и не думал. Максим Романович ушёл от меня всего полминуты назад. Но следы вижу. Значит, дойду.

Хотя можно уже и не идти по следам. Тут целая дорога из трупов. Куча.

О, один ещё дышит… недобитый. Добью.

Иду дальше. Шаги ровные. Я не спешу.

Угу. Чувствую, впереди начинается бой. Крики, удары. Я близко.

Ещё чуть-чуть. Полминуты — и буду на месте.

Десять секунд. Пять.

Что это?..

В глаз что-то прилетело. Ветка. Кусок дерева. Что-то деревянное.

Мир поплыл.

Ну вот… и подрался.

Тьма.

Глава 25

Максим Романович закончил рассказ. Его слова звучали тяжело, но ясно: втроём они перемесили более шестисот человек. Конечно, это взгляд только одной стороны, рассказ одного свидетеля, но в общих чертах картина сложилась. И от неё холодило внутри.