Аристарх Риддер – Новичок (страница 31)

Что до Волошина и Соловьева, то они просто слабые вратари, совершенно не соответствующие уровню высшей лиги.

А для того чтобы претендовать на что-то по настоящему серьезное команде нужны два хороших вратаря. Ну или первый номер команды должен быть кем-то вроде обладателя всех статистических рекордов в НХЛ моего времени, Андрея Василевского.

Который долгое время был самой эффективной частью оборонительной системы Тампы. Вернее он и был той самой системой, которая отлично работала с любым составом защитников и двусторонних форвардов.

Таким как Василевский не нужен сильный второй номер, есть кто-то кто способен отыграть десять-пятнадцать матчей пока первый вратарь отдыхает и ладно. Результат этих пятнадцати матчей по большому счету не важен, того что было сделано в оставшихся шестидесяти пяти более чем достаточно для попадания в плей-офф с хорошего места, не ниже третьего-четвертого в конференции.

Ну а в плей-офф вообще совсем другая игра, в которой чуть-ли не каждый матч проходит в режиме супергероя.

К сожалению для нас ни первый вариант, ни тем более второй для нас недоступен. Семенов сильнее и надежнее всех голкиперов из нижней части таблицы, а заполучить вратаря который сейчас играет в составе претендентов на плей-офф практически невозможно.

Если бы я играл в каком-нибудь Спартаке, Московском Динамо или в хотя-бы в Киевском Соколе то было-бы проще. Туда можно сманить сильного игрока прелестями столичной жизни, как в случае Москвы, или богатством Украинской ССР.

Но Москва с Киевом и Свердловск это, как говорится, две большие разницы.

****

Раздевалка Автомобилиста, только что получившего девять шайб была похожа на кладбище. Могил и плачущих родственников тут конечно не было, но вот атмосфера стояла очень похожая.

Особенно тяжело переживали этот разгром четверо. Оба наших вратаря, основные виновники торжества, так сказать, и двое молодых игроков. Стас Виноградов и Женя Мухин, ребята восприняли поражение очень близко к сердцу, типичная ошибка молодости. Мы все через это проходили и понимание того что, упав надо подняться, отряхнуться и идти дальше, приходит с опытом. Ну или не приходит, тут уж как карта ляжет. Правда без этого ты не сможешь взобраться на самый верх. Но на Олимпе и так места мало а желающих туда забраться мало.

****

Асташев в раздевалке появился не сразу, он специально задержался подписывая протоколы матча. Главному тренеру Автомобилиста хотелось чтобы его игроки побыли немного наедине со своим поражением.

Поэтому он намеренно остановился перед закрытыми дверями раздевалки и немного подождал, прислушиваясь к тому что происходит внутри. Отмеряв по часам пять минут он резко открыл дверь и вошёл.

Его игроки, еще мгновение назад сидевшие с понурым видом тут же поднялись со своих мест и уставились на своего тренера.

— Значит так, товарищи игроки славного хоккейного клуба Автомобилист из не менее славного города Свердловск. Никаких организационных выводов после сегодняшней игры не будет. Я считаю что они не нужны. Никаких отчислений, штрафов или чего-то подобного. Ничего не будет.

Так же я не буду по горячим следам искать виновников в этом разгроме. Это ни к чему, плохо сыграли все. От вратарей, — при этих словах Сан Саныч выразительно посмотрел на стоявших рядом Волошина и Соловьева, отчего те постарались как можно сильнее втянуть головы в плечи, — до защитников и нападающих. Первое звено и лично Семенов, к вам это тоже относится в полной мере.

Сейчас я хочу от вас только одного, чтобы это поражение вы оставили в этой раздевалке, здесь и сейчас. Уже через два дня дня, в воскресенье у нас следующая игра, и думаю все помнят что это будет не сборная водокачки а ЦСКА.

Если вы будете думать о том что произошло сегодня, то в воскресенье нам накидают не девять, а все пятнадцать шайб. Да, опыт сын ошибок трудных, но прямо сейчас вам не нужно ничего анализировать и думать о только что сыгранном матче. Для этого у нас тренерский штаб есть. У тренеров должны головы пухнуть а не у игроков.

Так что, товарищи, хоть это и трудно, но я призываю всех успокоится, не накручивать себя, не искать виноватых и тем более не пытаться с ними разобраться.

На этом всё. И чтобы вам было легче, я принял решение дать вам выходной. Все свободны, жду вас на базе в Курганово послезавтра в семь утра, надеюсь вы не злоупотребите моим доверием.

Всё, товарищи. Хорошего отдыха.

Когда Асташев закончил свою речь и все стали собираться он подошёл ко мне и сказал:

— Я тебя отвезу, давай быстрее а том до Нижнего Тагила сто километров в одну сторону, а я тоже хочу отдохнуть.

Я максимально быстро собрался, позвонил родителям и сказал что сейчас приеду и уже через десять минут мы отъехали от дворца спорта.

— Я специально никого не стал выделять кроме тебя, — сказал мне тренер когда мы выехали на трассу, — надеюсь ты понимаешь почему.

— Примерно, — ответил я, но он счел нужным развить свою мысль.

— Кто везет того и грузят. Ты сегодня сыграл намного хуже своих возможностей, причем во всех компонентах. Ты медленно двигался и что еще важнее медленно думал.

— Мне всего шестнадцать, — ответил я, — это не оправдание, но было тяжеловато играть второй матч подряд за сутки с такой интенсивностью.

— Ты думаешь я не понимаю этого? Конечно тебе было тяжело. Но ты сам в этом виноват. Тебе самому нужно учиться раскладывать силы на длинные дистанции. Твоя сегодняшняя тяжесть возникла не сама собой. В этом виноват вчерашний матч.

— Вы уж меня извините, но вы у нас тренер. И сколько мне играть решать вам, — то что это и Атсашева вина я решил не говорить прямо, думаю он и так понял что я имел в виду.

— Верно. Решать мне. Но хочу тебе напомнить, что это из-за твоего двойного малого штрафа вчера всё встало с ног на голову. Ты мой лучший игрок, и я как тренер должен был попытаться сделать всё, чтобы спасти вчерашний матч. Вчера у нас это получилось. А то что случилось сегодня будет и мне уроком. До сегодняшней игры ты ни разу не показал что ты еще юниор. У которого бензин заканчивается быстрее чем у взрослых. Это будет и мне уроком.

Асташев открыл окно своей Волги и закурил. Через несколько минут он продолжил.

— Даже хорошо что ты получил этот урок сейчас, у всего есть причины и следствия. Каждый сам отвечает за то что делает и за то что происходит потом.

Эту глубокую во всех отношениях мысль я уже слышал, от академика Красовского, деда Вероники Казанцевой.

Мысль об этой эффектной девушке заставила меня отвлечься от того что говорил Асташев, который впрочем быстро закруглился и оставшееся время до Нижнего Тагила мы провели в тишине.

В полночь асташевская Волга остановилась возле моего подъезда и главный тренер Автомобилиста припарковался под развесистой березой.

— Мне надо поговорить с твоими родителями, — сказал он, — буквально пара слов, ничего серьезного.

Тащить наверх баул с формой мне не пришлось, Сан Саныч сказал что завезет её с утра на базу и там всё приведут в порядок. И то хлеб, я и правда очень сильно устал.

Как выяснилось ему нужно было сказать действительно пару слов. А именно договориться с отцом чтобы меня подбросили в субботу утром на базу в Курганово. Когда отец пообещал что в семь утра послезавтра, вернее уже завтра я буду на базе Асташев попрощался с моими родителями и со мной и уехал. Даже чая не попил.

Я же уснул только через несколько часов. Сначала отец с мамой расспрашивали меня под ужин о моём житье-бытье, а потом уже в кровати я думал о проигранном матче.

Забыть этот разгром оказалось проще чем сказать об этом, но в итоге я поворочавшись в кровати заснул под размеренное дыхание родителей.

Утро для главного тренера Автомобилиста началось с хлопот. Из головы не шёл вчерашний результат и его причины, а именно слабая игра вратарей.

Он хорошо понимал что в воскресенье против его команды будет еще более грозный соперник, просто сыграть вничью с которым, или даже уступить одну-две шайбы, будет очень тяжело.

Поэтому он с утра пораньше поехал в спорткомитет, посоветоваться с Завьяловым.

— И что ты планируешь делать со своей проблемой? — сказал тот когда выслушал Асташева, — понятно что Волошин и Соловьев это очень плохие варианты. Но разве у тебя есть лучше?

— Да как тебе сказать. На самом деле Семенов даже с недалеченной травмой и то сыграет лучше Юры.

— А он как вообще? Совсем не готов или шансы есть?

— Надо с медициной посовещаться.

— Ну так какого черта мы сидим. Давай, звони своим эскулапам.

Асташев взял трубку и набрал Нестеренко, тот с недавних пор стал главой медицинской бригады команды.

— Сейчас приедет, — сказал он Завьялову, когда закончил короткий разговор.

Через полчаса врач был в кабинете и с порога заявил.

— Еще рано, спине Семенова нужен покой. Сроки я озвучил еще когда он только получил травму.

— А на уколах сыграть сможет? — спросил Асташев.

— На уколах? Конечно сможет. Но имей в виду, Сан Саныч, мы, случись что вообще можем потерять основного вратаря на неопределенный срок. Ты уверен что риск того стоит? Может быть лучше дать ему время спокойно восстановиться. Одна игра это одна игра.

— Насколько велика такая вероятность? — спросил Завьялов.

— Она есть, и я не готов рисковать ни здоровьем игрока ни своей репутацией ради такой авантюры. Как мы Семенову в глаза смотреть будем если он исключительно по нашей вине вылетит до конца сезона?