Аристарх Риддер – Максимальный Форсаж (страница 40)

К некоторому моему удивлению, Пётр Евгеньевич даже не обиделся на «обычный гаишник».

— Скажем так, — уклончиво начал он. — У меня пока ещё есть пара контактов, кому такие подробности, что ты сегодня принёс, будут интересны. Надо только будет подобрать хороший момент. А ты — ты можешь пока расслабиться и наслаждаться жизнью. Я слышал, ты опять победил? — добавил он, снимая ведро со столбика.

Нигде от этих новостей не укрыться. Даже до больных сердечников долетают.

— Да. Как могло быть иначе?

— Вот и расскажешь мне об этом, пока идём в палату, — с улыбкой заявил гаишник.

По пути назад я успел рассказать о своих основных успехах и особенных моментах, которые случались на трассе. Пётр Евгеньевич заинтересованно слушал, время от времени вставляя случайные междометия. Похоже, за время, проведённое в этих застенках, он совсем заскучал, ибо из досуга ему были доступны прогулки, низкосортная беллетристика да телевизор, правда по расписанию.

Когда мы вернулись в палату, в ней никого не было, так что я мог задать вопрос, который меня начал интересовать на середине пути.

— Пётр Евгеньевич. А зачем вам вообще всё это?

Он удивился и, усевшись на своей кровати, уставился на меня.

— Что ты имеешь в виду, Брагин?

— Вы же ничего не получите с этого, если всё раскрутится. Разве не так?

— Эх, ты! — засмеялся гаишник, скидывая халат. — Казалось бы, умный малый, а порой такие глупости выдаёшь! Смотри.

Он похлопал рукой по стулу. Поняв намёк, я приземлился на стул, готовясь слушать.

— Благодаря твоей информации, я смогу кому-нибудь помочь, — Пётр Евгеньевич то и дело останавливал речь, явно подбирая заменители для слов, шифруя её непонятно от кого, даже в пустой комнате. — Он получит с этого свою выгоду. И запомнит меня. А затем, когда у меня будут уже свои проблемы, я смогу обратиться к нему и напомнить о небольшом должке — и он уже поможет мне. Так, глядишь, и старшим инспектором стать можно, а за этим и пенсию поднимут, когда уволюсь.

Да уж, этот человек дальновиднее, чем может показаться на первый взгляд. Впрочем, в какой-то степени мне так будет даже проще. В конце концов, я искал законный и в какой-то степени честный способ испортить жизнь Абакуровым. За прямой выгодой я не гонюсь. Если кто-то получит внеочередное повышение, я буду только рад. Более того — взяв на себя всю остальную возню, Пётр Евгеньевич избавит меня от кучи проблем и поможет сэкономить время. Почему я сразу об этом не подумал?

Я улыбнулся и расправил плечи:

— Очень хорошо. Полагаю, так будет лучше для всех.

— Так и будет, Максим. Так и будет, — уверил меня Пётр Евгеньевич.

— Тогда я поехал. Мне ещё шенген оформлять надо, скоро вылетаю, — я поднялся со стула и почти собрался уходить. — Ах да, чуть не забыл!

Я достал из пакета уже остывшие пирожки и положил их на тумбу.

— Как и обещал. Вот теперь точно всё.

Несмотря на то, что оформлением шенгенской визы я озаботился сильно заранее, я всё равно едва не опоздал на встречу со своей новой командой. Полтора месяца! Целых полтора месяца ушло на её получение! И при этом, по слухам, мне ещё ощутимо повезло. Если бы какая-то мелочь пошла не по плану, то срок растянулся бы до двух, а то и трёх месяцев, и тогда ушуршал бы мой контракт только так. В таких вещах нужно быть пунктуальным.

Как бы то ни было, к концу лета я уже был в Ле-Мане. Там меня встретил Куарон собственной персоной, и мы отправились в сторону базы, где мне предстояло познакомиться как с командой, так и с авто, на котором я буду гонять в ближайшее время.

— Господа! — начал Куарон, когда мы только вошли в ангар. — Прошу всех прерваться, наш новый пилот наконец-то прибыл!

Он вознёс руки вверх, проходя посередине ангара. Все, кто был внутри, остановили свои дела, обращая внимание на наше появление. Я без лишней застенчивости начал разглядывать присутствующих в ответ. Как-никак, всем нам скоро предстоит работать вместе в составе одного коллектива.

— Мсье Макс, прошу вас. Это, — Куарон указал в сторону мускулистого детины со смуглой кожей и широкими усами во всю верхнюю губу, — Луи Аминес, наш — а теперь и ваш тоже, штурман.

Луи помахал рукой, и я не преминул помахать ему в ответ.

— Дальше, это наши инженеры — Милан, Саймон, Николас… — Куарон небрежно сыпал именами по мере продвижения по ангару, указывая в разные стороны, и я изо всех сил пытался запомнить хотя бы часть того, что слышал. Когда он закончил знакомить меня со всеми, я на всякий случай сделал круг почёта, пожимая руку каждому лично, пытаясь вспомнить их имена. Хоть получалось от силы в половине случаев, но каждый из них относился к этому с пониманием и юмором и мягко правил меня. Благодаря этому мне удалось закрепить и соотнести гораздо большее количество имён и персоналий.

После этого Куарон отвёл меня в сторону, позволив остальным вернуться к своим обязанностям.

— Сегодня я пока вас трогать не буду — считайте, разгрузочный день перед тем, как мы займёмся делами. А вот завтра уже будем смотреть, как мы сможем сработаться.

Я кивнул, принимая такой распорядок.

— Тем не менее, сегодня у вас есть прекрасная возможность ознакомиться с агрегатом.

Он подвёл меня к закрытой брезентом машине и снял его одним движением, открывая болид. Я постарался изобразить на своём лице что-то среднее между удивлением и восхищением. Судя по реакции Куарона, получилось даже вполне убедительно.

Shlesser Renault Elf.

Интересная модель. Не без своих нюансов, но преимущества просто исключительные. Вот бы обкатать её побыстрее.

— Что скажете, мсье Макс?

— Уже предвкушаю, господин Паскаль. Завтрашняя практика представляется мне крайне лучезарной.

Откуда во мне проснулся такой поэтический пафос? Французский воздух так влияет, что ли?

Куарон начал закидывать брезент обратно, и в этот момент в ангар въехал другой болид.

— Паскаль, а кто это? — я указал ему за спину, и он обернулся.

— Это? О, это наш второй пилот. Похоже, он уже вернулся. Раньше, чем я ожидал… — задумчиво пробормотал он и повернулся обратно ко мне. — Хочешь, представлю тебя ему?

Мы дошли до другого автомобиля, из которого к тому моменту успел выбраться пилот и снять шлем. Это был улыбчивый мужчина с длинными волнистыми волосами рыжего цвета в солнцезащитных очках-авиаторах того же оттенка.

— Господин Куарон! Не ожидал вас увидеть сегодня здесь! — он радушно протянул руку вперёд, и Паскаль неожиданно дал ему пять, заключая крепкое рукопожатие в процессе. — А это что, тот самый новенький? — незнакомец оценивающе взглянул на меня сверху вниз через линзы своих очков. — Как-то… как-то он слишком молод для первого пилота, не находите?

— Грегуар, прояви почтение, — попросил Паскаль, оборачиваясь назад. — Вы же всё-таки члены одной команды и должны быть учтивы друг к другу.

— Разумеется, господин Куарон, — Грегуар сделал шаг вперёд и протянул мне руку. — Грегуар де Мартинс, к вашим услугам, — не колеблясь пожал ему руку, представляясь в ответ:

— Максим Брагин. Надеюсь, наше сотрудничество будет плодотворным.

— Тоже на это надеюсь. А теперь прошу извинить, меня ещё ждут дела…

Грегуар усмехнулся и, подмигнув, направился внутрь ангара.

— Кажется, вы ему понравились, мсье Макс.

— Да, я тоже так думаю.

В следующую ночь я провёл как на иголках, будучи не в состоянии заснуть из-за дикого нервного возбуждения. Столько новых знакомств, абсолютно новый агрегат совершенно нового уровня и предстоящее участие в гонках мирового масштаба. Всё это изменит кардинально мою жизнь. И это чувство не хотело оставлять меня. Лишь под утро мне удалось забыться хоть каким-то сном. К счастью, молодой организм вполне способен переварить тяготы разового недосыпа, но нужно будет проследить за тем, чтобы это не стало привычкой.

Практиковаться предстояло на трассе Сарта. В прошлой жизни я бывал тут не раз и не два, так что я примерно представлял её себе, но всё равно придётся привыкать к ней первое время.

Поначалу всё шло как и положено. Я старался не вырываться вперёд и следовал за Грегуаром, знакомясь с трассой заново. После пары кругов я решил перейти от разминочной части к основной и стал выжимать газ, наращивая скорость везде, где было можно. К моему удивлению, догнать Грегуара было делом непростым, и ещё сложнее было обойти его. К тому же я начал замечать, что машина при повышении скорости начинала слушаться меня куда как хуже, чем тот же гольф. Пока было не совсем понятно, с чем это вообще связано, но её конструкция точно потребует корректировки в будущем.

По итогу мне так и не удалось обогнать Грегуара ни разу. Конечно, он выжал из своей тачки всё, что только мог, но, тем не менее, ему удалось сохранить лидерство на протяжении всей гонки, и это немного обескуражило меня. Он даже кисло усмехнулся в мою сторону, выходя из своего авто по завершению практики, не признавая мой авторитет. Ничего, у меня пока ещё есть запас для подгонки агрегата под меня. Да и разрыв между нами был не таким уж и большим — две-три секунды в среднем. Такое можно нагнать кругов за пять, если я буду чувствовать контроль плотнее.

— Мсье Макс, что-то случилось? — Куарон был уже тут как тут, когда я заехал на обочину, завершив практику. — Незнакомая трасса или плохое самочувствие?

— Самочувствие и вправду не топовое. Однако… — я снял шлем и, встав перед Рено, попробовал продавить вниз его корпус рукой. Машина послушно качнулась, — я пока не слишком хорошо чувствую машину и боюсь рисковать, не зная, как она поведёт себя. Надо подтянуть подвеску и сделать её жестче. Возможно… — обойдя машину сбоку, остановился в районе колёс, — чуть снизим давление в шинах. Пока начнём с этого.