Аристарх Риддер – Кубок Канады 1989 (страница 20)
После окончания собрания вся команда стройными рядами загрузилась в клубный автобус и мы в сопровождении главы медицинского штаба доктора Вальца и главного тренера с ассистентами поехали в Медицинский центр Фэрвью университета Миннеаполиса.
С этой, одной из крупнейших клиник в штате у команды был с недавнего времени подписан контракт. В случае какой-то экстренной ситуации игрока из Мет. центра, что домашней что гостевой команды повезут именно сюда.
Плюс это был единственная в штате больница имеющая второй университетский уровень. Это означало то что оснащена была эта клиника по самому высокому для страны стандарту. То что нужно для обследований.
В итоге вся команда, абсолютно вся без исключения, была помещена на трое суток в больницу. Мы заняли сразу с десяток палат и чуть-ли не строем начали ходить по обследованиям.
Это было даже забавно — три десятка здоровенных лбов в обязательных для американских больницах распашонках.
Из всего этого медицинского безумия мне помимо чуть-ли не литра крови который из меня слили для всевозможных анализов, больше всего запомнилось моё самое нелюбимое. Велоэгромерный тест с газоанализатором. Я всегда его буквально ненавидел, как собственно все нормальные люди…
А Боумену и его ручному доктору Менгеле Вальцу понадобилось чтобы все сдали этот тест трижды.
Нет, понятное дело что это отличная штука для диагностики но тяжело блин!
Единственной отрадой в эти три дня были медсестрички. В больнице Фэрвью был целый цветник очень хорошеньких девушек. Были и старые мымры, само собой, но красоток явно больше.
Хотя возможно у меня было немного деформированное восприятие противоположного пола, Как никак после Катарины у меня никого не было. А моя интрижка с очаровательной немкой состоялась больше полугода назад. После неё в жизни был сплошной хоккей и травмы.
По настоящему же меня удивило то что практически весь персонал больницы Фэрвью за исключением уборщиц и техников был белым. В отделении куда засунули игроков звезд так вообще я не увидел ни одного негра или латиноамериканца. Вот ни одного.
Как же сильно изменились штаты за какие-то полвека! Хотя не мне, русскому, говорить об изменениях. По сравнению с тем что произойдет всего через три года с моей страной изменения в Штатах это так, естественный эволюционный процесс.
К моему исследованию Вальц подошёл очень ответственно, пожалуй что именно я был в центре его внимания. Особенно его и тренерский штаб интересовала история моих травм. Коих за всего год у меня набралось очень и очень много. НАчиная от компрессионного перелома позвоночника. с которого всё и началось и заканчивая переломами ребер, спасибо Рижскому Динамо за них.
За эти три дня меня всего просветили очень много раз, используя как рентген всех сортов так и УЗИ с МРТ.
Итоги врачей и тренеров полностью устроили и я как и вся команда, наконец, вернулся, на базу.
Чтобы погрузиться в рутину тренировочного процесса.
Для начала Боумэн решил привести всех нас к общему знаменателю в плане физической формы. Поэтому тренировки у всех существенно различались. Например моя тройка была существенно лучше подготовлена в плане физики чем вся остальная команда. потому мы получили больше льда и меньше базовых упражнений в зале или на беговых дорожках. Парни из Каламазу тоже были уже в приличной форме, так что и они больше занимались на льду.
Правда занятия эти отличались от того что делали мы. По итогам первых нескольких дней сборов Боумэн составил впечатление о том кто что может на льду и один из его ассистентов, Даг Джарвис, начал активно подтягивать целую группу игроков в некоторых базовых вещах.
Вообще хоккейным образованием не занимаются на таком высоком уровне как НХЛ. Считается и это правда как для североамериканского хоккея, так и для европейского вообще и советско-российского в частности, что техническую базу и основные тактические навыки игроки получают еще до старта профессиональной карьеры, в детских и юношеских командах.
Это так, но не совсем. Настоящий профессионал учится всю жизнь, оттачивает уже имеющиеся навыки и работает над слабыми местами.
Вот Боумэн с Джарвисом и еще одним ассистентом, Джорджем Кингстоном и начали работать над слабыми местами игроков. В основном из нижних звеньев и третьей пары защитников.
Мы же с Майком и Брайном продолжали работать над взаимодействиями как внутри звена так и с привлечением пар защитников.
И как и планировали боссы команды наша с Модано химия всё начинала давать всё больше и больше результатов. Очень правильным было решение поселить нас вместе. С майком мне игралось очень легко.
Настолько легко что нас с ним потихоньку начали называть двойняшками. С Беллоузом взаимодействия были похуже. но ничего критичного. Хуже они смотрелись на фоне того что мы с Модано делали в паре. Для всей остальной команды это всё равно был космос.
Правда в общении с остальными игроками всё было не так благодатно. Наличие в первом звене не просто новичков команды а первогодок, да еще и таких молодых не могло не сказаться на тех нападающих которые в прошлом сезоне считали себя главными.
В первую очередь это относилось к прошлогоднему центру второго звена Бротену, и правому крайнему Бруку.
После ухода правого крайнего Сиссарелли и центра Лоутона, от прошлогоднего первого звена остался один Беллоуз и Бротен с Бруком наверняка планировали побороться за освободившиеся места.
Что было с их стороны достаточно самонадеянно, учитывая кто пришёл на смену ушедшим. Однако они это планировали и когда стало понятно что максимум на что они могут рассчитывать это иногда подменять меня и Майка в первом звене и постоянно играть во втором у нас с ними возникли не проблемы, нет. Со Скотти никто шутки шутить не хотел. Начнись проблемы Бротен с Бруком вылетели бы из команды.
Нет, началось определенное недопонимание.
В его наличии, как это ни странно, отчасти виноват и сам Боумэн. Который неоднократно говорил что ценность абсолютно всего что выиграно вне НХЛ и турниров с участием игроков Лиги для него крайне мала. А пока что в моём активе ничего подобного не было.
Так что завоевывать авторитет и доказывать право на то место которое я занимаю мне предстояло здесь и сейчас. В режиме реального времени, так сказать.
Август пролетел как не было его.
Я тренировался, периодически созванивался с родителями, что влетало мне в копеечку а в редкие Майк и его Карен устраивали мне череду свиданий с подружками девушки моего приятеля.
Так как она сама была спортсменкой то и подруги у неё были все как на подбор. Фигуристые и в отличной форме.
С парочкой из них я даже устраивал соревнования на выносливость, скажем так. Конечно не забывая о контрацепции.
То что я русский, и не просто русский а аж из самого Советского Союза мне никак не мешало. скорее наоборот, придавало некий дополнительный флер таинственности. Его вкупе с моим статусом с лихвой хватало чтобы я при желании мог менять девушек как перчатки.
А статус в городе у меня действительно был. Это на площадке я пока что не был авторитетом ни дл тренера ни для игроков, исключая мою тройку. само собой.
ЗА пределами льда всё было по другому. Меня чуть-ли не официально считали будущим спасителем всего хоккея Миннесоты и новым Гретцки.
Этот статус приводил к тому что свободного времени у меня было меньше чем у всех остальных, а различных интервью, участий в шоу и рекламных контрактов наоборот больше.
Менеджмент Норт Старс старательно лепил из меня новую хоккейную звезду.
К слову рекламные контракты и всё что с ними связанное привело к тому что советское посольство было вынуждено ввести в штат нашего консульства в Сан-Франциско еще одного торгового представителя. Который занимался исключительно моими делами. Спонсорские контракты которые от моего имени заключались тоже делились надвое и половину от них получал госкомспорт. А так как еще до начала предсезонных игр на мне уже висело этих контрактов на полмиллиона то куш советские чиновники сорвали отличный.
За всей этой рутиной и прошли август и первая половина сентября. 14 числа мы отправились в аэропорт а оттуда на самолете команды полетели в Саскатун.
В этом крупнейшем городе канадской провинции Саскачеван должна была пройти первая предсезонная игра Миннесоты. С олимпийской сборной Канады.
Глава 13
Первый матч в составе новой команды это всегда волнение. Ты только что перевернул одну страницу в своей жизни и готов начать писать новую. И не важно кто ты, вчерашний школьник игравший только против таких-же как ты, по сути детей, или увешанный регалиями чемпион. Волноваться ты будешь всегда.
Если для тебя игра не просто способ заработать денег, главное состояние банковского счета а там хоть трава не расти, а смысл жизни то это так.
Поэтому сидя в раздевалке ледовой арены Университета Саскачевана что расположен в Саскатуне я волновался. буквально через несколько минут меня ждала первая игра за Миннеаполис.
Правда в отличии от Майка, который сидел рядом и очень вдумчиво и внимательно обматывал крюк своей клюшки моё волнение было не так заметно. Модано волновался куда как сильнее.