Арина Власкалич – Грэйс (страница 7)

– Сорок серебряников в месяц, – ответила Голди, которая уже потихоньку привыкала к отсутствию манер у милорда графа.

– За работу экономкой будешь получать сотню. – Сказал Дормер и, наконец, достал из шкафа какие-то документы и начал раскладывать их на стол.

– Вы делаете это из-за того, что Шеридан просил присмотреть за мной? – растеряно спросила Голди.

– Только из-за этого, – впервые Дормер взглянул ей в глаза, – И учти, хоть Шеридан и просил присмотреть за тобой – уговаривать не стану.

– И не надо, – фыркнула Голди, – Так и быть, за сто серебряников потерплю ваше недовольное лицо.

Дормер снова посмотрел на неё, удивлённо подняв брови.

– Доброго вечера, милорд, – попрощалась Голди и покинула кабинет.

Идя в свою комнату, Голди размышляла: «Чего у Дормера не отнять – так это и правда чувства справедливости. И подумать только, действительно остановился и проверил. Кого и когда интересовали разборки слуг? Вызвал бы магполицию и те бы уже разбирались.» В этот день Голди начала испытывать к Дормеру что-то очень близкое к уважению.

Глава 8

Работать в коллективе, где почти каждый тебя ненавидит – сомнительное удовольствие… если ты простая рядовая горничная. Но вот если ты экономка, то тебя не только ненавидят, но и боятся! Голди, хоть и была натурой немстительной – однако удовольствие от процесса всё же получила. Она освободила гостевые апартаменты и с удовольствием вселилась в отдельную комнату экономки в крыле для слуг. Провела ревизию имущества особняка и кладовой, устроила чистку всего столового серебра, фарфора, гостиной люстры и даже ковров, перетасовала персонал, добралась до прачечной, погреба и чердака. А почувствовав, что хорошенько нагнала страх на весь штат прислуги – успокоилась и взяла выходной.

Весь день она провела в хлопотах по приведению в порядок собственного невеликого гардероба, штопала носки, чулки, пришила подкладку от пальто. Дошла до города и прикупила новый шарф. А вечером, сидя на кухне, печально наблюдала, как кухарка молча делает работу, не говоря ни слова и искоса беспокойно поглядывает на неё.

– Что случилось, Донни? – не выдержала она, – Чем я провинилась перед тобой?

Кухарка продолжала обеспокоенно молчать и только ожесточённее начала стучать ножом по разделочной доске.

Голди растроено опустила голову. Посидев так немного, она вздохнула и поднявшись из-за стола сказала:

– Мне очень жаль, если я имела неосторожность обидеть тебя, это произошло не умышленно. – А затем развернулась и решительно прошла на выход, но неожиданно была остановлена:

– Стой! – Крикнула Донни и сама удивилась своей спонтанности, – Может чаю? – добавила она и пожала плечами, состроив удивлённую гримасу.

Голди в ответ улыбнулась и кивнула.

– Так ты этоо… получается…ничего у девчонок не брала? – Всё-таки решила разобраться Донни.

– Ну, конечно, не брала. Донни. Ну сама подумай, даже если бы я решила что-то украсть, какой прок красть безделушки у прислуги и тем более фамильную реликвию? Фамильные драгоценности – нигде не продашь, а многие из них и вовсе вернутся на место по первому призыву хозяина. А с безделушек – ничего не выручишь.

– Ну так то ты правильно, конечно, говоришь. – Ответила Донни, а потом подозрительно уставилась на Голди.

– Тебе помочь с чаем?

– Нет, сама.

И кухарка, наконец, разлила по чашкам чай и поставила на стол блюдо с пышками.

– Ааа.. на меня то ты не серчаешь? – спросила она, глядя исподлобья.

– Нет, Донни. Этого точно нет. – Улыбнулась в ответ девушка.

После импровизированного чаепития, отношения не стали прежними, однако лёд всё же тронулся, и Голди с миром на душе брела к себе в комнату, когда неожиданно подал сигнал маячок. Вспыхнув, он стремительно начал краснеть. А через какое-то время по контуру появилась чернота. Не теряя ни минуты, девушка побежала вниз по лестнице.

Оказавшись перед дверью кабинета, Голди не раздумывая открыла её, однако та решительно закрылась обратно и снова отпираться не спешила. "Я занят" – послышалось из-за двери. Тем временем маячок продолжал пульсировать красным и от краёв чернеть.

Голди, пережившая за последние два месяца много страшных вещей, видно до конца так и не смогла восстановить своё душевное спокойствие – попытавшись снять с двери запирающее заклятие, она дрогнула во время колдовства и случайно подожгла её изнутри. Сначала из щели потянуло дымом, а затем появились небольшие игривые язычки пламени, затем вся дверь вспыхнула и отворилась. "Так даже эффективнее" – нервно подумала про себя Голди и самым решительным шагом прошла внутрь.

…

Дормер сидел за своим столом, мгновение назад он погасил кристалл связи, а сейчас удивлено смотрел на горящую дверь, на служанку, которая её подожгла, и ожидал от неё остановки горения и хоть сколько-нибудь правдоподобных объяснений.  Однако девушка, решительно вошедшая в кабинет, объяснять, почему в его кабинете горит дверь из красного дерева, не собиралась:

– Шеридан в беде! – взволновано вскрикнула она и показала ему мигающий маячок, – Открывайте портал!

Глубоко вздохнув, он сам погасил огонь и дверь скрипя снова захлопнулась.

– Откуда у тебя это? – спокойно спросил он.

– Я понятия не имею! Но повесть его мог только он. Какое это сейчас имеет значение? Он чернеет! Открывайте портал!

– Я не могу открыть его, потому что его вешал не я, и у меня нет к нему доступа. – Говоря это Дормер не моргая смотрел на сигналку.

– Не порите чепухи! – разозлилась Голди, – Вы имеете доступ ко всем сигналкам и к чему вообще захотите! Открывайте портал! Умирает Ваш единственный друг! – Последние слова она выкрикнула с таким отчаянием, что Дормер на мгновение замер, затем медленно встал и ответил:

– Хорошо. Но ты пойдёшь со мной, и учти, в случае засады – ты очень дорого заплатишь.

– Да открывай же уже этот чёртов портал! – рявкнула Голди, глядя на сигналку, которую стремительно начал заполнять чёрный свет.

Дормер открыл портал, а пока он накидывал на себя и Голди пологи тишины, сокрытия и отвода глаз, она, не предупреждая, уверенно вошла в него. Графу пришлось быстро следовать за ней.

И вот если бы Голди не занялась самодеятельностью, он бы с помощью магического поисковика разведал обстановку и сразу вызвал подмогу, но после прохождения через пространство – портал сам захлопнулся, а Дормер имел ужас наблюдать следующую картину:

В каком-то неизвестном подземелье шестеро неизвестных (а судя по ауре – сильных боевых магов) – пытали прикованного к стене Шеридана, который был без сознания, с серьезными увечьями.

В момент их выхода из портала, его как раз пытались привести в чувства. Сокрытые пологами Дормер и Голди не обратили на себя внимания магов, и Дормер, умеющий творить даже пространственную магию без сильных колебаний и отдачи с благодарностью вспомнил своего главного учителя и уже собирался послать сигнал помощи и незаметно оглушить магов, когда, судя по всему, совсем потерявшая страх и голову Голди, накрыла Шеридана каким-то невероятно кривым и несуразным щитом, который со внутренней стороны начал восстанавливать Шеридана, а со внешней – хлюпать и плеваться какой-то слизью.

Обнаружившие место положение пришельцев маги, тут же сгруппировались и бросились к ним. Дормер, который понимал, что с шестью девятками одному ему не справиться, проклял день, в который он предложил Голди пожить в его доме и встал в боевую стойку, к своей удаче первым же арканом выключив двух магов. Однако, Голди неожиданно магией выбросила из стоящего в углу чана воду и наморозила её. Спешащие к ним маги, которые уже накидали не одну дюжину атакующих заклятий, неловко заскользили по льду, а затем словно кегли попадали.

К несчастью Голди, спешившая помочь графу, немного не рассчитала траекторию воды и под ударом оказался и сам Дормер, который хорошенько два раза приложился головой об лёд. Сверху на него, блокируя руки, упали ещё два мага. Злющий, как чёрт, Дормер, скинул их и приложил энергетическим молотом. Гневно взглянув на Голди он с ужасом обнаружил, что она пытается наколдовать что-то ещё. Тогда он, пытаясь подняться, рявкнул:

– Отойди и не мешай!

Голди, которая всё это время являлась главным персонажем немой сцены, от неожиданности подпрыгнула и поспешила к Шеридану, укрытому её же щитом, который, тоже не получился. Однако, она была остановлена, первым отключенным Дормером магом, который потихоньку начал приходить в себя и схватил её за ногу.

Взвизгнув, она отскочила от мага, вырвав ногу и от испуга, пару раз крепко лягнув его прямо каблуком по голове. Отчего маг снова потерял сознание. Развернувшись, Голди увидела, что очень злой граф, который только что уложил оставшихся двух магов, испуганно смотрит на её ногу. Затем, пришедший в себя Дормер, наколдовал какое-то сложное заклинание и подземелье накрыл купол.

– Я свяжу им руки и заткну рты, смотри в оба, если кто-то шевельнётся – бей валуном или молнией. – Дал указания Дормер и приступил к связыванию ближайшего мага. А затем неожиданно добавил, – Только ногой больше не бей. Такой жестокости не заслужили даже они.

Когда все шестеро магов были связаны, Голди подошла к Шеридану и сняла щит, который практически не помог. Разве что снял боль, судя по разгладившемуся лицу мага. Не оборачиваясь, Голди крикнула: