Арина Власкалич – Чистые Воды (страница 6)

Поймав себя за этими невесёлыми мыслями, Кэтрин вернулась в комнату и решительно продолжила учить наизусть учебник по магмеханике.

– По крайней мере, без боя не сдамся, – говорила себе она.

Во время очередной ночной смены Кэтти выяснила, что рада приходить к Байзу. В трактире никто не пытался ставить её на место. За труд хвалили, за дело ругали, не унижали и снисходительно не игнорировали, а главное, разговаривали по-человечески, и Кэтти была здесь к месту, её труд был нужен и даже в какой-то степени незаменим.

Народу было немного, но сильно настораживал зашедший дознаватель. Он весь вечер глаз не сводил с Кэтти и постоянно пытался заговорить. Прерывал ухаживания зоркий Байз, который то и дело давал ей задания в подсобке, а после полуночи велел уходить чёрным ходом по переулку и в ближайшие три дня на смену не выходить.

Ничего не понимающая Кэтти, прочитав в глазах Байза тревогу, послушно выполнила поручение и покинула таверну задним выходом.

Только в отличие от ещё тёплых деньков на улице её ждала настоящая осенняя промозглая ночь. Единственный шерстяной свитер совсем не спасал от холодного ветра. Кэтти решила, что завтра непременно купит пальто. Заработанных денег как раз должно хватить на недорогое шерстяное пальтишко. Обогрев себя этой мыслью, Кэтти поспешила в кампус.

…

Утро последнего учебного дня на седмице традиционно началось с магмеханики, на которую Кэтти уже по привычке пришла позже, для того чтобы не раздражать преподавателя. Прикрепив на дверь глазоух, она села у стены, подложила на пол свёрнутый форменный плащ и уже готовилась писать конспект, когда дверь аудитории с грохотом отворилась, и в проёме показался сердитый Френинг. Он вышел из кабинета и рывком оторвал от двери глазоух.

Тряся им перед Кэтти, он прошипел:

– Я предупреждал, бессовестная девчонка! Теперь тебя отчислят за использование запрещённых артефактов!

Он хлопком закрыл дверь перед носом Кэтрин.

Весь следующий день девушка ожидала приглашения к декану или ректору, но так и не получила его.

Мейсон, который всю предыдущую неделю по семейным делам отсутствовал, нашёл её вечером в комнате:

– Я читал про артефакт Свебруна, он хоть и издаёт тёмные магические колебания – точно не относится к запрещённым в империи или опасным. Френинг не сможет навредить тебе им. Тем более ты использовала его не во время экзамена, а чтобы прослушать его же лекцию. Но в случае, если дело примет дурной оборот – я скажу, что дал тебе его.

Кэтти благодарно улыбнулась:

– Дело в любом случае примет дурной оборот, но я не хочу, чтобы тебе навредили из-за меня, Мейсон. Из-за артефакта они точно не выгонят. Где ты был всю неделю?

– Ездил решать семейный вопрос, – ответил он, и лицо его на мгновение посерело.

– Всё в порядке?

– Да.

– Рада видеть тебя, но мне пора собираться на работу.

Распрощавшись, Мейсон ушёл. А Кэтти ещё несколько часов ругала себя за то, что наврала единственному небезразличному к ней человеку. На работу она выйдет лишь в начале следующей седмицы. Но все эти взгляды, разговоры, неловкие попытки взять её за руку раздражали Кэтрин. Меньше всего ей сейчас нужен студенческий роман, когда в кармане и желудке пусто. Откладывать покупку пальто и дальше – равносильно сознательному самобичеванию. Температура и насморк всю последнюю неделю были её постоянными спутниками.

Около девяти Кэтти уже планировала заснуть с магмеханикой, когда неожиданно перед ней появилась записка: «Завтра в девять жду тебя в моём кабинете. Магистр Р. Байо».

«А вот и эшелон с несправедливыми обвинениями подъехал», – подумала Кэтти, обняла магмеханику и забылась крепким сном.

…

Рэй планировал отчислить девчонку по итогам первого семестра, однако она как будто решила ему в этом помочь – четырнадцать «весьма посредственно» из семнадцати, неудовлетворительно по профильному предмету и, как ни странно – два «блестяще».

«Френинг, конечно, болван – пойти к ректору жаловаться на адептку, которая соорудила «вижу-слышу» – показатель полного отсутствия компетенции в артефактологии, но и эта возможность намекнуть девчонке, что пора паковать чемоданы – хороший повод. Ну что она забыла здесь? Образование ей нужно, – бурчал про себя Рэй. – Ведь в первую же практику отправят на кладбище. А неспокойных захоронений с каждым днём всё больше. А если глупышка окончит и получит диплом – её возьмут в пожизненное рабство на службу империи, а заодно её детей и внуков, если она до них доживёт, конечно. А ещё постоянные издевательства от светлых. Неужели за месяц не натерпелась? А ведь ни разу не пришла за помощью. Может, всё обошлось? Ох, сомневаюсь…»

В общем, от девчонки нужно было быстро избавляться, а если надумает доказывать обратное, он просто покажет всё, что записал следящий светлячок, которого он послал за ней в первый же день зачисления. Если, конечно, результатов её обучения будет недостаточно.

Ровно в девять причёсанная, умытая, полностью готовая ко всему Кэтти стояла возле кабинета магистра. Дверь распахнулась как бы в приглашающем жесте, и Кэтти, глубоко вздохнув, прошла внутрь.

– Доброе утро, Кэтрин, – поздоровался магистр Байо, – присаживайся.

Кэтти села на стул с другой стороны стола от его рабочего места и прямо взглянула ему в глаза.

– Ничего не хочешь мне сказать? – улыбнулся магистр.

– Артефакт Свебруна не относится ни к запрещённым, ни к опасным по классификации империи, – спокойно ответила она.

– Я весьма благодарен тебе за справку, но я надеялся, что в этот раз ты всё-таки поздороваешься со мной. Ну а раз уж не судьба, – подался вперёд магистр, – сразу перейду к делу. Результаты твоего обучения – мягко говоря, «не выдающиеся». Ты удовлетворительно проходишь основной курс и умудрилась не посетить ни одного занятия по магмеханике. Я лично проверил отмечающий артефакт в кабинете Френинга.

Рэй посмотрел ей в глаза, с удивлением обнаружив, что она также прямо смотрит в ответ без жеманности и наигранной растерянности.

– Я всё исправлю, – только и ответила она.

– Боюсь, не успеешь. А с такими результатами тебя просто не допустят до сессии. К чему все эти мучения? – продолжил давить он.

– Если не допустят – отчислите.

Не ожидавший такого разговора магистр Байо долго смотрел на неё, стучал по столу пальцем, а затем, сказав:

«Иди», принялся рассматривать какие-то бумаги.

Кэтти взяла сумку с тетрадями, которую собрала, чтобы после покупки пальто поучить предметы в городской библиотеке, сделала несколько шагов к выходу, но неожиданно развернулась и, озарённая какой-то мыслью, спросила:

– Прошу прощения, магистр Байо, у вас есть ещё минутка?

Он удивлённо поднял брови:

– Говори.

– Вы не могли бы объяснить мне одну букву из формулы?

– Какая именно буква тебя интересует и из какой формулы? – подозрительно уточнил он.

– «Вальда», – обречённо ответила она.

– Если бы ты имела совесть посещать профильную магмеханику, у тебя бы не возникало таких глупых вопросов, – рассердился он.

Не отводя прямого взгляда, Кэтти понимающе покачала головой:

– Извините, за беспокойство. Светлого дня.

– Стоять! Вернись и сядь на стул!

Она вздрогнула и неуверенно вернулась.

– Что такое «Вальда»? – надменно спросил магистр.

Немного подумав, Кэтти ответила:

– Вальда – это постоянная величина, определяющая свойства проводника, в данном случае мага, проводить магические потоки и их количественную характеристику.

– Что такое «Онема»? – продолжил опрос магистр.

– Онема – это величина, характеризующая энергию, поток, потенциал магической энергии в точке Вальда.

– У тебя с собой учебник по магмеханике? – спросил Рэй. А получив в ответ утвердительный кивок, протянул руку: – Давай сюда.

После пятнадцатиминутного детального опроса по учебнику Рэй пришёл к неутешительному выводу, что девчонка выучила книжку наизусть. А это означало только одно: отсутствие посещений с её стороны было неспроста.

– Что случилось на магмеханике? – нахмурился он.

Но в ответ получил только прямой, сердитый взгляд, который красноречивее всех слов говорил: «Тебя это не касается. Я сама разберусь».

– Для того, чтобы помочь с предметом, я должен посмотреть уровень твоего знания магмеханики. Что ты всё выучила, я уже понял, – вздохнул Рэй. – Сейчас мне нужно уехать из академии. А вечером, полдесятого – к сожалению, раньше точно не смогу – я жду тебя в этом кабинете. Возьми всё, что есть по магмеханике, и попроси у одногруппников… Хотя это не обязательно. В библиотеке возьми сборник задач.

После того как Кэтрин вышла из кабинета, задумчивый магистр призвал следящего светлячка и долго перебирал его между пальцев, раздумывая о том, что если сейчас оставить всё как есть – это было бы лучшим способом избавиться от девчонки. Но не позволяло нутро, которое упрямо противилось подлости и не могло не замечать внутренней борьбы в Кэтти.

Рассердившись на собственную слабохарактерность, он решил, что для начала узнает, как обстоят на самом деле дела, а потом примет верное решение. Байо призвал воспоминания светлячка.

А дела, как выяснила проверка, обстояли самым скверным образом. Бойкот девчонке объявили не только адепты, которые делали гадости исподтишка и попытались подставить Кэтти, выкрав из оранжереи «калиум индуктим» в её смену – благо магистр Колинс не подала заявление в магполицию и лично прикрыла Кэтрин. Но и преподаватели! Что стало ударом даже для самого Рэя. Ей занижали оценки, фальсифицировали работы, сознательно вводили в заблуждение и постоянно унижали. Но более всего отличился Френинг, который просто не пускал её на лекции. Пару раз поджёг тетради и левитировал её сумку за окно учебной башни. Он также увидел, что всё свободное время от учёбы Кэтрин учила магмеханику… и работала.