Арина Вильде – Развод. Проблема опера Баева - Арина Вильде (страница 28)

Почему-то это осознание ударило сильнее, чем хотелось бы. Я не понимал, почему вдруг почувствовал разочарование. Ну ушла и ушла. Что с того? Я ведь давно решил, что с женщинами связываться больше не буду. Я планировал еще долго жить один.

Не после того, как перед самой свадьбой моя невеста передумала. Поставила меня в неловкое положение перед родственниками и друзьями.

Да что там неловкое положение?

Я тогда сдыхал от боли.

Две недели пил беспробудно и решил для себя — больше никаких "люблю", никаких "навсегда".

А теперь?

Я стоял посреди пустой квартиры, глядя на пустую вешалку, и почему-то мне это не нравилось.

Я поужинал один. Рекс сидел рядом, положив морду на лапы, и смотрел на меня грустными глазами.

Я поймал его взгляд и фыркнул.

— Ты чего, дружище? Тебе что, меня одного не хватает? Чего вдруг по Агнии заскучал?

Он не пошевелился. Просто смотрел, как будто ему тоже кого-то не хватало.

Я провел рукой по лицу, встал, убрал тарелку в раковину и пошел в спальню.

Лег в кровать, включил телек.

Щелкал каналы, но ничего не цепляло. Фоном шло какое-то криминальное шоу, но я даже не вникал.

Все не то.

Я вдохнул глубже, закинул руку за голову, уставившись в потолок.

Пять дней.

Она была здесь всего пять дней, а я что, уже успел привыкнуть? Какой бред. Ну да, она не раздражала. Не лезла куда не надо. Не была навязчивой, как другие. Ее было приятно слушать. Она была очаровательной. А по ночам — страстной.

Я прикрыл глаза, вспоминая, как она прижималась ко мне в темноте.

Как ее тело горело под моими руками.

Как ее губы шептали мое имя, захлебываясь в удовольствии.

Мне понравилось.

Черт, мне очень понравилось.

Я поймал себя на мысли, что снова думал о ней. И это бесило меня больше всего.

Вдруг захотелось чего-то пожевать. Я вернулся на кухню, открыл шкаф, собираясь достать пачку печенья и тут же застыл.

На полке стояла банка икры.

Между пачками макарон и банкой кофе.

Я нахмурился.

Когда я ее покупал? Я протянул руку, взял банку и понял.

Глаза сузились.

Чертова Инесса.

Когда она снова успела сюда заявиться?!

Меня передернуло от раздражения.

Она еще надеется, что все можно вернуть? Или просто продолжает играть в это свое дерьмовое «ну ты же знаешь, мы с тобой особенные»?

Я зашипел сквозь зубы, сжал банку сильнее, но через секунду открыл мусорное ведро под мойкой и швырнул туда.

Все. Достало.

Я три раза менял замки. Три, блядь.

А мама снова отдала ей запасной комплект ключей.

Меня аж трясло от злости.

Она ведь знает, что я ненавижу, когда в мое личное пространство лезут. Но для нее Инесса – своя. Любимая, почти невестка. Ее до сих пор устраивает этот цирк, где Инесса может приходить, когда вздумается, переставлять вещи, оставлять продукты, будто все еще хозяйка здесь.

— Баха, не будь таким упрямым, она же любит тебя. Вы столько лет были вместе! — слышу в голове мамин голос.

Дерьмо.

Если бы Инесса любила меня, то не легла бы под другого.

Я стиснул зубы. Бесит. Все это меня бесит.

Я вытащил телефон, посмотрел на экран. Пальцы замерли над контактом матери.

Хотел сказать, что хватит, что если она еще раз отдаст ей ключи, я просто перестану с ней разговаривать.

Но вдруг взгляд упал на другой контакт.

Агния.

Я убрал телефон в карман.

Слишком, блядь, много эмоций.

Где она сейчас? Почему ушла?

Почему, черт возьми, я хочу ее вернуть?

Глава 27

АГНИЯ

Суд оказался долгим и выматывающим.

Но благодаря Бахтияру и его помощи с документами, мне удалось доказать, что Эрнест не просто вел себя как непорядочный муж, но еще и влез в долги, подставив меня.

Все его махинации всплыли.

То, как он одалживал деньги, как тратил семейный бюджет на свои прихоти, пока я тянула на себе быт.

А самое главное — мы доказали, что часть денег, за которые куплена квартира, была моим наследством. И это существенно увеличило мою долю при разделе имущества.

В итоге Эрнесту досталась всего треть квартиры. Всего треть. Это был лучший расклад, который я могла получить.

Я подсчитала — если немного поднажать, через год смогу выкупить его часть и тогда это жилье будет только моим.

Я вышла из здания суда, выдохнув с облегчением.

Свобода.

Я улыбнулась адвокату, пожала ему руку.

— Спасибо за помощь.