Арина Вильде – Отец по ошибке (страница 38)
— Сама иди. К соседу вон своему, например. Он же слюни на тебя пускает. Только в этот раз не будь так глупа и уточни сначала, вы встречаетесь или просто проводите хорошо время в отпуске. А то ты девочка наивная, можешь все перепутать и неправильно понять. Подумаешь, замуж он тебя берет…
Я делаю вид, что не слышу его, хотя на душе до безумия обидно. Я ведь считала его нормальным человеком. Раньше. Нам ведь и в самом деле было хорошо, и до того, как мы встретились в реальной жизни, и после. Что с ним произошло за эти месяцы?
Я беру на руки Тимура, даже не смотрю в сторону Чернова. Хватаю свою сумочку и выхожу из квартиры прямо в пижаме и тапочках.
Слезы душат. Сдерживаюсь с трудом, чтобы не разреветься. Не думала, что всего несколькими словами можно сделать настолько больно. Теперь я уже и не уверена, что моему ребёнку нужен такой отец.
Я захожу в лифт, и рука на автомате зависает совсем не над кнопкой с цифрой «шесть». Делаю глубокий вдох. Желание поддаться своей слабости велико, ведь где-то так уютно и хорошо. Там можно быть слабой девочкой, можно почувствовать тепло и успокоение. Я сглатываю подступивший к горлу ком и все же жму на свой этаж.
Лифт спускается мучительно долго, в висках стучит, чувствую себя такой уставшей и измученной. Вдруг решаю, что уеду. Завтра же. С самого утра соберу свои вещи и на месяц уеду. В районе тоже есть хороший педиатр, на один приём можно и к нему заглянуть, ничего не случится, зато я буду далеко от этого всего. Рядом с родным мне человеком.
Когда открываются створки лифта, я почему-то подсознательно жду, что Дмитриев может оказаться рядом с моей квартирой. Но это утопия. Потому что в такое время нормальные люди давно спят. А ещё после того, как я ушла к Максиму, он вряд ли придёт ко мне, чтобы узнать, как у меня и Тимура дела.
Я застываю перед входной дверью своей квартиры. В тонкой пижаме прохладно, но эта прохлада отрезвляет. Хорошо, что я все выплакала раньше, ещё до того, как Чернов показал свое настоящее лицо, иначе сейчас это было бы для меня настоящим ударом.
Я нахожу в сумке ключи, захожу в квартиру и щелкаю выключателем. Паркет вздулся, на стенах и потолке уродливые разводы. В комнате чувствуется влажность, поэтому я включаю кондиционер на «тепло». Достаю из шкафа тёплое одеяло и делаю из него матрасик для сына. Перестилаю постельное, придвигаю кроватку ближе и неотрывно смотрю на спящего Тимура. Вид маленького родного личика придаёт мне спокойствия, уверенности, понимания, что мужчины не стоят моих слез, потому что главный мой мужчина сейчас прямо передо мной и нам ещё столько предстоит пройти вместе в будущем.
Я засыпаю на рассвете, просыпаюсь, чтобы покормить сына, и несколько минут просто лежу и пялюсь в потолок. Решаю, что пора уезжать, поэтому быстро привожу себя в порядок, бегаю по квартире, собирая нужные вещи для себя и сына на несколько недель. А потом застываю на месте, когда слышу звонок в дверь. Я не хочу никого видеть, но незваный гость настойчив. К трели звонка добавляется громкий стук и крики. Я боюсь, что это может испугать Тимура, поэтому спешу отправить Максима туда, откуда он появился.
— Я не хочу тебя видеть, уходи, — мой голос звучит твёрдо и безразлично. Я даже немного горжусь собой.
— Ира, открой, нам нужно поговорить, — кричит в ответ.
— Мы вчера с тобой прекрасно поговорили. Обо всем. Больше нам разговаривать не о чем. Убирайся.
— Ирочка, я слегка перебрал с выпивкой, не контролировал себя…
— Я очень рада, что ты не контролировал себя и я смогла узнать много нового о себе.
— Ир, — обреченно, на выдохе. Чернов затихает по ту сторону двери, во мне же кипит негодование. После всего ещё и явился ко мне. С самого утра. Странно, что вообще очухался после того состояния, в котором был всего несколько часов назад. — Слушай, нам действительно нужно поговорить, на этот раз серьезно. У нас есть сын, и этого не изменить.
— Я очень признательна тебе, что ты хотя бы иногда вспоминаешь о сыне. Уходи, Максим, не хочу тебя видеть. — Упираюсь лбом в холодную стальную дверь и чувствую, как становится тяжело дышать. Как же мне надоело это все!
Внезапно я слышу, как проворачивается в замке ключ, и отскакиваю от двери. Какого черта? На пороге появляется помятый Максим с красными глазами и виноватым видом. Взгляд падает на ключи в его руках: совсем забыла, что дала ему вчера запасные.
— Чего тебе? — вздыхаю обреченно, сдерживая свой гнев изнутри. Но Максим умел быть упёртым, от него просто так не отделаешься, если он что-то задумал.
Мужчина закрывает за собой дверь. Делает шаг в мою сторону, но я останавливаю его, выставив перед собой ладонь.
— У тебя есть ровно три минуты, — предупреждаю его, стараясь выглядеть уверенно.
— Слушай, Ир, прости за то, что наговорил тебе, просто я… я как бы немного в шоке от происходящего.
— От чего именно? — строго спрашиваю я.
— От того, что у меня есть ребёнок.
— Так случается, если не предохраняться. Учти это на будущее.
— Брось, не делай из себя стерву, тебе не идёт.
— А ты не делай из себя мученика и говори по делу. Две минуты осталось.
— Слушай, давай по-честному, потому что я не хочу, чтобы мы были врагами, и не хочу, чтобы ты считала, что я какой-то урод.
Я лишь хмыкаю на его слова.
— Ты красивая и хорошая девушка, но я не готов ни к женитьбе, ни к детям. Мне всего тридцать! Я минимум пять лет ещё не собирался обзаводиться семьей, и тут ты преподносишь мне в рейсе такой сюрприз. Нет, я не собираюсь снимать с себя ответственность, я буду поддерживать вас финансово, буду забирать Тимура по выходным, когда надо, на футбол водить, но это максимум, на который я способен. Я всего-то хотел найти девушку, чтобы провести с ней хорошо отпуск, и уж точно не планировал ни серьёзных отношений, ни детей. Да в моей квартире все ещё воняет какашками, а вы пробыли там всего полдня!
— Это все?
Я умело скрываю разочарование и горечь. Всего лишь девушка для отпуска. Вот, значит, как. Возможно, все они, моряки, такие вот? Несерьезные, падкие к гулянкам, веселью и отношениям без обязательств? А что, очень даже удобно!
— Мне не нужна твоя поддержка, но препятствовать общению с сыном не буду. У тебя есть мой номер на случай, если ты все же решишь поинтересоваться им.
— Ира, не стоит так преувеличивать, — тяжело вздыхает он, прислоняясь спиной к стене.
— Я говорю лишь то, что вижу. Когда ты пришёл с рейса, Максим? Только честно.
Чернов отводит взгляд в сторону. Мнется, подтверждая мое предположение.
— Ну?
— Три недели назад.
— Ты хоть искал меня… нас? Волновался? Или приехал, открыл дверь, не обнаружил никого и обрадовался, что проблема сама собой рассосалась?
— Конечно, я волновался! — вдруг срывается с мужчины напускное спокойствие. Он зло стреляет взглядом в мою сторону. — Не делай из меня монстра. Я приехал и хотел с тобой поговорить, решить, как поступим дальше, испугался за тебя, когда понял, что в квартире не осталось даже твоих вещей. Правда, сначала подумал, что ты нашла жильё и съехала, но вот после того, как узнал, что твой цветочный уже больше двух месяцев не работает, и в самом деле решил, что с тобой что-то случилось.
— Твое время закончилось. Я рада, что ты показал свое истинное лицо, иначе я бы и дальше летала в облаках.
— Какое ещё лицо, Ира? Я хоть раз говорил, что люблю тебя? Что у нас какие-то серьезные отношения?
— Но… ты познакомил меня со своими родителями, — произношу едва слышно.
— Они приехали без предупреждения, что я должен был сделать? Вытолкать тебя в окно?
Я молчу. Чувствую себя глупо. А ещё понимаю, что больше не верю ни в какую любовь. Ее не существует. Больше я в жизни не поведусь на это.
— Спасибо, что заглянул, мой номер у тебя есть, я собираюсь какое-то время провести за городом, а теперь прости, но мне нужно продолжить сборы.
Я открываю перед Черновым дверь, но взгляда избегаю. Щеки горят при воспоминаниях о том, как я говорила, что люблю его. А ещё эти дурацкие сообщения…
— До встречи, Максим. И удачи. — Я не жду его ответа, дрожащими руками закрываю дверь на замок, выдыхаю и прикрываю глаза, пытаясь справиться с нахлынувшими чувствами и окончательно понять, что нас просто не было. Никогда.
Глава 33
Тишина длится всего несколько минут, после чего в дверь снова кто-то настойчиво стучит. Я резко дергаю за ручку, не понимая, что еще нужно Максиму. Неужели считает, что недостаточно унизил меня?
— Что-то забыл? — спрашиваю едко, рывком открывая дверь, и замолкаю, потому что за ней не Чернов. — Ой, прости, я не думала, что это ты.
Мне становится неловко за свою резкость, и в то же время воздух из груди выбивает напрочь от вида Максима. Уставшего, словно не спал всю ночь, и такого родного, что ли. Тревога сразу же отступает, а на смену ей приходит неловкость и волнение.
— Все в порядке? — спрашивает, потому что молчание затянулось и я замерла перед ним.
— А, да, проходи.
— Куда-то собралась? Переезжаешь? — как бы между прочим спрашивает он, кивком головы указывая на сумки позади меня.
— К бабушке. Соскучилась по дому, решила сделать перезагрузку, да и Тимуру будет лучше на свежем воздухе и природе.
— Твой отвезет тебя? — На его лице выражается брезгливость.
— Что?
— Чернов. Он отвезет тебя?