Арина Вильде – Отец по ошибке (страница 28)

— Что именно? Одинокая соседка с ребенком, которой я помогаю? — спрашивает Максим и ставит машину на сигналку. — На дорогах небезопасно, гололед, ты на такси или добралась на общественном транспорте?

— На автобусе.

— Тогда подожди меня в машине, отвезу тебя обратно домой, — кивает он в сторону своего внедорожника и снова нажимает кнопку на брелоке.

— Как? — растерянно спрашивает она. — Даже в гости меня не пригласишь? Я ведь через весь город к тебе ехала. Максим, ты ничего не хочешь мне рассказать? — Вновь взгляд в мою сторону.

Мужчина вздыхает. Понимает, что от женщины не отвертеться. Приглашает ее взмахом руки присоединиться к нам и, не оборачиваясь, идёт в сторону дома. Мы — следом.

— А вы в какой квартире живете? — обманчиво ласково спрашивает его мать.

— На шестом этаже, — почти не вру я.

— Ясно. А я Раиса Анатольевна.

— Ирина, — чувствуя себя не в своей тарелке, представляюсь я.

Мы в молчании входим в дом, ожидаем лифт. Кабинка для нас четверых кажется тесной, воздух накалён. Тимур начинает хныкать ровно в тот момент, когда лифт поднимается вверх, и мне приходится взять его на руки, чтобы успокоить.

— Мне кажется, ему жарко, — выдвигает свое предположение мужчина. — Ты нарядила его словно на Северный полюс, а в помещении тепло.

— Он просто проголодался, да, маленький? — Целую Тимура в щечку и укачиваю его на руках.

Мать Максима пристально наблюдет за нами, хочет что-то сказать, когда мы выходим из лифта, и уж очень подозрительно щурится, когда мы по очереди входим в квартиру.

На самом деле я не очень понимаю, как действовать, Максим не дает никаких подсказок, не просит переждать у Вики, например, просто уверенно ведет меня домой, никак не комментируя это перед матерью. Хорошо, что я собрала все вещи, которые стояли на видном месте, иначе был шанс наткнуться на них прямо с порога. Кажется, о моем проживании в квартире может напомнить только детская комната и одежда, которая осталась в гардеробной. Надеюсь, «свекровь» не станет заглядывать туда.

— А… Ирина не идёт домой? — как бы между прочим спрашивает она.

— У Ирины ремонт, поэтому она до вечера останется у меня, — и глазом не моргнув находит выход из ситуации Максим. Кажется, он вообще не волнуется по поводу происходящего.

— А муж не будет против? — не унимается она.

— Я не замужем, — смущенно улыбаюсь я, хочу уйти с сыном в спальню, но вдруг вспоминаю, что должна играть роль гостьи в этом доме, а не временной квартирантки. Поэтому следую за Максимом и Раисой Анатольевной в кухню. Ещё бы Тимура как-то покормить.

— Заказать что-нибудь из еды? Мам, ты голодна? — тянется за телефоном Максим и вопросительно смотрит на нас.

— Нет, что ты, хотя… — протягивает она, резко остановившись посреди кухни. — А кондитерская — та, ну, которая на углу дома, — ещё работает? Я бы не отказалась от их булочек с корицей. Сходишь, купишь нам к чаю, сынок?

— Не думаю, что после снегопада они так быстро откроются, — неуверенно произносит Максим, при этом взволнованно переводит на меня взгляд.

— А мне показалось, что оттуда кто-то выходил, — настаивает на своём Раиса Анатольевна. — Ирочка, вы пробовали их выпечку?

— Да, — немного запоздало отвечаю я. — Я бы тоже не отказалась от булочек с корицей, — мягко улыбаюсь Максиму, давая понять, что все в порядке, десять минут в обществе его матери я уж точно продержусь.

Максим мнется, не решаясь уйти, сжимает в руке телефон.

— Мам, можно тебя на минутку? — Смотрит на нее так, что отказаться просто невозможно.

Они выходят из кухни, я включаю чайник и быстро достаю коробку с детским питанием. Сама же прислушиваюсь к тихим голосам, звучащим из глубины квартиры. Наверняка ведь обо мне говорят. Надеюсь, Максиму удастся донести до матери, что я не претендую на него, лишних ссор и скандалов мне уж точно не нужно.

Раисы Анатольевны нет всего несколько минут. Обратно она возвращается с натянутой улыбкой, внимательно следит за моими действиями.

— Красивый мальчик у вас, Ирина. Эх, я все мечтаю о внуках, но, вижу, не скоро их дождусь, — вздыхает она, смотря на успокоившегося Тимура в моих руках.

Я наблюдаю за тем, как она пересекает комнату, подходит к кухонным шкафам и безошибочно выбирает тот, где хранится чай, достает чашку, наполняет чайник водой. Заглядывает в холодильник, а у меня внутри проходит волна негодования. Почему-то я все еще ощущаю себя хозяйкой этого дома и мне очень не нравится, что чужая женщина управляется без спросу на кухне. Пусть это и мать Максима, которая имеет прав на эту кухню больше, чем я.



— А чем вы занимаетесь, Ирина? — Ее взгляд вновь возвращается ко мне.

— Флористикой. У меня есть цветочный магазинчик, еще украшаю залы ко всяким торжествам.

— Интересно, — она произносит это таким тоном, что я так и не поняла, это было одобрение или нет.

Несколько минут неловкого молчания. Я делаю вид, что занята ребёнком и меня нисколько не напрягает присутствие женщины.

— Вам нравится мой сын, — не вопрос, скорее утверждение.

— Что? — резко вскидываю голову и с недоумением смотрю на неё.

— Я вижу эти переглядывания между вами, вижу, как вы смотрите на Максима. Не понимаю только, почему он врет мне. Да, он очень закрытый человек, но мне всегда доверял. Я никогда не осуждала его выбор, это его жизнь.

— Простите, но все не так. Между нами ничего нет, — смущённо улыбаюсь я.

— Щеточка для мытья детской бутылочки, комнатные тапочки, посуда, которой у Максима не было, цветы в горшках, — кивает в сторону подоконника на мои цветущие орхидеи, — полный холодильник еды — вы определённо не просто соседка с шестого этажа, да и соседка ли вообще? — вопросительно изгибает бровь она. Ее голос звучит строго, и я краснею от своей лжи. — Как долго вы здесь живёте?

— Я не… мы не встречаемся с вашим сыном, не беспокойтесь. Максим мне просто помог, я и в самом деле живу в этом доме, но в моей квартире ремонт, поэтому большую часть времени нахожусь с сыном здесь.

— Но Максим мой тебе нравится, — заключает она.

В этот момент начинает свистеть закипевший чайник, мать Максима на какое-то время отвлекается от своих расспросов, а я выдыхаю с облегчением, потому что мне не приходится отвечать на последний вопрос.

— Не пойми меня неправильно, — стоя спиной ко мне, продолжает она, нервно помешивая ложечкой сахар в чашке, — я ничего не имею против ваших отношений, просто я все же надеялась на то, что он сойдётся с бывшей женой. Они такая прекрасная пара, так любили друг друга, и я до сих пор верю, что все ещё можно вернуть.

Она хочет меня задеть, понимаю я. Но зачем? Дмитриев уже взрослый самостоятельный мужчина и вряд ли поддаётся влиянию матери.

— Я знаю о том, что он в разводе, но, кажется, у Максима есть другая девушка. Правда, не могу сказать, насколько серьезные у них отношения, — не знаю, почему говорю это. Возможно, надеюсь разузнать от его матери о той самой Наташе, которая звонила ему среди ночи?

Раиса Анатольевна резко поворачивается ко мне. В глазах вспыхивает любопытство, смотрит на меня, желая продолжения, которого у меня нет. А потом огонёк резко меркнет, улыбка сползает с ее лица и женщина кажется уставшей. Присаживается рядом со мной.

— Не стоит обманывать, я не какая-то злая старая мегера, — кривится она. — Ты ведь с Леной знакома, а она после приезда Макса ещё не была у него в гостях.

Я не совсем понимаю, к чему она клонит.

— Выглядишь в точности, как она и описала. Правда, я все же надеялась, что ребёнок Максима, но если бы это было так, разве не сообщил бы он радостную новость нам с отцом? Видимо, Лена решила поддеть Свету, они не очень ладят после развода, а Максим не хотел нас шокировать такими резкими переменами в своей жизни.

Я молчу. Черт, как же все запутано! Максим точно не обрадуется тому, что за десять минут его отсутствия наш с его матерью разговор перерос в то, что в глазах Раисы Анатольевной мы теперь пара.

— Знаете, в последнее время все приписывают нам с Максимом роман и считают его отцом Тимура, вот и вы туда же, — закатываю глаза и наконец-то расслабляюсь. Женщина не кажется воинственно настроенной против меня, скорее разочарованной. Правда, пока что я не до конца разобралась, в чем именно: что Максим так и не сошёлся с бывшей женой, с которой у него «была такая любовь», что мой сын не от него или же что он всё-таки связался с женщиной, у которой есть ребёнок от другого мужчины.

— Зачем ему тогда помогать вам, Ирина, если вас ничего не связывает?

— Вы ведь должны знать своего сына лучше меня. Да, на первый взгляд он хмурый, нелюдимый и одним взглядом может проделать дыру в стене, но на самом деле очень добрый и заботливый. Я безумно благодарна ему за помощь, если бы не он, возможно, я бы не увидела своего сына. — Перевожу взгляд на уснувшего малыша, и сердце щемит от боли и нежности. Мы уже столько пережили, а сколько же ещё впереди грёз и разочарований? — Думаю, его будущей жене, кем бы она ни была, очень повезёт с таким мужем.

— Главное, чтобы моя будущая жена оценила эти качества по достоинству, — раздаётся со стороны мужской голос, и я вздрагиваю. Несколько тяжелых шагов, и на стол ложится бумажный пакет с ароматными булочками. Максим нависает надо мной, я же боюсь поднять на него взгляд. Как давно он вернулся? Что успел услышать? Был ли он здесь, когда я говорила о Наташе?