Арина Вильде – Беременна от нелюбимого (страница 12)

И, не дожидаясь его ответа, упираюсь руками в его крепкую грудь и отталкиваю от себя. Быстро проскальзываю за дверь и выдыхаю от облегчения.

Вот гад!

На самом деле я безбожно вру о важных звонках, сумочка мне нужна для другого. Где-то там, в боковом карманчике, все так же лежит нераскрытый конверт с УЗИ.

Дрожащими руками я расстегиваю молнию и достаю его. Волнение выталкивает из меня всю смелость. Я все так же до конца не верю в происходящее и пытаюсь понять, как выстроить свою будущую жизнь.

Если Даня думает, что я соглашусь на его условия, то заблуждается. Он произнёс всего несколько слов, а меня уже раздирает от желания побить его хорошенько. Но ладно, в одном он, наверное, прав: я не смогу справиться с этим ребёнком одна. Возможно, и в самом деле лучше, чтобы воспитанием занялся он? А ещё это его предложение, словно укус ядовитой змеи, медленно распространяется по всему телу. «Крамор». Я даже не мечтала работать у них.

Почему для него так важен этот ребёнок?

Я делаю глубокий вдох, бросаю взгляд в зеркало, из которого на меня смотрит бледная испуганная девушка, и наконец-то достаю черно-белые фотографии. Надеюсь на то, что это как-то поможет мне понять, что я хочу на самом деле.

Сердце пропускает удар и болезненно сжимается в груди. Понятия не имею, что из этого всего мой малыш, но… он существует. Прислушиваюсь к себе. Нет, ничего не изменилось, лишь начинаю чувствовать ответственность за жизнь, зародившуюся внутри меня. Правда, материнский инстинкт молчит. Что, если я буду плохой матерью?

Когда я наконец-то успокаиваю бешено бьющееся сердце, собираю мысли воедино и выхожу из уборной, Даниил все ещё подпирает стену рядом с дверью. Упертый какой. Минут двадцать здесь стоит.

– Знаешь, сбегать – это не в моем стиле, в отличие от некоторых, – фыркаю я и закатываю глаза. Даня, кажется, не сразу понимает, о чем я, потому что сначала хмурится, а потом в его глазах появляются искорки, а бровь ползет вверх.

– Обиделась, что ли? – Впервые за сегодняшний день на его лице появляется подобие улыбки.

– Еще чего. Просто все выглядело так, словно ты струсил и сбежал, пока я не проснулась.

– О нет, детка, все выглядело так, словно я получил, что хотел, и после уехал домой.

Из моего рта вырывается возмущение.

– Да, конечно, льсти себе, если так хочется. Но, вообще-то, это я тобой воспользовалась, чтобы хоть как-то забыться. Знала бы, чем это кончится, послала бы тебя ещё у ресторана, – качаю головой. – Кравцов, от тебя что десять лет назад, что сейчас – одни проблемы.

– Кто бы говорил, – бурчит Даня за спиной и не спеша начинает подниматься по деревянной лестнице за мной.

Мы садимся за столик и утыкаемся в меню. Почему-то никто из нас не начинает разговор первым. Время от времени я поглядываю на Даню и тяжело вздыхаю. Радости по поводу новоявленного папаши не чувствую. На следующей встрече выпускников нас засмеют, когда мы расскажем, что у нас есть общий ребенок.

Отвратительная ситуация. Лучше бы и в самом деле забеременела от какого-то незнакомца. Было бы в сто раз меньше проблем. Но… черт, стоит признать, что наш с ним ребёнок должен получиться красивым. Какие бы чувства я ни питала к этому мужчине, но все же не слепа: он весьма симпатичен и безумно харизматичен. Когда не сидит вот так, как сейчас, хмурясь и делая вид, что обиженная сторона здесь он, а не я.

Я заказываю травяной чай и овощной салат, Даня – кофе и стейк. Молчание затягивается, и я начинаю злиться. Сам привез меня сюда, а сейчас пялится в окно, абсолютно не обращая на меня внимание. Уже пожалел, что ли, что приехал в клинику?

Я достаю из сумочки одно из фото УЗИ и кладу на стол.

– Это фото ребенка. Я подумала, что тебе будет интересно.

Даня бросает взгляд на слегка помятый клочок бумаги. Возможно, мне кажется, но, когда он берет снимок УЗИ, его руки слегка дрожат. С нежностью проводит пальцем по чёрно-белым разводам. Интересно, он разглядел там ребёнка? Потому что мне так и не удалось этого сделать.

Я с интересом наблюдаю за реакцией Дани. Он дышит как-то резко и прерывисто, немного паники проскальзывает во взгляде, а ещё неверия, я же и сама начинаю волноваться. Сцепляю руки в замок и смотрю куда угодно, только не на мужчину напротив меня.

– Можно мне оставить его? – внезапно спрашивает он хриплым голосом.

– Да, у меня еще один есть. – Пожимаю плечами и тянусь за своим телефоном, чтобы занять чем-то руки.

Включаю его наконец-то, и от мобильного оператора тут же приходят сообщения о пропущенных звонках. Пять от Тани, один от мамы и сорок девять от неизвестного абонента.

Я вскидываю взгляд на Даню.

– Это твой номер заканчивается на тридцать два?

– Эм-м, да.

– Запишу себе на случай, если ты снова сбежишь, – хмуро произношу я. Надо бы с Таней поговорить, хочется все же знать, что произошло и почему она меня так подставила.

Нам приносят заказ, и, пока я пью чай, Даня неотрывно следит за каждым моим движением. Разглядывает меня, словно видит впервые, и его ни капли не смущает, что я, вообще-то, все замечаю.

– Что? – наконец-то не выдерживаю я, подношу чашку к губам и делаю глоток теплого напитка.

– Я подготовлю все документы, и через неделю-две официально заключим брак, – будничным тоном произносит Даня, и я начинаю кашлять, подавившись чаем. Из глаз брызгают слезы, горло дерет, и я никак не могу прийти в себя.

– С ума сошел? Мы так не договаривались, – с трудом выдавливаю из себя и перевожу на мужчину взгляд, полный злости.

– Мила, – стиснув зубы начинает он, – я не собираюсь после рождения ребенка бегать по всем инстанциям и собирать пакет документов для того, чтобы доказать свое отцовство. Если ты не знала, когда ребенок рождается не в браке, то потом начинается огромная бумажная волокита, потому что иначе в графе «отец» будет прочерк.

– Ты врешь.

– Можешь проконсультироваться с юристом по этому вопросу, мне незачем врать. И вторая причина такого моего решения – я хочу, чтобы ты всегда находилась у меня на глазах. Зная тебя, Мила, ты можешь вытворить все что угодно. У нас с тобой простая сделка: ты рожаешь этого ребенка, я обеспечиваю твое будущее. После того как родишь, можешь в тот же день подать бумаги на развод, я не собираюсь тебя держать. Мне нужен лишь ребенок. Это все, – с жаром произносит он, вызывая внутри меня бурю негодования.

– Зря я с тобой пошла. – Хватаю сумочку и резко поднимаюсь со своего места, не желая больше слушать бредни Дани.

– Никуда ты не уйдешь, Мила. – Он преграждает мне путь, но злым не выглядит. На его лице скорее читается усталость.

– То, что ты предлагаешь, – полный бред, неужели и сам не понимаешь? – шиплю я, пытаясь удержать рвущиеся наружу эмоции.

– То, что я предлагаю, обезопасит мои права на этого ребенка. Да и какая тебе разница, Мил? Или у тебя кто-то есть? Если есть, то скажи, и мы пересмотрим условия, – более мягко произносит он, не отрывая от моих глаз взгляда.

Даня внезапно протягивает руку к моему лицу, убирает за ухо выбившийся локон волос, вызывая во мне странное чувство неловкости.

Мы привлекаем внимание немногочисленных посетителей ресторана своей перепалкой. Не хочется выяснять отношения на глазах у чужих людей, поэтому я понижаю голос до шепота:

– Нет у меня никого, но и замуж за нелюбимого мужчину я не выйду.

Зрачки Дани расширяются, во взгляде читается разочарование. Он горько усмехается, качая головой.

– Выйдешь, Мила, – безапелляционно заявляет он. – Ты лучше выбирай, как мы это сделаем: я силком затолкаю тебя в ЗАГС, где нас распишут, даже если ты скажешь мне «нет». Или же небольшая церемония бракосочетания в кругу самых близких людей и статья в журнале с нашими фото о том, что известная модель Мила Решетникова и один из самых завидных холостяков страны долго скрывали свои чувства и наконец-то поженились.

– Пф-ф-ф, с каких это пор ты стал одним из самых завидных холостяков страны? – усмехаюсь я.

– С тех самых, когда на моем банковском счете появились шестизначные суммы, – самодовольно заявляет он, и я закатываю глаза.

– Мне это все не нравится… – Прищуриваю глаза, смотря на мужчину, а в моей голове уже быстро-быстро вертятся шестерёнки. – Ладно, черт с этим всем, Кравцов, сделаем, как ты хочешь. Все равно с огромным пузом я никому не нужна буду как минимум год, – сдаюсь я, на удивление Дани.

Ох, дорогой мой бывший одноклассник, ты даже не представляешь, во что вляпался.

– Есть какой-то подвох? – недоверчиво спрашивает Даня, прячет руки в карманах брюк и отходит на шаг от меня. Окидывает меня взглядом с ног до макушки, не верит моим словам.

– Нет, конечно, просто я устала и хочу домой.

Вру.

Потому что подвох есть. Самый настоящий. Если мы поженимся, то я буду вести себя как настоящая ревнивая истеричная беременная жена. И Кравцов еще сто раз пожалеет, что предложил это чертово замужество. Не одной же мне страдать? Что ж, похоже, следующие семь месяцев будут веселыми. И я отомщу Дане за все его грешки, хоть это и по-детски. Пусть даже не сомневается.

– Подожди, я расплачусь и отвезу тебя домой, – кивает он с задумчивым видом, я же надеваю свою шубку и нетерпеливо поглядываю в сторону мужчины, который достаёт несколько купюр из бумажника и бросает их на стол.

К счастью, дорога домой занимает немного времени. Но и этого достаточно, чтобы успеть найти несколько тем для спора и повздорить. А я всего лишь спросила, можно ли сделать большую свадьбу. Опыт в этих делах у меня, можно сказать, уже есть.