Арина Цимеринг – Как поймать монстра. Круг первый (страница 54)

Джемма подняла взгляд с фотографии: лицо Купера перед ней было взрослым, вытянувшимся, скулы стали острыми, а взгляд – негодующим.

– Так вы с ним знакомы с детства?

Он ничего не ответил, только опустил руку. К негодованию примешалась горечь. И что-то еще, что-то, что Купер старался спрятать. Джемма поправила себя сама:

– Нет, не так…

Прекратите. Зачем вы это делаете?

– Он тебе ведь как родной. – Джемма пытливо всмотрелась в его лицо, и Купер отвернулся, пряча взгляд. – Вы выросли вместе. Он… Он единственный, кто у тебя остался?

– Да хватит уже!

Тебе совсем не важно, найдем мы тебя или нет. Другое дело – он. Ты беспокоишься только за него. Ты чувствуешь себя перед ним… Обязанным? Нет, нет, не так. Джемма попыталась вцепиться в ускользающее чувство, бившееся сейчас и в груди Купера, и в ее собственной.

Это не долг. Не обязательство. Там, вместе с горечью, была… вина?

«Ладно, – подумала Джемма, глядя на его лицо, – ладно». Она убрала фотографию в карман – на секунду ей стало интересно, найдет ли она ее там, когда проснется, – и сказала:

– Да не кричи ты. Маленький разговор по душам, а ты уже завелся… Итак, – она развела руками, – я здесь. В деревне. Ну и где мне вас искать?

Она знала, что он ей не ответит. Как же, разбежалась. Но чем больше она задаст вопросов, тем больше ему придется отвечать. А чем больше он отвечает, тем больше шансов, что проговорится.

– Давай, Тедди.

Крылья его носа раздраженно раздулись, когда она использовала это обращение. Но злой Купер – куда более искренний Купер, так что Джемма не собиралась останавливаться.

– Вернемся к делу. Деревня. Местные ирландцы. Очень подозрительные ребята, кстати, говор…

– С вами пришел кто-то чужой, – оборвал он ее. – Зачем вы его привели?

– Дорогой, ты все неправильно понял… – озадаченно ответила Джемма. – Что еще за мрачные озарения?

– Вы кого-то привели с собой. Кого-то лишнего. Оно не должно здесь быть. Это существо.

Существо обрело фактуру и цвет, черные волосы, упрямый взгляд и бледную кожу. Существо положили на ночь в спальный мешок между кроватями, рядом с Доу. Су-щес-тво.

– А. Да. – Джемма прищурилась. – Точно… Ну, – она улыбнулась, пожимая плечами, – это мы по дороге подобрали. Подумали, пригодится.

– Это было глупо, – поджал губы Купер. – Он умрет здесь.

Это слово – «у м р е т» – разнеслось по холлу как некое мрачное предсказание. Будто Купер, как древний оракул, предсказывал Блайту судьбу, неумолимо и безжалостно.

– Круто, – ответила Джемма, – ты, наверное, кучу бабок делаешь на ставках на спорт. Так куда дальше, Купер?

Он скрестил руки на груди, возвращая себе до отвратного назидательный вид, и теперь настала его очередь всматриваться в ее лицо. Джемма улыбнулась ему. Ну да, в эту игру, получается, можно играть вдвоем.

– Вы мне не доверяете, – неодобрительно сказал он.

Костер громко трещал поленьями. Одна искра выбилась, оседая на пальто Купера. Джемма проводила ее взглядом.

– Я оскорблена! С чего это ты взял? – наигранно удивилась она.

Купер закатил глаза:

– Потому что я в вашей глупой голове. Вы смотрите на мою реакцию. Это логично, я не отрицаю, потому что для вас все, что происходит, выглядит подозрительно. – Он вздохнул. – Я понимаю это, Роген. Но я не могу уговаривать вас поверить мне. У меня нет карт, чтобы выложить их на стол.

Джемма вздохнула в ответ. Купер плохо притворялся, она это знала. Врать ему никогда не удавалось: вместо этого он научился прятать эмоции в недружелюбно сжатых губах и нахмуренных бровях. Прятал себя на все замки, зная, что никто не задает вопросов о том, чего не может увидеть.

Но сейчас у Джеммы было преимущество: она уже оказалась внутри. Все замки были позади.

– Давай остановимся на том, что это моя маленькая слабость – провоцировать тебя. – Купер закатил глаза снова, на этот раз выразительнее. – Но так что насчет деревни? Может, знаешь, дашь нам какие-нибудь указания? Советик-другой? О, ты же не можешь, точно. Ты ни черта, – она хлопнула себя по ноге, – не можешь. Какая жалость! Так к чему нам эти ночные свидания? Тебе не с кем поболтать?

– Твои попытки постоянно острить утомляют, а не смешат, – огрызнулся Купер, не сдержавшись.

– Так вы или ты? – тут же уточнила Джемма. – Определись, в какой форме ты со мной разговариваешь. Мне кажется, мы достигли того уровня интимности, когда можем называть друг друга на «ты».

– Вы можете прекратить шутить? – Она увидела, как ладони Купера сжались в кулаки. – Я пытаюсь…

Джемма могла. Джемма провоцировала, но на этот раз до Купера дошло с опозданием. Поэтому, когда он осекся, пытаясь осознать, что его провели, Джемма произнесла абсолютно серьезным голосом:

– Я сниму амулет. Я сниму его, – медленно повторила она. – Если ты сейчас же не скажешь, где мы и что здесь происходит.

Купер знал, что она не шутит. Джемма вложила в него это знание, протолкнула сквозь грудную клетку. Чистое, незамутненное намерение, – в этот момент она чувствовала, что может даже проснуться, прямо сейчас, если захочет. А затем залезет под горловину свитера, дернет холодную цепочку через голову, и…

Это место – не то, что мы о нем думаем.

Это был ее собственный внутренний голос, ее собственные мысли. Они возникли в голове так же естественно, как секундой назад – другие до них. Но Джемма остановилась, зацепилась именно за эти слова. Прислушалась.

Всё, что мы здесь видим, не то, чем кажется.

Лицо Купера было сосредоточенным, хотя внутри у него плескался испуг. «Он боялся того, что делает, – поняла Джемма. – Он словно… Пытался кого-то обмануть».

Мы все собрались здесь, запечатлены здесь, остались здесь, ждем здесь, заключены здесь.

Джемма протянула руку, и Купер схватился за нее, стиснул холодными пальцами. Ей казалось, что мысли должны зазвучать громче, отчетливее, но они стали тише. Превратились в испуганный шепот.

Мы будем заходить в этот лес снова и снова. Будем искать ответы. Искать выход. Искать тебя. Потом – возвращаться сюда, в ночь на этом утесе, в сгоревший дом. Видеть твои сны. Впускать тебя в свои. Раз за разом.

Взгляд Купера остекленел.

Просыпаясь по утрам, мы будем видеть то, чего не должны. Слышать вещи, которых не может быть. Ощущать то, чего не существует.

Мысли стали сбивчивыми, прыгали, вырываясь из стройного ряда, и Джемма силилась сохранить концентрацию, чтобы они продолжали звучать в ее голове.

Мы встретим мертвое, притворяющееся живым, и живое, притворяющееся мертвым.

Джемма зажмурилась.

Мы отдадим первенцев и возьмем золото. Мы станем камнем, по одному за каждое деление круга. Мы будем ключом, поворачивающимся наоборот. Мы – молот, разрушающий статую.

Он не контролирует их, – поняла она, сжимая руку Купера. Это не мысли, это…

Мы войдем в лабиринт и будем идти против хода солнца, спускаясь всё глубже и глубже, пока пути назад не останется.

…и вправду предсказание.

И, пока мы будем блуждать в потемках, зима вступит в свои права.

Джемма распахнула глаза.

А начавшись…

Купера перед ней больше не было.

…она уже никогда не закончится.

Глава 12. Вампиры не сидят на диетах

Норман стал аналитиком, когда ему было двадцать пять.

Он очень хорошо помнил, как в одном из безликих кабинетов Управления перед ним положили документы на обучение. «Департамент оперативных инициатив», – было написано на седьмой странице.

«Вы должны выбрать специальность для прохождения курса, – сказала помощница Айка, Стелла, в тот момент для него все еще старший агент Хефт. – В документах все подробно описано. У вас есть пара часов на ознакомление. Выносить из здания их нельзя, вы же понимаете».

Норман понимал. Понимал Норман и другое – никакого Департамента оперативных инициатив. Боже, да он ведь получал диплом бакалавра в Беркли, а не выпускался офицером из Вест-Пойнт!

В общем, не было ничего удивительного в том, что в итоге он остановился на пункте «Департамент исследования и разработки». Звучало внушительно, а главное, безопасно. Среди прочих исследовательских блоков был в списке и аналитический.