Арина Теплова – Позывной «Доктор» (страница 6)

– Да, конечно, давай на ты, – закивала Наташа.

Васильев казался ей милым и простым парнем. Без этих властных и надменных закидонов, что были у Власова.

– Только мне убрать все здесь надо, потом пойдем. Ты где вещи оставила?

– Я помогу тебе убрать, – предложила Наташа. – А вещи, похоже, снарядом разбомбило… У меня только этот рюкзак и остался.

– Ничего себе, – пробубнил он, взял ведро и налил воды в чистый таз, намочил тряпку. – Сейчас сходим туда, все посмотрим, может, что и осталось. Если нет, не переживай. Найдем тебе все. Одежда, обувь и белье постельное у нас есть у завхоза. А что по женской там части, то у наших женщин спросим.

– А много женщин в отряде?

– Есть несколько, – улыбнулся Миша. – Так что ты не одна здесь прекрасного пола.

Спустя полчаса, прибравшись в медпалатке, молодые люди направились к вертолету искать Наташины вещи. На удивление, дорожная сумка девушки хоть и порвалась, но почти не пострадала, как и то, что находилось внутри. Девушка была очень рада этому.

Миша привел ее в третью по счету палатку от края лагеря, показал девушке ее койку. Она была пустой. Один матрас, накрыт серым покрывалом.

– Ты пока раскладывайся, – велел он. – А я сейчас за постельным бельем и одеялом сгоняю. Этот стеллаж тоже твой, – указал он на небольшие деревянные перекладины с полками, стоящие рядом с походной койкой.

– Спасибо, – кивнула Наташа.

Когда он вернулся спустя время с постельным бельем, девушка уже вытерла пыльный стеллаж, положила на него вещи и повесила свою кофту на вешалку сбоку.

– Наташ, ты извиняй, но подушки нет. У нас у каждого по одной. Я сейчас даже к завхозу сходил, он обещал в следующую поставку привезти, но не точно, – сказал извиняющимся тоном Миша, опуская глаза. – Я бы тебе свою отдал, но она жесткая как камень.

– Спасибо за заботу, Миша, – улыбнулась она, пожав его ладонь. – Обойдусь как-нибудь пока.

– Смотри, тут еще тент-перегородка есть, – сказал Михаил, раскручивая закрепленный сбоку тент. Растянул его и повел по молнии, растягивая. Жесткая ткань образовала перегородку, и такая же ткань на молнии была свернута и с другой стороны. – Мы не пользуемся своими, а тебе, думаю, надо будет. Переодеться там.

Ее койка, стеллаж и табурет оказались как в небольшом уютном отдельном тканевом помещении.

– Как замечательно, – закивала довольно Наташа, даже не ожидавшая, что можно будет вот так уединиться.

А когда Власов сказал, что они будут жить в одной палатке, ее это немного напрягло. Конечно, девушка знала, куда едет, не на курорт, но все же эта перегородка из тента ей очень пришлась по душе.

Миша спросил, какие у нее размеры, и опять убежал, сказав, что попробует подобрать ей у завхоза что-то из камуфляжной формы.

Девушка вновь осталась одна и начала заправлять кровать бельем. Оценила, что молодой человек принес теплое добротное одеяло.

Спустя полчаса, услышав, что кто-то снова вошел в палатку, Наташа достелила постель и громко сказала:

– Миша, спасибо за одеяло!

Она отодвинула до конца занавеску, обернулась и замерла. В трех шагах от нее у своей койки стоял Власов, обнаженный по пояс. Он только миг назад стянул темную грязную футболку, чуть забрызганную кровью раненого, и сейчас обтирал себя мокрым полотенцем. Рельефный поджарый торс с кубиками пресса и небольшой темной растительностью на груди, сильные руки и широкие плечи. Узкие бедра в армейский штанах.

Отчего-то Наташа покраснела, смутившись, и захлопала глазами. Явно не ожидая увидеть Власова, да еще в таком виде.

Видя ее оторопь, он нахмурился.

– Что?! – с вызовом спросил он и, вперив в нее недовольный взгляд, опустил руку с мокрым полотенцем. – Голых мужиков не видела, что ли? Мне переодеться надо.

Он верно считал ее смущение, чем вызвал еще больший стопор у Наташи, и она тихо залепетала:

– Простите…

Она быстро отвернулась и снова зашла за занавесь.

Чувствуя, как щеки горят, Наташа начала быстро поправлять кровать, чтобы успокоиться. Думая, что Власов сейчас переоденется и уйдет. Но не тут-то было.

В следующий момент занавесь отдернулась и обнаженный по пояс мужчина оказался в шаге от нее. На его офигительном торсе блестели капельки воды, а давящий взгляд горел темно-зеленым светом.

– Слушай, товарищ сержант, здесь тебе не институт благородных девиц. Так и будешь от каждого голого мужика смущаться? – обвинительно спросил Власов.

– Я и не смутилась, – соврала она.

– Ну-ну, – как-то ехидно усмехнулся он. – Завтра раненых и голых полная медпалатка будет, тоже краснеть, как невинная девица, будешь?

Наташа ощущала себя полной дурой, она знала, что он прав. Чего она правда засмущалась? Она и сама не могла объяснить причину. Может, потому что до этого он представал перед ней грозным и слишком строгим. И она явно не ожидала увидеть его в такой вот простой обстановке. Как обычного человека, который пришел переодеться, или же дело было в чем-то другом? Но, конечно же, фигура у него была зачетная. И точно можно было сказать, что он наравне со всеми в отряде занимался физподготовкой ежедневно.

– Нет, – промямлила она.

– Тут армия, и кругом мужики! Ты, вообще-то, медик или как?! Или диплом купила?

– Видела я голых и лечила! – попыталась она оправдаться, она и сама не знала, что на нее нашло.

– Верится все меньше, товарищ сержант.

Она видела, что его глаза как-то странно сверкают, он явно был настроен на очередную ссору, потому, чтобы выкрутиться из этой дурацкой ситуации, ухватилась за первое, что пришло в голову.

– Я ушла, чтобы не смущать вас, Александр Петрович, – заявила она, солгав.

– Меня? – теперь опешил он. И по его лицу пробежало удивление и недоумение. Он приблизился к ней вплотную и чуть склонился. Опять этот пронзительный темный взгляд, как днем в медпалатке. И хрипло произнес: – Открою тебе секрет. Меня можно не только смущать, но еще и трогать…

В смысле трогать?

– Что? – округлила она глаза, оторопев от его поведения и слов.

На что это он намекал? Или не намекал, а завлекал? Не собиралась она его трогать! Еще чего! Девушка окончательно стушевалась и даже не нашлась, что ответить. Нет, он явно был какой-то ненормальный!

– Это шутка, Вяземцева, – тут же оскалился Власов уголками губ, выпрямляясь. Он явно забавлялся ее смущением и непониманием. – Ужин в семь.

Быстро развернулся и направился обратно к своей койке. Наташа молча следила за его действиями, так и стоя посреди палатки.

Он проворно достал из деревянного стеллажа светлую футболку, надел ее. Забрал зеленую грязную, быстро направился к выходу.

После того как мужчина вышел, Наташа плюхнулась на свою койку и прижала ладони к горящим щекам. Она не понимала, что с ней. Ее никогда не смущали голые мужчины, тем более посторонние. Но отчего-то сейчас она знала, что выставила себя перед Власовым полной идиоткой.

– Этот дурной день когда-нибудь кончится? – проворчала она, уже не зная, чего еще ожидать в следующую минуту от всего окружающего.

Глава 5

Из-за бомбежки вертолет не улетел через два часа. Осколки разорвавшегося неподалеку снаряда попали в лобовое стекло, и оно треснуло. Потому до вечера пилоты заклеивали трещину специальным скотчем для стекол, чтобы суметь вернуться на базу и чтобы оно не разбилось до конца. Было решено лететь уже ночью. Так безопаснее. Оттого пилоты и Федор-снабженец остались на ужин.

Наташа как раз разобрала и выстирала все уцелевшие вещи, когда услышала громкий звук, кто-то стучал по железному тазу. По небольшому лагерю тут же прошел слух, что повар зовет ужинать. Девушка пошла со всеми на походную кухню под открытым небом и даже оказалась в очереди, чтобы получить свою миску с кашей и сосиской.

Обстановка была простой. Тент, натянутый над десятком деревянных столов и лавок.

Специальная передвижная печка, где хлопотал повар, и два хозяйственных стола для приготовления и раздачи пищи.

Впервые за этот день Наташа увидела почти всех солдат и офицеров части. Их было около полусотни человек. Они все как-то странно осматривали ее, с интересом и тайком, и сразу же убирали взгляд, как только она замечала это. Пока она стояла в очереди за едой, с ней никто даже не заговорил. Словно им было неважно, кто она и зачем здесь.

Это показалось Наташе странным.

Молодой сухощавый повар, когда подошла ее очередь, быстро сунул ей в руки миску с едой и компот в жестяной кружке и крикнул:

– Проходи! Следующий!

– Спасибо, – кивнула Наташа.

Осмотревшись, она села за первую свободную лавку и попробовала кашу. Гречка была наваристой и с каким-то пряным вкусом, видимо, добавлены специи или травы.

Остальные мужчины начали тоже рассаживаться по лавкам со своей кашей. Но никто так и не сел к ней. Наташа оставалась одна, хотя за другими столами набилось по десятку парней. И Наташа не понимала, отчего никто не хочет сидеть с ней?

В ее голове появились мрачные мысли о том, что или все считают ее недостойной, или же уже Власов постарался и на весь лагерь охарактеризовал ее как-то плохо. Он точно мог. Его злющий горящий взгляд до сих пор стоял перед ее глазами, хотя прошло уже три часа, как она видела его. Власов, кстати, пока не появился на ужине.

У Наташи даже пропал аппетит оттого, что никто не садился с ней. Как же подружиться с этими военными и служить вместе, если, кроме Васильева и командира, никто не говорил с ней и не видел ее в упор. Словно она была пустым местом.