Арина Теплова – Эскортница (страница 3)

– Ниче такая, эффектная. Точно насосала. Богатенькие дочки обычно жирные и страшные.

– Думал, не увижу ее снова. Отель большой, а вот те на, приперлась.

Глава 3

Константин снова схватился за стакан с коньяком.

– Ты это, Кость, много не пей, нам через полчаса на обед идти. А ты уже бухой.

– Значит, не пойдем. Можно в номер заказать или съездить в ресторан, что на пляже.

– О! Вот это разговор. Шашлыков хочу, а то тут одно тушеное да жареное в ресторане.

– Все, забили. Сейчас твою благоверную забираем – и в ресторан на пляже, – заявил Туманов.

– Погоди, наберу ее сейчас. Она у меня в спа-салоне. Еще, поди, не готова.

Виктория нерешительно приблизилась к указанному диванчику и окончательно стушевалась. Одним из двоих мужчин был тот самый хам с дороги. Только теперь он был одет в дорогую черную рубашку с белыми пальмами и белые брюки. Второй мужчина такой же темноволосый, постарше, лет сорока, в белой футболке и серых шортах по колено. С надеждой взглянув на второго, Вика начала молиться о том, чтобы именно тот, что в футболке, оказался Тумановым.

При заключении контракта она видела своего работодателя только на мелкой фотке и совсем не запомнила его лица. А в инете фотки Туманова отчего-то не нашлось, наверняка, все лишнее было удалено.

– Добрый день, мне нужен Туманов Константин Сергеевич, – обратилась девушка вежливо к мужчинам.

– Зачем? – спросил Борис быстро, видя, как при приближении девушки его друг сел прямо, а его брови сошли у переносицы.

– Я Виктория Симанова из агентства «Созвездие». Приехала по приглашению.

– Супер, еще и сам ее заказал, – процедил вдруг Константин.

Окидывая пронзительным взглядом девушку, Туманов решил немедленно отправить ее обратно в Россию. Зачем ему проблемы с этой наглючей девицей, которая явно не подходит для его плана?

– Что вы сказали? – спросила тихо Виктория таким елейным голосом, что он даже поморщился.

Константин вновь прошелся взглядом по стройной фигурке, длинным густым волосам и выразительным глазам девушки, умело накрашенным.

– Номер сто первый. Придешь через три часа, обсудим твой контракт, – отчеканил Константин, смотря на нее в упор.

Сглотнув и понимая, что судьба все же решила ее проучить за несдержанность на дороге, Виктория поджала губы. Как она надеялась, что Туманов не этот загорелый вспыльчивый мачо, но не повезло. И она не понимала, как он оказался за рулем машинки, когда был постояльцем этого дорогущего отеля.

– Через три часа? Но меня не заселяют в номер. Вы должны расписаться в документах, – сказала она тихо и как-то просяще.

– Значит, пока не заселяешься, – отрезал Константин, криво усмехнувшись. Он вдруг обрадовался тому, что может поквитаться с ней таким образом за то, что она ударила его три раза своей сумочкой, там на дороге. – Все, иди погуляй пока.

– Но… – попыталась возразить девушка.

– Я что, не по-русски сказал?

– Нет, я поняла, – вздохнула Вика и, быстро развернувшись, отошла.

Борис проводил девушку долгим задумчивым взглядом, перевел глаза на Туманова и недоуменно спросил:

– Какой контракт? Вы знакомы все же?

– Не знакомы. Сказал же, на дороге сейчас повздорили. Я ее выписал из модельного агентства.

– Для чего? А! Эскортница она, что ли? – догадался Борис.

– Да.

– И нафига тебе дорогая шлюха? Тебе же бабу закадрить ничего не стоит. Даже вон те две блондинки уже час на нас таращатся.

– Не хочу я никого кадрить. С этими женщинами один вынос мозга. Мне надо, чтобы кто-то сыграл роль моей невесты на предстоящей свадьбе Стахановых. Я ж тебе говорил, хочу бывшую свою побесить.

– И потому ты выписал эту? Чтобы сыграла невесту?

– Ну да. Я просто не помнил, когда она должна была прилететь, сегодня или завтра. И вот нарисовалась.

– А че, для этого дела она очень даже ничего. Твоя Алена точно позеленеет от зависти, ведь у нее фигура уже не та. И эта Виктория красивая. Ну, на мой вкус, – тут же поправился Борис, видя, как лицо друга стало совсем мрачным. – Можно с ней даже и перепихнуться. Они все на это соглашаются, помимо контракта. Только ценник у всех разный. Думаю, эта не меньше трехсот за ночь берет. Зад-то у нее что орех.

– Не собираюсь я с ней спать, Борь, – огрызнулся Туманов. – Мне после операции еще две недели воздержания осталось, по совету врача.

– И че, ты прямо уже два месяца воздерживаешься?

– Ага, – кисло ответил Туманов, вновь намахнув коньяка. – По утрам такой стояк, что только холодный душ помогает.

– Вот и повод есть расслабиться, – оскалился Борис.

– Не с этой истеричкой, – поморщился Константин. – Я ее сегодня домой отправлю.

– Не понял, зачем? А невеста как же? И месть Алене?

– Значит, без невесты обойдусь. Раз сам лоханулся. Но эта неадекватная точно мне весь отдых испортит, если останется.

– Неправ ты, Костя. С виду она вроде вежливая и тихая, да и фасад что надо. Я бы на твоем месте оставил ее, развлекся. И бывшей к тому же отомстишь. Пусть локти кусает, ты себе вон какую красотку нашел. Ну, подумаешь, ударила тебя эта Виктория сумочкой. Ты ее в ответ в постели отжаришь, и все, – оскалился похабно Борис. – Я со своей любовницей постоянно скандалю, потом секс о-го-го какой.

– Да иди ты со своими советами, – пробубнил Туманов, опрокидывая в себя последнюю порцию коньяка. – Сказал, поедет сегодня домой. И точка. Помурыжу ее сейчас, а потом пошлю обратно в Россию.

Глава 4

Около четырех дня Виктория поднялась на прозрачном лифте на второй этаж основного здания отеля и подошла к нужной двери. Постучалась. Она не знала, стоило ли приходить ровно через три часа, как Туманов ей велел, или чуть позже, чтобы он наверняка был уже готов говорить с ней. Решила все же появиться вовремя. Пусть знает, что он точна и исполнительна.

– Открыто! – послышался мужской голос, приглушенный закрытой дверью.

Вика нажала на ручку и вошла. Шикарный люкс с прихожей, переходящей в просторную гостиную. Прошла дальше.

Туманов сидел в кресле, почему-то в белом дорогом халате, босой и курил сигару. Темные волосы влажны, лицо спокойно, взгляд нечитаемый. Весь его облик излучал уверенность и силу. За его спиной простирались панорамные окна с красивейшим видом на бирюзовую лагуну.

Держа шляпу в руках, девушка прошла на середину гостиной с белым покрытием на полу, отметив краем глаза сбоку еще одну комнату, спальню, судя по наличию большой кровати.

– Я хотела извиниться за свое поведение, Константин Сергеевич, – быстро сказала Вика, решив сразу же реабилитироваться.

На ее слова Константин промолчал, подумав о том, что сейчас эта девица будет из кожи вон лезть, чтобы его задобрить и исправить свой косяк. Но он все равно не купится на ее красивые глазки и покаянные слова. Он снова затянулся сигарой и указал ей на кресло напротив.

– Присядь, – велел он, чуть смягчившись, хотя изначально не планировал предлагать ей садиться.

– Я очень хотела сфотографировать ящерицу, а она все убегала. Нервничала и потому не сдержалась. Нагрубила вам. И я совсем не хотела вас ударять.

Сказала она это все быстро, немного сбивчиво, явно волнуясь. Ему понравились ее слова, они звучали искренне, но не уничижительно. Однако он не хотел показывать этого, потому невежливо перебил девушку:

– Я разве спрашивал о мотивах твоего поведения?

Его язык чуть заплетался, похоже, он был пьян, но пытался произвести впечатление, что в норме, как отметила Вика.

– Простите, – мяукнула она, присаживаясь на краешек кресла.

– Давай не будем тратить ни твое, ни мое время, – жестко продолжал Туманов, садясь прямо в кресле, и вновь провел взглядом по ее тонким пальцам, которые нервно теребили маленькую черную сумочку. – Говорю прямо. Ты мне не подходишь. В твоем контракте я пропишу, что передумал. Там есть такая лазейка, точнее, пункт, если девушка внешне при встрече мне не понравится. Так что штрафных санкций к тебе не будет. Сегодня позвоню, договорюсь об обмене твоего обратного билета на ближайшие дни. С паромом тоже решу, так что сразу можешь отправляться в обратный путь.

– Но как же… – опешила Виктория, не ожидавшая такого поворота.

Конечно, Вика понимала, что разозлила его, но не думала, что простое недоразумение выльется в то, что Туманов решит отказаться от ее услуг. У нее засосало под ложечкой, и она сильнее затеребила пальцами свою маленькую черную сумочку.

– Вот тысяча баксов, – продолжал чеканить Туманов, кинув две бумажки на журнальный столик перед собой. – Тебе на обед и на гостиницу на Барбадосе, чтобы снять номер, если вылет не сегодня.

– Это только из-за того, что я ударила вас сумочкой? – спросила она упавшим голосом. – Но я же извинилась.

Не только, подумал Константин про себя. Дело не в сумочке, ведь удара он даже не почувствовал, а в моральном унижении. Никто не смел бить ее какой-то там сумочкой и посылать подальше, когда он изначально вежливо попросил просто убрать чемоданы с дороги.

– Ты все равно не подходишь для моего плана, так что разговор окончен.