Арина Стен – Жена оборотня (страница 3)
По пути Дима что-то говорил, и мне кажется, что я даже отвечал, но вряд ли по делу. Все мои мысли занимала девушка, к которой я шел. А точнее, как мне с ней себя вести? Что делать?
Найдя пару, почувствовав однажды ее запах, есть только два пути — принять привязку, не противиться ей и попытаться стать счастливым, либо сойти с ума. Как ни крути, но я зависел в этом от нее. И мне это совершенно не нравилось. Я — Альфа, черт возьми, я могу на кого-то полагаться, например, на братьев Карпушевых или Зарова, но зависеть от кого-то? Нет. Это не для меня.
Пройдя длинным коридором к дальней комнате (Денис шутил, что брат так компенсирует недостаток одной важной для мужчины части тела), первым открыл дверь, за которой находилась моя пара.
Девушка все также лежала на кровати, как и последние двое суток, только в этот раз она не спала. Я невольно залюбовался тем, как солнце играло в ее волосах, а еще прямым аккуратненьким носиком, чуть пухлыми губками. Скользнул взглядом по прикрывавшему девушку покрывалу, прекрасно зная, что именно оно скрывает.
Даже не зная, как сложится наше с ней общение в будущем, что меня ждет, я не мог позволить кому бы то ни было видеть ее голой. Исключение, конечно, составлял Доктор или женщины, но в тот момент, когда моя пара истекала кровью, волк никого не хотел к ней подпускать. Иррационально, да, но с некоторыми инстинктами сложно бороться. Поэтому укладывал ее в постель я один. Даже ночевал с ней в одной комнате, пока мне не сказали, что угрозы для жизни нет.
Вот тогда я и сбежал, спрятался за делами стаи, за новостями о Владимире и его прихвостнях. Лишь бы не думать о ней. И за этот позорный побег до сих пор выслушиваю подколки от Димы.
Девушка подняла на меня взгляд, принюхалась, я видел, как широко раскрылись ее глаза, в них плескались шок, неверие и чуточку удовольствия. Хотя, наверное, последнее мне привиделось. Уж очень часть меня хотела, чтобы она меня приняла.
Криво ухмыльнулся. Да, дорогая, я — твоя пара, а ты — моя Луна. Волчица, способная меня уничтожить. Или сделать одним из лучших Альф в городе. И что же это будет? Скажи?
Глава 4
— Что я должна вам сказать? — упрямо вскинула подбородок красотка. — Я даже не знаю, кто вы такой.
— Ты прекрасно знаешь, кто я, — проговорил медленно, проходя внутрь и взглядом давая понять Доктору и Диме, чтобы уходили. С первым я поговорю позднее, узнаю побольше о состоянии своей нареченной, а от второго меня уже начинает тошнить, слишком много его было для одного дня. А еще мне не хотелось, чтобы он видел мою пару такой беззащитной, не способной за себя постоять. А в том, что она могла это сделать, будь полна сил, я не сомневался.
Я чувствовал ее внутреннюю силу. Ее и ее волчицы. Еще этот воинственный взгляд, подаренный мне, словно я забрал ее любимую игрушку, которую она собиралась у меня с боем отвоевывать.
Подтянув стул, сел у самой кровати. Хотелось взять девушку за руку, как-то приласкать, поделиться своей силой, но не стал этого делать. И не только потому, что пока не имел на это право (и не был уверен, что мне надо это самое право заслужить), но еще и потому, что знал — она этого не одобрит. Несмотря на то, что нас теперь связывало.
— Между прочим, вы помешали моему разговору с доктором, — заявила упрямая волчица, — хоть я и не знаю его имени, потому что он так и не представился.
— Это Владлен Аристархович, — подсказал услужливо, улыбаясь против воли. Она была такая забавная — недовольно хмурила бровки и в то же время кусала губу от неуверенности, не понимания, как себя со мной вести. Что ж, моя девочка, тут мы с тобой в одной лодке. — наш врач, — дополнил.
— Об этом я догадалась, — бросила девушка. — А вы…? — замолчала, видимо, предполагалось, что на этом моменте я должен был представиться.
— Александр, Альфа и твоя пара, — не стал ее разочаровывать. Собирался еще отвесить шутливый поклон, но передумал. — А ты…? — если играть в эту игру, то вдвоем.
— Юля, — представилась малышка, пытаясь осторожно принять сидячее положение. Сморщилась, почувствовав боль в боку, но, в конце концов, села.
Видеть ее дискомфорт было физически больно. Даже сейчас, когда мы были связаны лишь условно. Но сделать я ничего не мог. Почему-то ее рана плохо заживала, словно была нанесена альфой, но кроме меня и Владимира в том лесу альф не было. Не мог же он это сделать? Или мог? И если да, то как с ним связана моя очаровашка?
Его сила подавляла. Точнее, могла бы подавлять, если бы была направлена на меня. Но он этого не делал. Лишь сидел и смотрел на меня, изучая. Я же изучала его в ответ. Старалась до мелочей запомнить лицо того, кто предназначен мне судьбой.
Альфа… Бог мой! В голове не укладывалось. Я, девчонка без рода и племени, та, которую за всю ее жизнь так и не приняли ни в одну стаю, оказалась Луной. Причем, судя по сидевшему у моей кровати Александру, Луной не простого Альфы. По меньшей мере одного из самых сильных, встреченных мною.
Мне безумно хотелось узнать о нем все. Какой он в обычной жизни, всегда ли он такой хмурый и неулыбчивый, как он относится к своей стае, как ведет дела. И почему у меня такое ощущение, что он будет изо всех сил бороться с нашей привязкой?
Найти свою пару считалось среди оборотней за счастье. Те, кто прожив всю жизнь, так и не смогли ей обзавестись, страдали. Хотя были и те, кто даже найдя пару, не обретал заслуженное счастье. Но лично моим мнением было, что это означало лишь то, что они этой пары были недостойны, и дана она им была в наказание — показать, как могло бы быть, веди они себя подобающим образом. И мне очень не хотелось, чтобы я оказалась во второй категории, с недостойными. Я и так считала, что этот Альфа не для меня, но хотелось бы попробовать построить с ним отношения. Вот только он, похоже, противоположного мнения.
Я чувствовала нетерпение его волка, ощущала радость своей волчицы. Если бы мы в данный момент находились в своих вторых ипостасях, уверена, через некоторое время, стая праздновала бы рождение наследников.
Попытавшись усмирить волчицу, продолжила молча смотреть на Александра.
— Ты знаешь, кто напал на тебя?
Ожидаемый вопрос. И на него должен быть ожидаемый ответ.
— Да, — коротко и по существу. Что дальше?
Альфа хмыкнул и чуть склонился вперед, ловя мой взгляд, который я старательно пыталась от него спрятать. Мне не хотелось признаваться в том, что случилось, но я прекрасно понимала, что Владлен Аристархович расскажет ему все при первой же возможности, и лучше будет, если Александр будет к этому готов.
— Альфа другой стаи, покинувшей территорию вашей в ту ночь, — все-таки решила не уточнять, что какое-то время жила с ними. Надеюсь, что он не станет интересоваться этим моментом.
Саша нахмурился и кивнул каким-то своим мыслям.
— Владимир, — голос прозвучал словно рычание. Видимо, у них не самые лучшие отношения, но об этом было не сложно догадаться. Не просто так же они гнали нас несколько суток подряд. — Почему?
— Ему не понравилось мое решение.
Вновь кивок. Подождала несколько минут, но новых вопросов не последовало. Александр о чем-то задумался. Хотелось бы залезть ему в голову и выведать все потаенные мысли. В принципе, это было вполне возможно, но только в том случае, если он меня примет.
Услышав мой тоскливый вздох, шикарный оборотень, сидящий у моей постели, сфокусировал на мне взгляд. По его глазам невозможно было понять что-либо. И это удручало.
— Пока рана не заживет, будешь находиться здесь под присмотром Доктора.
— А потом?
— До этого еще надо дожить.
Он сознательно обходил стороной тему нашей привязки, я это понимала. Ни мне, ни моей волчице это не нравилось. Что за ерунда? Он же должен понимать, что привязка у Альфы и Луны происходит гораздо быстрее, чем у остальных оборотней.
Александр поднялся со стула и быстрым шагом направился к выходу из комнаты. Э, нет, дорогой мой, так просто ты от меня не отделаешься!
— И это все? Никаких предложений по поводу того, что нам делать дальше с привязкой? Никаких мыслей? Еще скажите, что я больше вас не увижу.
Остановился и резко развернулся, обжигая взглядом. В нем полыхали огонь и множество эмоций — злость, желание… и страх… Чего он боится?
— Мне кажется, что мы достаточно близки, чтобы обращаться друг к другу на «ты», — отчитал меня, резко, словно я провинившийся ребенок. Но ведь ничего странного в моих вопросах не было, обычное любопытство. Да и имела я право знать, что теперь будет с моей жизнью, переставшей мне принадлежать.
Для волчицы, все существование которой сводилось к выживанию в одиночестве, эта мысль была довольно пугающей. Я, наоборот, всегда стремилась к самостоятельности. Старалась ни от кого не зависеть. И вот теперь, мало того, что лежу прикованная к постели, без возможности хотя бы встать и пройтись по комнате, так еще и не хочу никуда уходить от этого волка. Волка, который, судя по его виду, наоборот, хотел от меня сбежать.
— И что касается нашей привязки… — Александр немного помолчал, подбирая слова, — мы придумаем, что с ней можно сделать, когда ты поправишься.
— Я не хочу ничего с ней делать, — воскликнула, не в силах сдержаться. Меня накрыла такая необъяснимая паника, что на мгновение я даже растерялась.