Арина Стен – Жена оборотня (страница 21)
Подбежала, ткнулась носом, лизнула, словно хотела что-то сказать, но я ее уже не слышал. Тьма победила, зрение расплылось, а я провалился куда-то в небытие. Единственное, что ощущал — это запах моей пары. Сирень. Любимый запах любимой девочки.
Вспышку, озарившую утренний лес, а также вой стаи, возвещавший о том, что они, наконец, обрели Луну, я уже не увидел и не услышал.
— Если ты сейчас же не откроешь глаза, я тебе врежу, — услышал сквозь туман недовольный голос Димы, и последовавший за ним тихий смешок Дениса. — Сколько можно валяться? Почти месяц в себя приходишь. Рана затянулась уже, Саш, а ты все лежишь. Хватит отлынивать от своих прямых обязанностей. Луна уже с ног сбилась, выполняя твою работу и ее. А ей нельзя переутомляться.
Упоминания моей пары было достаточно, чтобы я попытался открыть глаза. От яркого света тут же их прикрыл и тихо застонал.
— Что с Юлей? — прохрипел, вновь открывая глаза и фокусируя взгляд на расплывшемся в довольной улыбке Диме.
— Она сама тебе скажет, уже бежит, наверное, со всех ног, — хмыкнул бета. — С возвращением, начальник. Заставил ты нас поволноваться.
Не успел я и рта раскрыть, как дверь в комнату распахнулась, и в нее ворвалась моя девочка.
— Саша! — воскликнула, подбегая, хватая за руку, прижимаясь к ней губами.
Видно было, что безумно хочет обнять, но не решается. Дима с Денисом тихо выходят из комнаты, закрывая за собой дверь, а я лежу и, как последний дурачок, улыбаюсь, разглядывая мою девочку. Ничуть не изменилась, только… может, чутка поправилась. Щечки округлились, но я ей это ни за что не скажу. Знаю, как трепетно относятся женщины к своему весу.
Волк внутри меня недовольно заворчал, клянусь, я отчетливо расслышал слово «идиот». Не понимая, что происходит, и почему мой слух улавливает биение трех сердец в комнате, огляделся. Кроме нас с Юлей никого не было. Принюхался. Запах малышки изменился, стал более… глубоким что ли. Но почему?
Юля мягко улыбнулась и провела рукой по моему лбу, отодвигая челку, лаская.
— Не мучайся, глупый, я беременна.
Эпилог
Вокруг меня носилось младшее поколение Карпушевых, мешаясь под ногами, спотыкаясь друг о друга, не давая нормально пройти к мангалу, на котором жарилась очередная порция шашлыка.
Светило яркое солнце, день обещал быть безоблачным, по крайней мере, если верить синоптикам. Надеюсь, что так и будет. Не хотелось бы в спешке собирать все вещи и бежать в поисках ближайшего укрытия. К тому же, Юля так долго ждала этого пикника, так к нему готовилась. Будет обидно, если что-то пойдет наперекосяк. Малышка расстроится, а я этого не люблю. Только, если обычно я могу справиться с любым ее обидчиком, то свести счеты с небесной канцелярией мне не под силу.
Очередной детский визг с другой стороны поляны заставил улыбнуться. В следующем году наш малыш добавит свой голосок к этой какофонии звуков, и, черт возьми, как же сильно я этого жду.
Когда Юля сообщила о беременности, я испытал шок. Затем, меня начали терзать сомнения — смогу ли я быть нормальным отцом, когда у меня перед глазами никогда не было нормального примера. Но малышка в довольно популярных выражениях объяснила, что все мои страхи — ерунда, и если я смог быть хорошей парой, то смогу быть и хорошим родителем. Надеюсь, что она права.
Мне до сих пор иногда кажется, что все происходящее вокруг меня — сон. Всего год назад я был одиночкой, даже не представлявшим, какое это счастье — иметь пару. Бежавшим от этого, как от огня.
Но моя сиреневая девочка смогла меня изменить. Показала, что мне доступны простые человеческие (и оборотнические) радости. Такие, как семья, любовь, счастье. А не только долг перед стаей.
С момента нашей схватки с Владимиром, прошло несколько месяцев, первый из которых я провалялся в беспамятстве, чем дико напугал мою волчицу (да и всю стаю в целом). Но стоило мне очнуться, как я быстро пошел на поправку. И уже через пару дней после того, как открыл глаза, вернулся в строй, руководить стаей, и снял половину обязанностей с хрупких плеч моей пары.
Впрочем, не таких уж и хрупких, как выяснилось. Дима еще долго мне припоминал, что, в конце концов, схватку выиграл не я, а Юля. И что настоящая спасительница — наша Луна, а не Альфа, который чуть не отдал богу душу.
Я и не сопротивлялся. Ведь, это была чистая правда. Спасла нас всех малышка. После того, как Владимира не стало, остатки его стаи, те, кто был способен, сбежали. На следующий же день Денис организовал их поиски, которыми руководил с Димой. Ребятам удалось за довольно короткое время отловить всех оборотней и уничтожить. Юля морщилась, потому что считала, что мы могли бы попытаться их принять в свою стаю, но я возражал. Зачем мне потенциальные предатели? Хватило Стеллы. С лихвой.
Блондинка, хоть и сбежала (и искать ее никто не стал), но ее отец выложил, как на духу, чем занималась его дочурка, когда я думал, что она строила свою личную жизнь заграницей. Оказывается, эта дурища снабжала Владимира всей информацией о стае, которую только могла достать. И которой с ней щедро делился отец.
Верин покинул территорию через неделю после схватки, ничего не объясняя, хоть Стелла утверждала, что он хочет умереть там, где жил. Где он сейчас — хрен его знает. Но мне плевать. Я попросил Влада с Кристиной провести небольшой ритуал, который нарыла в старых книжках Алиса, и теперь к нам могли зайти только те, кто являлся частью стаи, а также те, кому было дано лично мое разрешение на проход.
Наша территория за это время увеличилась. Слухи о том, что Луна расправилась с Альфой, пытавшимся захватить власть в чужой стае, разошлись довольно быстро. И когда я приходил с предложением выкупить ненужные им территории, мало кто рисковал со мной спорить, опасаясь, что я решу забрать их силой, и в дело вступит моя малышка.
Не могу сказать, что такая репутация меня устраивала, но и особых проблем тоже не возникало. Пройдет время, пыль окончательно уляжется, и обо мне вновь начнут судить по поступкам, а не по слухам.
— Любимый, очнись, шашлыки сгорят.
Юля подошла со спины, обвила своими нежными ручками мой торс, уткнувшись носом между лопаток. Я улыбнулся, поворачиваясь, обнимая жену в ответ.
— Не сгорят, я за всем слежу.
— Не сомневаюсь, но они уже начинают пахнуть гарью, — сморщилась любимая, поведя носом.
— Для тебя сейчас все, что на сковороде или огне, пахнет гарью, — покачал головой, опуская голову и целуя малышку в шею.
— Ох… — тихо выдохнула, прижимаясь ко мне всем телом. — Это нечестно, ты сбиваешь меня с мысли.
— Таков план, — рассмеялся, чуть прикусывая нежную кожу. — Хочу свести тебя с ума от желания.
— Средь бела дня? — с придыханием спросила любимая, в голосе явственно чувствовалось желание, с которым она не хотела бороться.
Один из несомненных плюсов ее беременности — моя дорогая девочка постоянно меня хотела, вспыхивала, как спичка, от одного лишь взгляда или легкого прикосновения. И меня это полностью устраивало. Пока была возможность, я планировал пользоваться ее состоянием при любом удобном случае.
Вот и сейчас окидываю взглядом поляну, ища подходящее дерево, за которым мы могли бы спрятаться. Но малышка была против моих планов. К сожалению. Уперлась ручками в плечи и несильно оттолкнула.
— Тут полно детей. Оборотней, между прочим, — одарила меня укоризненным взглядом. — Они все услышат, а я не хочу просвещать их об отношениях полов раньше времени. Это вообще работа их родителей.
— Хорошо, — прошептал ей на ушко, прижимаясь бедрами, показывая всю величину моего желания, — но вечером мы обязательно продолжим начатое.
— Когда я тебе отказывала? — притворно возмутилась любимая, коротко чмокая в губы и отстраняясь.
Проводив взглядом аппетитную попку, развернулся к мангалу, вдохнув полной грудью. Все-таки, иметь пару — это прекрасно.
Посмеиваясь про себя и стараясь как можно явственнее вилять бедрами, отошла от своего любимого волка, оглядывая разношерстную компанию, собравшуюся в этот солнечный день.
Кристина и Влад расположились на небольшом покрывале в обнимку, о чем-то тихо переговариваясь. Рядом с ними в переносной люльке лежала их малышка — очаровательное создание с яркими голубыми глазами, совершенная копия своего папочки. От Кристины ничего не досталось. Девушка смеялась и грозила Владу, что в следующий раз будет сын, и уж он-то точно будет похож на нее. Маг не возражал, лишь уточнял — обещает ли она, что так и будет?
Алиса с Димой пытались хоть как-то усмирить малышню, чтобы усадить за стол. За их безуспешными попытками наблюдали Софья Алексеевна и Арсен Владиславович. Не завидовала я сейчас Карпушевым, угомонить это беспокойное семейство было практически невозможно. Только усадишь одного, как другой норовит сбежать. Впрочем, они — дети. Им положено быть непоседливыми, особенно, когда взрослые не так уж и сильно стараются их удержать. Дима больше балуется, Алиса ворчит, но, в конце концов, оба бросают это гиблое дело и, махнув рукой на тут же разбежавшихся детей, присаживаются на скамейку, обнимаясь.
Справа от них брат Кристины, Никита, пытается очаровать какую-то волчицу. Качаю головой. Он — неисправимый бабник, который бежит от семейных уз, как черт от ладана. И, если мой Саша не хотел пару, потому что думал, что будет отвратительным мужем, то этот просто выбрал для себя такую жизнь. И вполне ею доволен, насколько я знаю.