Арина Шарапова – Конец эфира (страница 9)

– Дочь, что случилось? – мама внимательно посмотрела ей в лицо.

– Мама, я должна скоро уехать…

– Ой, да проблема, что ли? Не в первый раз. Подумаешь, командировка. Плакать-то чего?

– Нет, мама. Не командировка. Это надолго. На три года.

– Господи! Куда?

– На Марс, мама, на Марс!

Елизавета Аркадьевна охнула и села на ступеньки.

Отец повернулся и, громко хлопнув дверью, ушёл в дом. Было слышно, как он вслух повторял: «Сколько можно, сколько можно жить в командировках, бросать дом, семью, сына!» Он говорил, не останавливаясь, пока не закрыл дверь своего кабинета в дальнем конце дома.

Только Данька, вытаращив глаза, опять скакал вокруг мамы, стараясь не отпускать её рук, и вопил:

– Мама! Ура! На Марс! Я тоже полечу с тобой! Я тоже хочу! Как здорово!..

В таких ситуациях выручает время. Его становится всё меньше, на эмоции не остаётся сил. У Анны был целый список важных дел и вопросов, которые нужно спокойно обговорить с родителями.

Данька, услышав, что в этот раз на Марс его не возьмут, сначала собрался реветь на весь посёлок. Успокоился, после того как Анна подарила ему марсианский камень, а потом пообещала, что обязательно возьмёт его с собой. Годика через два-три, когда он немного подрастёт.

– Может, и ты потом поедешь?

– Нет, дорогой, я должна там всё подготовить заранее, жильё и много прочего…

Это утешило Даньку. Он напоследок шмыгнул носом: «Ну, ладно». Взял подарок и побежал к друзьям хвастаться.

Теперь Анне предстоял серьёзный разговор с родителями.

– Мама, папа! – она позвала их в беседку.

Родители, с трудом преодолев первый шок, слушали её спокойно. Постепенно понимали, как непросто далось Анне это решение.

– Мои любимые, мои хорошие, мои родные! Я не могу поступить по-другому и очень надеюсь, что вы поймёте, не осудите, как понимали и поддерживали меня всегда. Я приняла решение. Оно далось мне нелегко. Иначе я поступить не могу. Но сейчас речь не об этом. В моём договоре есть несколько пунктов, которые касаются вас. Вот, смотрите. – Анна вытащила копию договора. – Здесь указаны телефоны, по которым вы можете обращаться в любое время суток за поддержкой – медицинской, финансовой, технической. Есть пункт, для меня не совсем понятный. Я должна просить вас в течение двух следующих недель строго следовать моим инструкциям. От этого будет зависеть ваша и Данькина жизни. Я сама даже не представляю себе, что кроется за всеми этими обязательными правилами. Но я гарантировала своей подписью в договоре их исполнение, и организация, на которую я теперь работаю, в ответ гарантирует вам жизнь, здоровье и полный достаток.

– Да не тяни ты! Вот реверансы! Говори прямо, что нужно делать? – проворчал отец.

– Сейчас мы составим список продуктов и лекарств, которые могут вам понадобиться в течение следующих двух недель. Мы поедем в магазин и закупим всё это. Если понадобится, купим вторую морозильную камеру.

– О, Господи, что же будет-то? – собралась причитать мама, но отец строго взглянул на неё, и она притихла.

– Нужно посчитать, – продолжала Анна, – сколько вам может понадобиться воды на это время. Закупим в больших канистрах и перенесём в подвал. Необходимо забить досками колодец. Я улетаю через три дня. Накануне вылета позвоню. Как только мы поговорим и попрощаемся, ровно через трое суток, вы забираете Даню с улицы, загоняете домой Викентия, закрываете окна, ставни и двери на замки и щеколды, закрываете чердачное окно и не выходите на улицу в течение трёх дней. Как бы ни палило солнце, как бы ни тенькали за окном птицы, как бы ни хотелось сходить искупаться или просто выскочить на секунду и сорвать спелое яблоко, кто бы ни позвал вас снаружи. Короче говоря, что бы ни происходило на улице, вы не открываете окон и дверей. Не выходите! Я не знаю, чем продиктовано это условие, но именно оно гарантирует вам жизнь. Через три дня вы можете спокойно, ничего не боясь, открывать двери, окна и выходить на улицу.

…Услышав впервые столь необычные условия от Алексея в тот день, когда она подписала договор, Анна пыталась добиться, что за этим стоит.

– Алексей, почему? Откуда три дня? С чего вдруг не выходить из дома? Объясни! Нельзя же так в самом деле! Что должно произойти?

Алексей ничего толком не мог – или не хотел? – объяснить.

– Стандартные меры предосторожности для всех родственников людей, улетающих на Марс. Во избежание терактов, задержек рейсов и прочих неполадок. Общее правило – оно есть в каждом договоре, кроме моего.

– Почему кроме твоего?

– Потому что у меня нет родных.

Так, закружившись в будоражащих чувствах, – вот чем иногда заканчиваются «случайные» встречи! – Анна попала в Систему, и ещё одна ячейка Матрицы, о существовании которой она тогда мало что знала, – заполнилась.

Уезжая от родителей и сына, Анна не плакала. Она была уверена, что поступает правильно.

Единственное, что она взяла из дома, – огромный архив фотографий, который надеялась за последний день на прежней работе оцифровать и флешку взять с собой на Марс, и рукописный дневник своей прабабки. Свой талисман. Во все поездки она брала его с собой, перечитывала иногда страницу-две.

Чтобы не потеряться во Вселенной.

Чтобы брать оттуда силу и энергию.

Чтобы родные были рядом.

Глава седьмая

Третья Мировая. Из космолёта

Последние дни на Земле пролетели в одно мгновенье.

На работе никто так и не допытался, почему и куда уходит Анна.

Она передала дела, испытывая удовлетворение от того, что уходит от ежедневной рутины, которая так искусно прикрывает реальную жизнь и так надоела ей за последний год.

Новые ощущения, новые возможности!..

Дверь космического корабля захлопнулась, отсекая прежнюю земную жизнь. Но Анна не заметила этого. Она жила в будущем – непредсказуемом, неисследованном.

В будущем, которое ей же самой предстояло создать.

Перелёт на Марс мало чем отличался от перелёта, например, из России в Австралию. Разве что занимал чуть больше времени.

На борту была среда, полностью адаптированная и привычная для человека, – без издержек невесомости, громоздких космических скафандров, невозможности нормально поесть и прочего.

Они летели третий день, когда в её каюту вошёл Алексей. Ей показалось, что он взволнован.

– Как ты? – он задавал этот вопрос, даже если расставался с Анной два часа назад. Она просто улыбнулась в ответ. – Пойдём, я сейчас покажу тебе нечто важное.

Алексей повёл её по узким коридорам корабля, но не в сторону своей каюты, а куда-то в хвост. Они вошли в помещение, похожее на небольшой зрительный зал, заставленный аппаратурой и увешанный по центральной стене огромными плазмами. В зале было довольно много народу – человек двадцать.

Анна удивилась: она не подозревала, что с ней на одном корабле летит столько людей.

Пожилой седой мужчина, что-то бормоча в усы, настраивал технику. Остальные обернулись к вошедшим.

– Анна, познакомься. Твои будущие коллеги и подчинённые.

Анна давно научилась не выдавать своих чувств.

Вот и теперь на её лице не промелькнула и тень той бури, что пронеслась внутри.

«Когда они успели взойти на корабль? Я точно помню, не встретила ни души при посадке. Да и в течение полёта! Вон та женщина очень красива. Алексей вербовал её так же, как и меня? Кто все эти люди? Никого не знаю… хотя нет, кажется, вон тот человек… очень знакомое лицо… да, точно! Талантливый химик, англичанин, я брала у него интервью пару лет назад. А вон тот пожилой человек, кажется, доктор! Точно! Как же его фамилия? Да, Урюпин. Подруга советовала обратиться к нему – он мне очень помог!»

Алексей представил всех Анне, усадил её на первый ряд, в кресло рядом со своим. Пошептавшись с наладчиком аппаратуры, обернулся к собравшимся:

– Уважаемые коллеги! Сейчас включатся дисплеи и вы увидите, что происходит теперь на Земле в ваших странах. Будет шок. Заранее предупреждаю, что, согласно заключённым договорам, ваши близкие находятся в полной безопасности. Потом вы разойдётесь по своим каютам. Афанасий Никитич, – Алексей кивнул на пожилого человека, заканчивающего подключение дисплеев, – наладит на ваших личных экранах связь с близкими. Вы сможете поговорить с ними в режиме реального времени.

У Анны сжалось всё внутри…

Заработали дисплеи.

Анна увидела московские улицы… Будто сильный ветер сносил людей и валил на землю. Они падали и больше не поднимались. Приближение картинки давало возможность видеть, что все упавшие люди мертвы. На горячем летнем пыльном асфальте лежали бесчувственные тела людей, птиц, уличных кошек и собак.

Анна перевела остекленевший взгляд на соседние дисплеи. Улицы Лондона, Парижа, Сиднея и Сан-Франциско. Там – то же самое!

На мониторах картинка менялась лишь территориально: улицы, парки, скверы, набережные. Суть оставалась той же: вся земля усыпана человеческими телами.

Выдержав небольшую паузу, Алексей заговорил:

– Это продолжается несколько часов. По всем источникам земного вещания передают примерно одинаковую информацию. Звуковая волна, запущенная на Земле сегодня, в субботу, 19 июля, убивает всё живое на своём пути. Невредимыми останутся люди, которые находятся в домах или любых других помещениях с плотно закрытыми звукоизолирующими окнами и уличными дверями. Звук-убийца исходит из расставленного во всех населённых пунктах по всему миру, в определённом порядке, акустического оружия. Распространяется смертельный уровень звуковой волны – 200 децибел. Скорость распространения – 344 метра в секунду. Сейчас трудно сказать, что происходит с животным миром, эта частота звука по-разному отразится на отдельных видах, но однозначно разрушительно подействует на все экосистемы Земли. Насколько мы понимаем, нетронутыми остаются лесные массивы и горы. По прогнозам, в течение трёх суток сила звуковой волны сохранится на прежнем уровне. Затем исчезнет. Скорее всего, человеческие потери после этой акции будут сопоставимы с Первой и Второй мировыми войнами, вместе взятыми. Кем приведено в действие звуковое оружие, точно не известно. Есть версия, что несколько последних лет эта акция готовилась Объединённым Высшим Советом Земли в качестве «благой цели» – максимального сокращения количества людей на Земле. Остановить вредные производства, прекратить изменения климата, сохранить экологию и, в нетронутом виде, все достижения человечества, как духовные, так и материальные. Вы видите, здания, производственные объединения, музеи, библиотеки, заводы, равно как и деревенские дома и прочие деревянные постройки остаются нетронутыми. Таким образом Объединённый Совет, вероятно, планирует сохранить жизнеспособность планеты в целом. Вероятно, их цель – перезапустить все процессы, которые, по оценкам экспертов, до этой акции вели Землю к гибели…