Арина Роз – Попаданка на планету наслаждений (страница 1)
Арина Роз
Попаданка на планету наслаждений
Глава 1. Крушение и спасение
Не знаю, сколько времени я провела без сознания. Очнулась от пронзительной боли в плече и неприятного металлического привкуса крови, который никак не желал покидать мой рот. Над головой простиралось удивительное небо лавандового оттенка, по которому медленно плыли три луны — одна серебристая и две золотистые. Это определенно была не Земля.
Попыталась подняться на ноги, но они предательски подкосились, и я снова рухнула на мягкую траву. Вокруг меня были разбросаны искореженные обломки моего корабля. Поляна, на которой я оказалась, была сплошь усыпана фиолетовыми цветами неземной красоты. Воздух пропитывали незнакомые ароматы, от которых слегка кружилась голова. Связь с Землей безнадежно молчала, навигационная система была мертва, а аварийный передатчик также не подавал признаков жизни.
Я оказалась совершенно одна на чужой, неизвестной планете. Полет на научную конференцию по межкультурной антропологии неожиданно превратился в борьбу за выживание. Какая жестокая ирония судьбы — всю свою сознательную жизнь я посвятила изучению чужих культур и обществ, а теперь сама стала беспомощной чужестранкой в неизвестном мире.
Внезапный шум в густых кустарниках, окружавших поляну, заставил меня напрячься и прислушаться. Из зеленых зарослей неспешно вышли четверо мужчин, при виде которых я буквально забыла, как дышать. Они обладали той безупречной красотой, которая казалась почти нечеловеческой: высокие, с прекрасно развитой мускулатурой, их кожа, тронутая золотым загаром, светилась изнутри каким-то внутренним светом. Волосы у них были самых разных оттенков: медного, платинового, глубокого черного цвета, а глаза переливались необычными тонами: янтарными, изумрудными, фиалковыми. Одеты они были в простые, но изысканно элегантные одежды из тканей, которые переливались на свету подобно драгоценным камням.
— Не бойся нас, — произнес тот, который шел впереди группы, обращаясь ко мне голосом удивительно глубоким и успокаивающим. — Меня зовут Арктур, и я являюсь Первым Хранителем этих земель. Мы пришли сюда, чтобы помочь тебе.
Он говорил на том же языке, что и я, хотя в его речи чувствовался легкий, почти музыкальный акцент, который делал каждое слово особенно мелодичным и приятным для слуха.
— Позволь представить моих спутников, — продолжил Арктур, указывая на каждого из мужчин. — Это Блэйк. — Рыжеволосый мужчина с пронзительными янтарными глазами одарил меня хищной улыбкой. — Это Леон. — Темноволосый красавец с проницательным взглядом учтиво кивнул в мою сторону. — А это Кайрон. — Последний из группы, светловолосый мужчина с поразительными изумрудными глазами, смотрел на меня с каким-то особенным, пристальным вниманием.
— Меня зовут Ксения, — сумела прошептать я, все еще не веря в реальность происходящего. — Я антрополог с планеты Земля. Мой корабль потерпел крушение, и я…
— Мы видели, как твой корабль падал с небес, — мягко прервал меня Арктур. — Ты серьезно ранена и нуждаешься в немедленной медицинской помощи.
Кайрон сделал шаг в мою сторону и протянул ко мне руки, явно намереваясь помочь подняться. Я инстинктивно отшатнулась от него, все мое воспитание протестовало против подобной близости с незнакомцем.
— Нет, не нужно! — воскликнула я. — Я справлюсь сама, не стоит…
Но он уже коснулся моего плеча своими теплыми пальцами, и я невольно вскрикнула — не столько от боли, сколько от неожиданности этого прикосновения. От его рук исходило какое-то удивительное тепло, которое мгновенно разлилось по всему моему телу, вызывая странные незнакомые ощущения.
— У тебя три сломанных ребра, серьезное растяжение в плечевом суставе и легкое сотрясение мозга, — спокойно констатировал он, позволяя своим ладоням медленно скользнуть к моим ребрам для более тщательного обследования.
— Откуда вы можете это знать? — спросила я в полном недоумении, чувствуя, как его руки продолжают двигаться по моему телу, что вызывало во мне крайнее смущение и неловкость.
— Я только что провел диагностику собственными руками, — терпеливо объяснил Кайрон. — Мы способны чувствовать и распознавать любые энергетические нарушения в организме через непосредственное прикосновение.
Остальные трое также приблизились, с интересом наблюдая за действиями Кайрона. Когда я возмутилась тем, что меня касаются без разрешения, Блэйк усмехнулся и пояснил, что на планете Элизиум физическое прикосновение является основным языком общения. Леон добавил, что земные табу здесь неуместны, поскольку они искренне желают помочь. Когда его пальцы коснулись моего лба, мучившая головная боль действительно начала утихать.
Меня бережно подняли на руки и перенесли в изящный летательный аппарат. Во время полета Арктур рассказывал, что Элизиум существует в гармонии уже тысячи лет, отказавшись от войн и страданий. Здесь все реализуют свою истинную природу, поскольку созданы для радости и глубокой связи друг с другом. Тогда как на Земле эти потребности жестоко подавляются.
Под нами проплывали сады невообразимой красоты, а ароматы местных растений одурманили меня. В теле появилось необъяснимое тепло. Леон объяснил, что элизийская атмосфера усиливает естественные процессы в организме, заставляя почувствовать то, что всегда присутствовало внутри, но подавлялось.
Дворец Хранителей поразил меня своим великолепием: белые стены переливались в солнечных лучах, повсюду журчали фонтаны и цвели экзотические сады, а прекрасные люди в легких одеждах неспешно прогуливались по террасам. Меня отнесли в роскошные покои с мягким ложем, откуда открывался потрясающий вид на цветущие сады.
— Отдыхай и набирайся сил, — сказал Арктур. — Завтра мы поговорим о твоей адаптации к нашему образу жизни.
Когда я спросила, что он имеет в виду, Арктур серьезно объяснил, что существует древний Закон Адаптации: любая чужестранка обязательно должна изучить их способы жизни, иначе ее организм не сможет выдержать местных условий. Мне предстояло полностью довериться их мудрости и обучиться всему необходимому.
После ухода остальных рядом остался только Кайрон, который сообщил, что необходимо провести полный сеанс исцеления, для чего мне нужно снять одежду. Несмотря на мои протесты, он настаивал, что через ткань невозможно устранить все повреждения, и это медицинская необходимость.
От него исходил удивительный аромат сосны и морского бриза, кружащий голову. В его изумрудных глазах я видела только искреннюю заботу, без малейших неподобающих намерений. Дрожащими руками я начала раздеваться, а Кайрон тактично отвернулся, пока я не легла на ложе, прикрывшись легкой тканью.
— Просто расслабься и полностью доверься мне, — сказал он успокаивающе.
Глава 2. Исцеление
Кайрон опустился на край ложа, и ткань, которой я прикрывалась, слегка соскользнула с плеча. Я инстинктивно дернулась прикрыться, но он мягко остановил меня, коснувшись пальцами ключицы.
— Не нужно, — тихо сказал он.
Его ладонь легла на мое правое плечо — то самое, что пронзило болью при пробуждении. Я замерла, ожидая привычного спазма, но вместо этого ощутила только тепло. Его пальцы медленно двинулись по суставу, очерчивая его границы, словно читая невидимую карту повреждений.
— Растяжение суставной капсулы, — произнес Кайрон. — Связки воспалены, но разрыва нет.
Он надавил большим пальцем в точку чуть ниже ключицы. Мое тело покрылось мурашками. Боль уходила буквально под его пальцами, растворяясь, как утренний туман под солнцем.
— Как вы это делаете? — выдохнула я.
— Не думай об этом, — ответил он, не отрывая взгляда от моего плеча.
Его руки скользнули ниже, к груди. Я напряглась, чувствуя, как жар приливает к щекам. Но Кайрон смотрел на мое тело с тем же спокойным вниманием, с каким врач на Земле рассматривает снимок МРТ.
Он едва коснулся пальцами левой стороны грудной клетки, и я ощутила легкое давление на ребрах.
Его ладони обхватили всю левую половину грудной клетки. Тепло разлилось под кожей, проникая глубже, к костя. Я почувствовала странную глубокую вибрацию — словно что-то внутри меня откликалось, выстраивалось заново.
— Дыши, — напомнил Кайрон.
Я послушно сделала вдох. До этого при глубоком вдохе в боку вспыхивала острая боль, но сейчас я ощутила лишь легкое давление его ладоней и нарастающее тепло.
— Еще, — сказал он.
Я вдохнула глубже. Тепло усилилось, разливаясь по ребрам, словно жидкий мед. Боль отступала — не постепенно, а быстро, решительно, как отступает армия, признавшая поражение.
— И последнее.
Я набрала полную грудь воздуха и замерла. Кайрон закрыл глаза, и я вдруг заметила, как напряглись мышцы на его предплечьях. Он отдавал мне что-то — свою энергию, свое тепло, что-то, чего я не могла назвать. Я чувствовала это каждой клеткой.
— Готово, — выдохнул он, открывая глаза. — Ребра сращены. Плечо восстановится за ночь, если не напрягать.
Он убрал руки, и я ощутила почти физическую потерю — его тепло уходило с моей кожи, оставляя после себя легкое покалывание.
Я осталась лежать на ложе, пока по телу разливалось непривычная легкость. Ни боли в плече, ни острой рези в боку при дыхании, ни давящей тяжести в затылке. Только слабость, как после долгой болезни.
— Спасибо, — прошептала я.