Арина Громова – После измены. Вернуть жену (страница 34)
По вискам тарабанили металлические молоточки, в горле мучительно скребло. Сердце болезненно сжималось, дыхания перестало хватать.
Аврора провернула все это с нами. Уничтожила наш брак. Растоптала нашу любовь.
А мы позволили.
И я, и Эмин. Наши эмоции ударяли настолько сильно, что мы утонули в этой безумной стихии.
Наверное, должно было стать легче. От осознания того, что Эмин меня не предавал, никогда не имел близости с другой женщиной, оставался верен клятвам.
Но нет. Легче не становилось. Ни капельки.
Тяжесть давила на плечи.
Я обняла себя руками, стараясь погасить разбушевавшиеся чувства. Но справиться с ураганом внутри не удавалось.
– Ну молчи, – холодно бросил Эмин.
Что со мной?
Я пыталась понять…
Его измена случилась давно. Мнимая или настоящая уже не важно. Главное – то, как вел себя Байсаров тогда. Как мерзавец. И еще важно – то, как он поступал сейчас. Эмин сразу поверил в ложь обо мне. В те проклятые видеозаписи.
Он не сомневался. Поставил все так, будто я должна доказывать собственную невиновность. Общаться с Романом, выяснять что-то.
Байсаров не пробовал закрыть меня от грязи. Наоборот. Сам испачкал, вывалял в этом.
До чего же мерзко.
И он уверен в собственной правоте.
– Я никогда не принимала противозачаточные таблетки, – обронила глухо и поднялась с дивана.
– Я нашел эти препараты в твоем шкафу, – твердо произнес Эмин. – В твоих вещах, Наталья.
Спорить с ним дальше не собиралась. Направилась в спальню, где спал Тимур. Хотела поскорее закрыть дверь, отгородиться от всего происходящего.
– Как ты это объяснишь? – с нажимом бросил мне в спину Эмин.
– Никак.
– Тебе даже красивую ложь трудно придумать? – насмешливо продолжил он. – Ну давай. Хотя бы попробуй.
– Ты ничего не понял, – ответила казалось бы одними губами, беззвучно.
– Что я не понял? – взревел Байсаров.
Он настиг меня возле двери. Не позволил повернуть ручку. Схватил за плечи с такой силой, что я взвизгнула, а после швырнул обратно на диван.
Теперь в его глазах полыхала ярость.
– Что я должен понять, Наташа? – прорычал Эмин. – Что? Скажи! Что моя жена развратная девка? Что она легла под моего кузена? Или даже… брата? Пусть бы черти этого урода побрали.
– Да ты же сам…
Он навис надо мной.
Как дикий зверь. Как палач. Явно намеревался казнить за супружескую неверность и не осознавал, насколько бредово звучали для меня его обвинения.
– Ты сам такой, – выплюнула ему в лицо. – Как твой Роман. Нет, даже намного хуже него. От Романа я никогда не ждала ничего хорошего. А ты… хотя не важно.
– Нет, – хлестко заявил Байсаров. – Говори.
– Я ничего не хочу говорить, – покачала головой.
– Даже не пытаешься оправдаться?
– Оправдывается тот, кто виноват, Эмин, – горечь растеклась по губам, по языку, горечь оказалась настолько сильна, что у меня судорогой свело горло.
– Тебе так сложно принять это? – криво усмехнулся. – Моей измены не было. Можешь не верить, но факты…
– Когда я сказала, что не верю?
Он молчал, однако смотрел в упор. Не отодвинулся. Обдавал меня горячим дыханием, жадно всматривался в мои глаза.
– Это ничего не меняет, Эмин, – тихо продолжила я. – Может быть раньше, еще в самом начале. Может быть, если бы я узнала правду от тебя, то иначе бы все восприняла. А теперь… поздно.
Его взгляд давил на меня физически.
– Слишком много времени прошло, – прибавила глухо. – И слишком много всего ты наговорил, сделал. Даже сейчас обвиняешь.
– А твоей вины нет? – рявкнул Байсаров так, что я содрогнулась.
– А что меняет мой ответ? – качнула головой. – Ты сам все решил. За меня. Ты не веришь мне ни секунды. Подозреваешь в связи с Романом. И теперь еще это, твое последнее заявление. Про таблетки.
– Ты постоянно глотала противозачаточные. Я нашел там кучу пачек. Ты боялась от меня забеременеть.
Обида затопила. Обида и злость.
Да как же он может?!
Я оттолкнула Байсарова. Наверное, ярость придала мне сил, потому как он и правда отступил, а я смогла подняться.
– Дура, – с горечью бросила я. – Какая же дура я была, когда хотела от тебя ребенка, моталась по разным клиникам, искала новых врачей, мчалась поскорее на очередное обследование.
– Наталья…
– Замолчи! – слезы полились из глаз против воли. – Молчи! Никогда не хочу тебя больше слышать. И видеть не хочу. Исчезни. Просто исчезни из моей жизни!
...
Меня охватила истерика. Больше не было сил управлять своими эмоциями.
Боль разрывала душу изнутри.
А ведь я думала, что уже все это преодолела, вычеркнула и забыла раз и навсегда.
Тогда почему то, что Эмин не доверял мне, настолько больно меня ранило? Почему сердце болезненно сжималось от каждой новой его циничной фразы? Почему это до сих пор задевало за живое?
Мне должно быть наплевать на то, что Эмин думает, на его чувства, на все эти абсурдные обвинения в мой адрес.
Мы чужие люди. Нас связывает только ребенок. Мы слишком разные. Байсаров будто человек с другой планеты. Мрачный, жесткий, хладнокровный. Даже странно, что мы вообще сошлись, что прежде были счастливы вместе. Сейчас в это мне самой уже не верится.
В наших отношениях я потеряла себя. И не заметила этого.
Эмин полностью меня обеспечивал. Я занималась только домашними делами. И в итоге что?
Он изменил мне…
Хотя нет. Теперь я понимала, никакой измены не было. Все еще намного хуже. Муж поверил в чудовищную ложь обо мне, повелся на весь этот хитроумный план Авроры.
Разве Эмин сам не понимает, в чем тут суть?
Моя подруга умудрилась что-то ему подмешать, представила все так, будто они провели ночь вместе. А когда с планом не задалось, решила действовать иначе.
Неужели было такой уж проблемой подбросить в мои вещи блистеры с противозачаточными таблетками?
Она часто бывала у нас в гостях. Пользовалась нашей уборной. Иногда оставалась одна в гостиной или на кухне.