Арина Громова – Бывшие. Я тебя верну (страница 16)
– Как ты меня нашел?
– Пришел к тебе на работу и выяснил адрес. Девушка, блондинка... не помню ее имени, она сказала где ты живешь.
Ну конечно, еще бы она не рассказала!
И тут же охватывает паника: а если она рассказала ему не только адрес, а что-то еще?
– Как я понял, иначе нам не удастся поговорить, поэтому приехал, – продолжает Ратмир.
– Здесь тоже не удастся. Потому что говорить нам не о чем, – скрывая истинные эмоции, складываю на груди руки. – Тебе лучше уйти.
– Сначала ты выслушаешь меня.
– Да с чего ты вообще взял, что спустя столько лет мне захочется тебя слушать? – поражаюсь его наглости.
Впрочем, он всегда был таким, а сейчас, возмужав, получив финансовую независимость и опыт, стал абсолютным самоуверен.
– Ты все сказал мне еще тогда. В ту ночь, помнишь? Когда я плакала, умоляя поверить мне.
– Я был в шоке! Я не понимал, что происходит. Не знал кого слушать и кому верить. Эта ситуация… она выбила меня из колеи. Я тогда сильно ревновал тебя к Марату. Тот случай в парке, когда вы обнимались…
– Я не обнимала его! – резко перебиваю. – Я рассказывала как все было и не имею никакого желания повторять. Да и зачем? Это было давно. И не имеет никакого значения, что там осталось в прошлом.
– В ту ночь, когда отец сказал мне "идем", я сделал это на автомате. Мне просто было нужно прийти в себя. Проветрить мысли. Подумать. Я был вне себя от ревности, она просто ослепила меня тогда.
– Ревности? – переспрашиваю, не в силах спрятать горькую улыбку обиды. – Я плакала тогда, умоляла поверить мне, что все было совсем не так, как говорил Марат. И ты поверил ему. Ему, а не мне.
– На меня сильно давили: отец, мать, Лейла. Каждый подливал масла в огонь… Я был в полном раздрае и не понимал, кому верить. Позже, немного остыв, решил встретиться с тобой. Я хотел поговорить, расспросить обо всем лично наедине. И тогда я пришел к тебе домой...
С недоверием смотрю в его глаза.
Впервые слышу, что он приходил ко мне, мне об этом никто не говорил.
Могу ли я верить словам того, кто предал меня когда-то?
– Что-то не припомню твоего визита.
– Твоя мать сказала, что ты не хочешь меня видеть. И сообщила, что ты выходишь за Марата.
А вот это буквально ввергает в шок.
Моя мама сказала так? Что я не хочу его видеть?
Да я больше всего на свете хотела тогда этой встречи! Хотела чтобы он пришел, чтобы поверил мне! Но не имела возможности выйти из дома – отец не спускал с меня глаз.
Да и идти на контакт первой не позволяла гордость.
Если бы я только знала, что он приходил… Все могло бы быть совсем по-другому.
– Стоит ли говорить, что я тогда почувствовал? – вмешивается в мои мысли Ратмир. – Решил, что если даже свадьба, значит, ты точно сделала свой выбор.
– Ты слушал всех, кроме меня. И верил всем, только не мне… Почему, Ратмир? – я так устала огрызаться и быть колючей. – Почему ты все-таки не нашел способ связаться со мной?
– Ты же сделала выбор.⠀
– Да не было это моим выбором! – голос срывается. – Как и в случае с тобой, отец все решил за меня! Боялся осуждения! Он буквально заставил нас пожениться в ту ночь. Пригрозил Марату сроком за изнасилование, если он откажется!
– То есть он… он действительно изнасиловал тебя?
– А ты только что об этом услышал? – усмешка выходит горькой.
Слишком тяжелая тема. Больше не могу…
– Прошу тебя, больше не ищи со мной контакта, ладно? Я услышала тебя, – собираюсь уйти, но он перехватывает правой рукой мое запястье. И тут я вижу его – тонкое обручальное кольцо на его безымянном пальце.
Выходит Ратмир… женат?
По коже бегут мурашки.
И вроде бы ничего необычного – он уже не мальчик, после нашего расставания прошло столько лет.
Но жена?
Выходит, пока я страдала, зализывала раны после его предательства, после моральной травмы – последствия насилия, растила одна нашего сына, он был счастлив в браке…
Становится так обидно. До слез. Которые я сдерживаю изо всех сил. Жизнь научила прятать настоящие чувства.
Но как же больно внутри…
Выходит, та девочка действительно его дочь. Причем она ненамного младше Миши… Мало же ему потребовалось времени, чтобы снова кого-то полюбить… Впрочем, почему "снова". Меня он никогда не любил.
– Мне правда пора, – отвожу взгляд от полоски золота на его пальце.
– Я не хочу, чтобы ты считала меня последней скотиной. Я во многом был не прав тогда, признаю. Я слушал других, но не себя. В глубине души я никогда не мог поверить, что ты способна на такое. И если бы не твоя свадьба с Маратом…
– Сейчас уже не имеет никакого смысла это обсуждать.
– Но я хочу, чтобы ты это знала!
– Ратмир, мне все равно. Сейчас – это так. Ты опоздал.
– Сколько лет твоему сыну? – прищуривается он, и вдоль моего позвоночника бежит холодок. – В каком месяце он родился?
Это легко проверить. Врать нет никакого смысла.
– В апреле.
– В апреле… – повторяет Ратмир, производя в голове нехитрые подсчеты.
– А в каком месяце родилась твоя дочь? – все-таки не сдерживаюсь.
– Дочь? – отвлекается от размышлений он. – Какая дочь? У меня нет детей.
Нет?⠀
Снова врет… или та девочка – дочь Лейлы?
– Подожди. Если в апреле, значит…
– Мне пора, – открываю дверь и закрываю перед его носом. – Не приходи больше.
Ну вот и все, гром грянул – главная моя тайна раскрыта.
Часть 16
Ратмир подъехал к дому и, заглушив двигатель, какое-то время посидел в тишине. Говорят, что счастье – это когда хочется возвращаться домой, у него же все было ровно наоборот. Что угодно, лишь бы как можно дольше побыть где-то вне. Он никогда не был по-настоящему расслаблен в этих стенах.
Сейчас он испытывал дикий душевный раздрай. Она буквально выгнала его, не дав договорить. Заткнула рот вескими доводами.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Кретин.