Арина Громова – Будешь моей (страница 9)
Сделав несколько шагов в его сторону, застываю, от чего-то ощутив небывалое волнение.
Не смотря на всю мою к нему ненависть, он не перестает быть тем мальчиком, в которого я была влюблена в детстве. И пусть он давно вырос, он по-прежнему вызывающе красив и так же безжалостно жесток.
Его проскальзывающая временами человечность — просто маска. Не верь ему. Не будь дурой, ведь он обязательно этим воспользуется.
— Так что? — спрашивает он, не дождавшись от меня ответа.
Если глаза зеркало души, то его глаза — вход в само чистилище.
— Ничего, — произношу я и, развернувшись, иду в другой конец коридора, где расположилась моя неприветливая комната…
Засыпая, я очень надеюсь, что завтрашний день будет лучше этого и даже не предполагаю, что сегодня была только лишь репетиция настоящих проблем.
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Часть 12
Не знаю почему, но дяде Нодару ни о чем не рассказали. Ну или он почему-то решил не поднимать эту тему ни за ужином, ни утром за завтраком. Родителям тоже нет, потому что по телефону они не обмолвились ни словом, что в курсе инцидента. А уж мой отец точно не стал бы молчать!
Может быть тетя Тамара все-таки засомневалась в искренности слов дочери? Ведь Ратмир же сказал, что я на эту Милану не кидалась.
— Идем, я отвезу тебя, — сказал мне после завтрака он, и я в другой момент я бы попыталась отказаться, но сегодня решила снова поехать с ним, потому что у меня было о чем его спросить и даже что предъявить.
Это случилось ночью.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Дом Юнусовых расположен буквой "П", и окно моей комнаты находятся прямо напротив окна Ратмира. И я не знала об этом до вчерашнего вечера.
После пережитых днем эмоций мне никак не спалось, где-то около полуночи я взяла электронную книгу, плед, чтобы выйти на балкон и немного почитать — погода стояла замечательная, но когда отодвинула занавеску и уже собралась выйти, увидела, как какой-то мужчина в надвинутом на глаза капюшоне, бессовестно забирается по пожарной лестнице на второй этаж крыла напротив.
Я дико испугалась, решила, что это вор, и уже собралась выбежать в коридор и своими криками разбудить все почтенное семейство, как вдруг увидела, как мужчина, забравшись на балкон, скинул капюшон. По плечам рассыпались длинные темные волосы.
Это не мужчина. Это Милана!⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
Я застыла в недоумении. Негодовании. Злости.
Да как у нее только наглости хватило! У них обоих!
Положив на комод уже ненужную книгу и, спрятавшись наполовину за занавеской, стала следить, что же будет дальше.
Девушка постучала в запертую стеклянную дверь, и Юнусов практически сразу появился на балконе.
Он был обнажен. По крайней мере футболки на нем не было точно.
Впервые я была не рада, что у меня такое идеальное зрение. Еще дурацкий уличный фонарь был мне непрошенным помощником в этом неприличном деле.
Я видела, как бугрятся мышцы на его руках, видела рельеф груди и, самое стыдное, заметила убегающую вниз от пупка темную дорожку.
Я вспыхнула тогда словно факел, но, испытывая стыд, продолжала рассматривать его тело, пользуясь тем, что меня не видно. Рассматривать, и с неловкостью отмечать, как дыхание становится чаще, а кожа щек все горячее.
Я даже приложила к ним тыльные стороны ладоней, но они тоже пылали.
Что за реакция такая ненормальная? Никогда прежде со мной такого не было!
Не то чтобы я много видела полураздетых мужчин, но я как и все смотрю кино, а с Ромой мы однажды вообще умудрились сбежать на речку. Купальника у меня с собой не было, и он одолжил мне поплавать свою футболку, а сам разделся до трусов. Мне тогда было немного неловко, но совсем не так как этой ночью. По-другому. Если я и краснела, то просто потому что он раздет, а не потому что меня до смерти смущает то, что я вижу.
Сегодня я смущалась именно от того, что я смотрела на него. Смотрела и
Сильный, крепкий, красивый мужчина. Это ужасно выбило из колеи…
Я не слышала о чем шепталась парочка, а шепталась она эмоционально. Кажется, Юнусов был не слишком рад непрошеной гостье: бурно жестикулировал, указывая на ворота, осматривался по сторонам и, клянусь, я была уверена, что он посмотрел в мое окно, что заставило меня спрятаться лучше.
Милана пыталась льнуть к нему, потом словно смахивала слезы. Затем он лениво обнял ее одной рукой, чем она сразу же воспользовалась, положив голову на его обнаженную грудь.
А потом он, снова окинув быстрым взглядом территорию, взял ее за руку и завел внутрь своей комнаты.
И задернул плотные ночные занавески.
И как после такого можно было уснуть?
Я пыталась, клянусь: заворачивалась в одеяло, изо всех сил закрывала глаза, клала на голову подушку, словно она могла раздавить непрошенные мысли.
Я понимала, зачем он позвал ее к себе, и от этого было так обидно и больно. Несколько раз вставала и вглядывалась в окно напротив. Что я пыталась увидеть там, не знаю.
Уснуть нормально я так и не смогла.
За завтраком он выглядел как обычно: ел блинчики с икрой, пил крепкий кофе и периодически бросал на меня колючие взгляды.
А потом я увидела его — маленький багровый засос на его шее. За ужином его точно не было.
Он появился ночью.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
До автомобиля мы доходим молча. Сажусь на переднее сиденье, пристегиваюсь.
Выскажи ему все. Скажи, что все видела! — подстрекаю саму себя. Но почему-то говорить об этом неожиданно сложно.
— Как твоя нога? — вдруг спрашивает он первым.
Оборачиваюсь на него, его взгляд устремлен на мое разбитое и уже покрывшееся коричневой корочкой колено.
— Нормально, — бурчу в ответ.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
— Я поговорил вчера с Миланой, — заводит мотор. — Чтобы она тебя не трогала.
Не могу сдержать усмешку, что не скрывается от Юнусова.
— Что?⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
— Когда поговорил, сегодня ночью? — решаюсь высказать то, что накипело. Выражение его лица меняется. — Да, я все видела.
— Я не ждал ее.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
— Но в свою спальню пригласил.⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
— Я уже говорил свои мысли и планы на этот счет, — безапелляционно отрезает он. — Она умеет как следует просить прощения.
— А когда мы после свадьбы будем жить вместе в одной комнате, она тоже будет приходить к тебе таким путем? — излишне повышаю чуть дрогнувший голос. — По-твоему, это нормально? То, что ты делаешь.
— Спать с женщиной? Да, это абсолютно нормально.
— Но ты скоро женишься!⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀⠀
— И что с того? С тобой же я спать не собираюсь.
Я уже слышала это, но обидно после этих слов мне не меньше. Не потому что я мечтаю оказаться с ним в одной постели, а потом что это… это неприятно! Неприятно любой девушке, слышать что ты некрасива и нежеланна.
— Я просто не хочу бесить отца. Через время мы разведемся.
— То есть у тебя все так просто, да? Женился, развелся… А обо мне ты подумал? Что обо мне люди будут говорить?
— Мне все равно, — и, паркуясь, бросает на меня насмешливый взгляд. — Говорить же они будут
Кусаю губы, пытаясь справиться с дурацкими эмоциями.
— За что ты так ненавидишь меня? Что я тебе сделала? — голос дрожит.
Он смотрит на меня несколько секунд — долго, пристально. Словно раздумывая о чем-то. Словно есть, что мне на этот ответить.